Ночь страсти
Шрифт:
Когда Бертран снова взглянул на нее, Джорджи еще раз кивнула.
— Да. Месье Филлипс был очень любезен. Он помог мне, когда несколько недель назад у сына поднялась температура.
Джорджи посмотрела на Колина, но единственное, что она увидела, — это подозрительное выражение у него на лице. Это хорошо, решила она, что у него возникли сомнения относительно ее предполагаемой вины.
— Охотно помогу мадам в любое время, — сказал Пимм, коротко поклонившись.
Она повернулась к Бертрану:
— Мне
Бертран пожал плечами и приказал страже отвести пленников обратно в трюм. Он неуклюже вернулся к столу, поднял графинчик, который принес обслуживающий стол юнга, и поднес к носу.
— Что же, придется довольствоваться этим, — сказал он и протянул бокал, чтобы тот наполнил его. — Очень надеюсь, что наш новый первый консул сможет восстановить наши лучшие виноградники. Теперь невозможно найти хорошего коньяка.
Когда палуба была очищена, Мандевилл выступил из своего укрытия.
— Мадам, вы никогда не говорили, на каком вы плыли корабле. И что с ним случилось?
Бертран предложил Мандевиллу бокал. Тот отрицательно покачал головой, сосредоточив все внимание на Джорджи.
Ее испугали суровость и пристальность его взгляда, и она поняла, что ее проверяют. Поэтому она ответила как можно охотнее.
— «Медея», — сообщила она. — А капитаном был месье Дюбуа. — Возможно, это весьма распространенное название удовлетворит Мандевилла.
— Я встречал его, — тут же заявил этот напыщенный идиот Бертран, который потянулся за графинчиком и вновь наполнил свой бокал. — Никогда не был высокого мнения о нем. Он всегда был слишком склонен к панике.
— А что случилось с кораблем? — продолжил свой допрос Мандевилл.
— С бедной «Медеей»? — переспросила Джорджи, так же отрицательно качая головой на предложенный Бертраном коньяк. — После того как капитан Данверс и его экипаж захватили груз и все, что не было приколочено, они бросили экипаж на произвол судьбы и потопили корабль. — Она вздохнула. — Похоже, этот человек обожает топить корабли.
При этих словах Бертран кашлянул и запыхтел в свой кулак.
К ее величайшему облегчению, Мандевилл, казалось, остался удовлетворен ее ответами.
В это время гардемарин приблизился к капитану Бертрану и прошептал что-то ему на ухо.
— Хм, — хмыкнул тот. — Они закончили обыск каюты Данверса. Там ничего нет.
Мандевилл выругался себе под нос, затем повернулся к Джорджи:
— Какие каюты принадлежали шкиперу и корабельному врачу?
Она сообщила это, и молодому офицеру были отданы соответствующие приказания.
Мандевилл сделал несколько шагов по палубе, затем остановился. Вглядываясь в темную безлунную ночь, он спросил:
— Мадам Сент-Антуан, вы не будете возражать, если мы осмотрим вашу каюту?
Вопрос был задан как бы мимоходом, но
Черт бы побрал этого человека, похоже, он никому не доверял.
— Это необходимо? — спросила она, решив не высказывать полного и немедленного согласия. — Не вижу, как что-то можно было спрятать в моей каюте без моего ведома.
— А ваша служанка? Джорджи рассмеялась:
— Моя служанка? Она ни за что не станет помогать англичанам. Бедняжка живет в страхе все время, что мы находимся на борту. — Джорджи покачала головой. — Невежественная девчонка полагает, что у всех англичан — хвосты как у дьявола.
Бертран засмеялся, но она заметила, что Мандевилл не оценил ее юмора.
— А что вы ищете? — поинтересовалась она. — Может быть, я смогу помочь?
— Вас это не касается, — заявил Мандевилл.
— Если ваши люди собираются рыться в моей одежде и личных вещах, думаю, это дает мне право проявить интерес.
— Ха-ха, — засмеялся Бертран. — Мадам палец в рот не клади, Мандевилл.
— Мы не потревожим ваш личный гардероб, — холодно заявил Мандевилл. — Мы ищем тайник, пустое пространство в стенах, где могут быть спрятаны бумаги или судовой журнал.
— Как здесь все запутано, — вздохнула Джорджи. — Если вы думаете, что сможете что-то найти, пожалуйста, обыщите мою каюту, хотя сомневаюсь, что вы многое обнаружите. За исключением, может быть, грязных пеленок, — добавила она со смехом.
— Рейф? — прошептала Кит, когда вышла на палубу. — Рейф? Где вы? — Она держала на руках Хлою, старалась прилежно играть роль няни, раздумывая между тем, куда мог запропаститься Рейф Данверс. Прежде всего она проверила трюм с бренди, но там его не оказалось.
Когда Джорджи, французский капитан и незнакомец в черном плаще вошли в их каюту, Джорджи протянула сестре Хлою и предложила прогуляться по палубе, пока джентльмены будут обыскивать их комнату.
Кит знала, что подразумевала под этим Джорджи. Если они обнаружат бумаги, которые украла ее старшая сестра, они с Хлоей и Рейф должны будут сесть в лодку и постараться улизнуть. Но не могла же она убежать без Рейфа! О дьявол, где же он?
— Рейф? — снова прошептала она, бродя вдоль линии лодок, закрепленных на палубе.
— Кит? — раздалось в ответ. — Сейчас безопасно вылезти?
Оглядев малолюдный на данный момент корабль, она сказала:
— Да. Только оставайтесь в тени.
Она присела на бочку, а Хлою устроила в кольце каната. Демонстративно открыв свой альбом для эскизов, Она делала вид, что просто заканчивает рисунок при свете висящей поблизости лампы.
— Лодка готова? — прошептала она. Он кивнул.
— Я перерезал все канаты. Мы сможем спустить эту лодку на воду в считанные секунды, — похвастался он, похлопывая лодку рядом с собой.