Ночная леди

Лафой Лесли

Единственной надеждой противостоять искушению зеленоглазой красавицы оставалось одно – держаться от нее на расстоянии. Если же нет… Ему страшно было даже подумать о том, как низко он упадет в ее глазах.

– Между прочим, Бипс уже запрыгивает на кровать и спрыгивает с нее, когда захочет, – услышал он голос Фионы и, оглядевшись, удивился, что они уже миновали зал и теперь направляются к столовой. – Прошлым вечером я даже рискнула снять повязку…

– Интересно, вас хоть когда-нибудь посещает уныние? – поинтересовался Йен, подходя к столу и отодвигая для Фионы стул.

– Иногда случается. А

вам приходилось терять присутствие духа, Йен?

– Приходилось и приходится, причем очень часто. – Йен взял колокольчик и позвонил.

– И что же приводит вас в уныние?

– Ну, причин много. – Йен пожал плечами.

– Например?

– Например, состояние здоровья английских бедняков, состояние моей матери и Шарлотты, светские обязанности… Да мало ли что еще!

В этот момент в дверях появился лакей, и Йен кивнул ему.

– Можете подавать завтрак. Да, пожалуйста, передайте миссис Питтман и повару: если мисс Шарлотта дернет за шнур звонка, ей следует принести только воду для мытья, и ничего больше. Пусть наполнят ванну, это все. Ни в коем случае не надо ничего убирать, также не надо помогать ей мыться и одеваться.

– Слушаюсь, ваша светлость. – Лакей поклонился и вышел, а Йен взялся за кофейник.

– Еще кофе?

– Да, пожалуйста. – Фиона пододвинула ему свою чашку.

– Что вы будете делать дальше, если Шарлотта откажется выходить из комнаты?

– Делиться с ней соображениями, как можно обновить декор Солнечной комнаты, дружелюбно болтать, спрашивать ее мнение, интересоваться, какие ткани ей нравятся, и все такое. Она или будет увлечена моим энтузиазмом, или начнет реагировать в своей обычной манере.

– Она может предпочесть просто сидеть и зло смотреть на вас.

– Конечно, – согласилась Фиона. – Но тогда ей придется жить в окружении картин из истории британского флота.

– Какого флота?

– Британского. Это самое неподходяще окружение для девочки, которое я смогла придумать. Ярды и ярды государственных флагов, маленькие рисунки судов, разбросанные там и сям, прибитые к стенам, и все это вокруг портрета лорда Нельсона.

– Ну да, разумеется, без него никак нельзя.

– Несомненно. – Фиона усмехнулась. – А еще картины, изображающие Трафальгарское сражение…

Йен вскинул руки вверх, словно защищаясь:

– Только, пожалуйста, не ставьте там настоящую пушку. Шарлотта и так уже произвела достаточно разрушений.

– Господи, пушка! – Глаза Фионы засияли от удовольствия. – Отличная идея, Йен. Вы, случайно, не знаете, где ее достать?

– Нет, но, если понадобится, я могу принести парочку трюмных крыс.

– Крыс? – На лице Фионы вдруг появился испуг.

– Не волнуйтесь, я всего лишь пошутил! Никто не собирается приносить крыс в этот дом.

– Ну… мы можем держать их в клетке…

– Никаких крыс!

Неожиданно Фиона откинула голову и звонко рассмеялась, однако Йен лишь неловко усмехнулся – сейчас ему было совсем не до смеха.

Глава 10

– Как вы считаете, не проредить ли нам эти клумбы? – спросила Шарлотта, легкими грабельками отгребая листья от нежных зеленеющих ростков. – Может быть, стоит пересадить часть цветов на новую клумбу – ту, что на южной стороне дома?

Фиона улыбнулась

и пошла туда, где Шарлотта поставила свое кресло, удивляясь, насколько воспитанница Йена изменилась за несколько последних дней. Первая неделя была трудной для всех, но в конце концов Шарлотта поняла, что ей действительно придется ложиться спать голодной и, что если ей не хочется все время оставаться наедине со своими мыслями, она должна сама выезжать из Солнечной комнаты.

– Ну так что?

Фиона посмотрела на ростки, которые, как она думала, скорее всего могли оказаться ирисами.

– Признаться, я ничего не смыслю в том, когда следует прореживать цветы, и еще меньше знаю о том, как это делается.

– Тогда почему вы здесь?

– Потому что, надеюсь, вы научите меня этому.

Секунду Шарлотта смотрела на свою новую воспитательницу, потом ее взгляд переместился на лужайку перед домом.

Фионе не надо было оборачиваться и смотреть туда, откуда доносился цокот копыт: еще в первый день, когда они начали осуществлять свой план, проведя с ними большую часть утра, Йен после ленча уехал по делам больницы, и после этого каждое утро, приходя, она заставала его отправляющимся на прогулку верхом. Через два часа он возвращался, чтобы принять ванну и переодеться, после чего запирался в своем кабинете и до обеда читал медицинские книги. Во время обеда Йен натянуто улыбался, притворяясь, что ему интересно, чем дамы занимались в его отсутствие, и как только позволяли приличия, вставал из-за стола и снова уезжал, так что Фиона уходила домой до его возвращения.

Однако это утро началось несколько по-другому. Когда Йен собирался, как обычно, пожелать им с Шарлоттой приятного дня и удалиться, в столовую небрежной походкой вошел кузен Йена Гарри.

Йен с явным неудовольствием выполнил процедуру представления, а двумя минутами позже Гарри, зажав в каждой руке по тосту, вышел, чтобы составить кузену компанию, хотя ему вовсе не хотелось отправляться на прогулку верхом, и вот теперь оба не спеша подъезжали к дому после прогулки.

– По-моему, герцог отлично смотрится на лошади! – как бы между прочим заметила Шарлотта. – Мой отец всегда говорил, что Йен родился в седле.

Глядя на возвращающихся всадников, Фиона улыбнулась, подумав, что у Гарри такой вид, словно его протащили через изгородь. Йен, напротив, выглядел также, как и когда выезжал на прогулку: все тот же унылый вид, который он сохранял всю последнюю неделю.

– Да, пожалуй, ты права. – Фиона опустила голову.

– Может быть, вам надо немного побыть вдвоем? – Шарлотта, понимающе усмехнулась, но Фионе было не до смеха. С тех пор как они, выйдя в холл, обсуждали, что делать с Шарлоттой, у нее появилась надежда, что их отношения будут постоянно улучшаться, но…

– Почему бы вам и в самом деле не поговорить с ним: спросите, нет ли у него каких-нибудь пожеланий в отношении сада, прогуляйтесь вместе, а я пока отвлеку лорда Беттлза, – не унималась Шарлотта.

Поскольку у Фионы все равно не оставалось выбора, она неуверенно кивнула, и Шарлотта тут же помахала рукой Гарри, после чего сообщила ему, что, пока их не было, пирожки с лимоном уже испеклись. Поймав взгляд Йена, Фиона улыбнулась ему, словно приглашая приблизиться.

– Доброе утро, Йен!