Ночар
Шрифт:
— Ты что, думаешь, что я тебя спрашиваю про какой-то научный бред? — возмутился человек. — Опиши мне, как это работает на практике! Как происходит, шаг за шагом, кто вы такие, чего мне от вас ожидать, и так далее. На прак-ти-ке, понимаешь?
— Ладно, я расскажу проще, — согласился ночар. — Сначала тебя выбирает Лорд, проверяет, годишься ли ты. Потом он тебя убивает. — Он перехватил испуганный взгляд человека и покачал головой: — Вот-вот, именно. А убив, он дает тебе свою кровь с симбионтом. Лучше всего, если перед смертью ты потеряешь много крови, тогда твоя собственная иммунная система особо не рыпается. Ну и мы ждем, обычно три дня, пока этот механизм заработает,
— Что… как? — пробормотал потрясенный Крошка. — Ты ходишь, почти бессмертный, ночью… — Внезапно он перевел на товарища испуганный взгляд. — И пьешь кровь?
— Искусственную, — попытался его успокоить Веспер. — Такую, с завода…
— То есть ты гребаный вампир, ты мне это пытаешься сказать?! — крикнул шокированный человек. — Вы здесь все такие! Поэтому вы живете здесь ночью и все везде так темно… И вы умеете летать, а совсем не карабкаетесь, теперь я понимаю!
— Симбионт усиливает врожденные сверхъестественные способности человека, — сказал ночар, пытаясь несмотря на явное волнение собеседника сохранить спокойствие, — включая телекинез и левитацию. В зависимости от того, у кого какой талант и над чем он будет работать, то он лучше всего разовьет. Но некоторый основной набор умений имеем мы все, вот так.
Полицейский на минуту замолчал. Поднял со столика стакан с апельсиновым соком и начал пить медленно, как будто через силу, пытаясь таким образом успокоиться. Внезапно он отставил стакан и обвинительно посмотрел на ночара.
— И этот симбионт велит тебе пить кровь? — гневно бросил он. — И убивать невинных людей?
Веспер зло втянул воздух. Похоже, Крошка не хочет его понять, просто не хочет. Он знает правду и не собирается принимать во внимание никаких других точек зрения.
— Я пью искусственную кровь, — процедил ночар, остатками сил пытаясь сохранить спокойствие. — И я никогда не убил невинного!
— Прекрати, старик! Та девушка в больнице вылетела через окно благодаря тебе! — не выдержал антитеррорист. — А я не мог понять, почему ты так спокойно пожертвовал ее жизнью. — Он снова помотал головой, а затем со жгучей горечью добавил: — Зато теперь я знаю. Потому что ты — не человек! Ее судьба была тебе безразлична, и все тут!
Веспер сжал губы, злость снова нарастала. Разумеется, он жалел ту стажерку. Но он принял решение и теперь не будет лить слезы на плече умного господина полицейского, который ведет себя так, будто и так все знает лучше. Неблагодарная сволочь.
Ночар поднялся с кресла и встал над Крошкой. Его ладони сжались в кулаки, а в деснах чувствовался знакомый зуд.
— Я был на службе! — резко бросил он. — И у меня была задача. Любой ценой охранять Петра Язьвиньского. — Веспер глубоко вздохнул. — И на этом тема закрыта!
Полицейский тоже вскочил и выпрямился. Он застонал от боли, но тотчас же овладел собой и посмотрел Весперу в лицо с явным вызовом.
— Пока что у младшего аспиранта Язьвиньского есть исключительное право на собственную жизнь! — зло крикнул он. — И если я решил, что следует расстаться с ней именно в тот конкретный момент,
Веспер почувствовал, как из его десен выдвигаются клыки, а сердце ускоряет ритм. Выплеск адреналина готовил его тело к немедленной атаке. Расширенные зрачки жадно ловили каждую тень движения противника.
«Это ведь Крошка, — внезапно появилась спасительная мысль. — Он только человек и не должен всего понимать… Прости его, старик. Просто прости».
И он отступил, разжал кулаки. Вернулся к креслу и сел, изо всех сил пытаясь овладеть собой.
— Там были еще ренегаты, — с трудом произнес ночар. — К твоему сведению, это такие классические плохие вампиры родом из дешевых ужастиков. Те, которые нападают, убивают и пьют кровь из еще теплых жил. Они бы заполучили тебя, перетянули на свою сторону… Я не мог этого допустить.
— Поскольку ты, как я понимаю, хороший вампир, да? — бросил Крошка. — Да? — повторил он с нажимом, наблюдая за клыками, торчащими из-под губ оппонента.
Веспер мгновение помолчал, борясь с клубящимися в душе эмоциями. Гнев переплетался там со стыдом, огорчением, чем еще? — он не мог определить.
— Нет, — в конце концов тихо сказал он. — Я только чуть менее плохой.
Полицейский упал на кресло, положил локти на колени и спрятал лицо в ладонях.
— Сначала я думал, что вы из «пятерки», — сказал он с обреченностью в голосе. — Потом, что это что-то другое, какие-то сверхсекретные правительственные супермены, или что-нибудь в этом роде. А вы просто притворяетесь. Вы совсем не… Легальные!
— Я никем не притворяюсь, — устало ответил Веспер. — Я — сотрудник АВБ, я, как и все, давал присягу. Вот только реализую ее немного нетрадиционными методами. — Он засмеялся с легким оттенком горечи.
Антитеррорист поднял глаза.
— Ты не заливаешь? — спросил он с тенью надежды в голосе.
— Не заливаю, — убежденно подтвердил ночар. — И я что есть сил борюсь с ренегатами.
Крошка спрятал лицо обратно в ладони. Воцарилось тягостное нерадостное молчание. Веспер сплел пальцы, готовясь к очередному усилию. Он должен сказать еще кое-что… К сожалению, дольше медлить нельзя.
— Я знаю, что это тебя не обрадует… — сказал он, стараясь медленно и спокойно выговаривать каждое слово. — Но прости, я должен тебе это сказать. — Он глубоко вздохнул. — Может статься, что ты еще встретишь своих коллег из АТ. Генка, Мартина и Карла. Тех, которых тяжело ранили в Польфе, помнишь.
Крошка поднял лицо и посмотрел на него с отчетливым беспокойством.
— Они умерли в больнице неделю назад, — сказал ночар. — Мы думали, что от ран. Но ошиблись, на самом деле их завербовали… — Он сглотнул, немного поколебался и наконец закончил: — Ренегаты. Если ты их встретишь, то знай, что теперь они по ту сторону. И убей, если только сумеешь. Прежде чем они убьют тебя. — Веспер умолк, боясь сказать еще хоть что-нибудь.
— Оставь меня одного, — вдруг попросил полицейский, — я должен все это… Обдумать.
— Конечно, — ответил Веспер, поднимаясь с кресла. — В любом случае, пока что ты останешься у нас, по крайней мере некоторое время, — добавил он тихо. — Нигде больше ты не будешь в безопасности.
Он двинулся к выходу, дверная ручка легко повернулась под рукой, с тихим скрежетом открывая дверь. Ночар переступил порог, оглянулся на сидящего с опущенной головой Крошку. Тот даже не дрогнул.
3