Ночь шрамов
Шрифт:
– Ваше преосвященство, вы выбросили учебник на прошлом занятии.
– Что, правда?
– Прямо в окно. – Дилл показал на новенькое стекло, еще хранящее на себе отпечатки стекольщика.
– Боже мой! А что это за книга была?
– Не знаю. Толстая.
– Ну и правильно, от толстых книг толку мало. Мы больше ничего учить не начинали?
– Вы сказали, что мне исполнилось шестнадцать и наступил момент усвоить самые важные уроки жизни.
– Я так сказал? – Сайпс нахмурился и произнес уверенно: – Ну да, да, конечно. Я помню.
– Да, и я хотел спросить…
– ?…
– Мы тогда заговорили
– А-а… – Пресвитер заговорил серьезнее. – Ах, моя память. – Он прикусил пальцы. – Ну да ладно, чего стесняться. Раз уж я начал, так нужно и заканчивать… Я думаю, это всего лишь вопрос времени. Шестнадцать лет, конечно… – Старик открыл книгу, и его глаза забегали по странице, но Дилл подозревал, что Сайпс и не собирался читать. Его морщинистая кожа приняла какой-то странный красноватый оттенок, а губы плотно сжались в тонкую полоску. Через некоторое время пресвитер щелкнул языком и взглянул прямо на Дилла. – О женщинах.
– Нет, ваше преосвященство, мы говорили о другом.
– Правда?
– Мы говорили о войне.
– О войне? – Пресвитер облегченно вздохнул. – Слава Ульсису, да, конечно, о войне. Я расскажу тебе о войне.
На какой-то момент воцарилась тишина. Пресвитер собрался с мыслями и продолжил:
– В основном мы воюем с хашеттами. Остальные дикари по большей части заняты только тем, что режут друг другу глотки за козу или чужую жену. Но хашетты, – рассказывал пресвитер, покачивая головой. – Три тысячи лет назад Кэллис воздвиг этот храм над королевством Ульсиса, и хашетты поклялись стереть его с лица земли. Первая битва, Битва Зуба, состоялась еще тогда, когда Дипгейт представлял собой скопище палаток и грязных хибар, развешенных над пропастью. Городские стены не поднялись еще, чтобы защитить город от набега язычников. И тогда сотня архонов и почти две сотни пилигримов одержали победу над полчищами, в двадцать пять раз превышающими их силы. – Пресвитер улыбнулся. – Ну эту часть сказки ты уже слышал?
– Да, ваше преосвященство. – Дилл хорошо знал историю битвы. Ученые и пресвитеры храма написали о ней множество трудов, да и Сайпс сам не раз рассказывал о Битве Зуба.
– Тогда это можно опустить.
– Нет, ваше преосвященство, пожалуйста. Сайпс расплылся в улыбке.
– Летопись Скримлока начинается двумя вопросами. Дилл хорошо их помнил: это была его любимая часть истории.
– Сколько? – спросил Кэллис. – И где?
Балтус Брайн стоял на коленях прямо на ковре в палатке Вестника, тень его широких плеч, словно ночь, накрыла разложенную на полу карту.
– Вестник, по нашим оценкам, их силы насчитывают от сорока до пятидесяти тысяч. Восемь тысяч хашеттов и вдвое больше родственных им племен из Деламура, а также целая армия хешбанских дикарей с севера Мертвых песков. С ними степные погонщики верблюдов, кочевники, заклейменные в плену, и небольшой отряд наемников из Нижних земель, всего около полутора тысяч человек. Здесь никогда еще не собиралось столько язычников с тех пор, как знаменосец Йорк объявил, что в Сэнпае живет еще одна девственница. В настоящий момент вражеская армия разбила лагерь в четырех милях к юго-западу от Блэктрона, здесь. – Он ткнул пальцем в точку
– Наемники? – переспросил ангел.
– Вестник, хашетты подкупили их солью из Дырявой дельты.
Кэллис разразился громоподобным смехом.
– Пускай захватят свою плату на поле боя. По-моему, у нас как раз закончилась соль.
– У нас уже много чего закончилось, в том числе и удача. – Балтус почесал затылок. – Вестник, армия быстро продвигается. Кроме шайки наемников, они все жители пустыни. Если хотим добраться до Койла и укрыться за стенами речных городов, нужно выступать немедленно.
– Бежать, Балтус? – Глаза Кэллиса вспыхнули. – Я не собираюсь бежать.
– Вестник, нам не устоять против такой силы. Дипгейт падет. Мы могли бы воздвигнуть оборонительные стены, но… – Он не договорил. Разве смогут подобные сооружения отсрочить неминуемую гибель хоть на час?
– Согласен. Нельзя оставаться в городе.
– Тогда нужно отступать к храму. Цепи защитят нас, но у нас недостаточно продовольствия, чтобы выдержать осаду. Водопровод в Якку еще не достроен, и только меньше половины караванов успеет вернуться до начала атаки. Мы погибнем от жажды через месяц.
– Твоя правда, – как ни в чем не бывало отозвался Кэллис.
Балтус замер в ожидании, однако ангел больше не произнес ни слова.
– Вестник, каковы ваши указания?
– Мы выступим им навстречу.
Балтус чуть не поперхнулся.
– Против пятидесяти тысяч?
– Ты сам сказал, что их может быть всего сорок тысяч.
– Но… – Балтусу не удалось поймать взгляд ангела. Его тревожили эти темно-серые глаза, и тогда он уставился в карту, словно там крылось решение всех проблем. – У нас есть мечи для семидесяти воинов. Четыре бочки пороха, привезенные… из-за моря. И Девяносто Девять, конечно. – Он обвел рукой герб на груди и дотронулся до лба. – Если они по воле Ульсиса ответят на ваш призыв.
– Ты сомневаешься во мне, Балтус?
– Нет, Вестник, но сотня архонов и две сотни пилигримов…
– И Зуб, – добавил Кэллис.
Сначала Балтус недоуменно уставился на ангела, но постепенно его лицо расплылось в улыбке. Все это время решение было прямо у них под носом.
– Вестник, я немедленно начинаю подготовку. – Он оставил Кэллиса наедине с картой, а сам вышел из палатки и оказался прямо в тени Зуба.
Зуб возвышался над поселением, словно цитадель, вырезанная из кости. Кэллис привез громадную машину сорок лет назад, и с тех пор она уже не раз сотрясала землю. Вестник читал проповеди с высоких стен Зуба о том, как Айен, Богиня Жизни и Света, разгневавшись на греховность рода человеческого, запечатала Райские Врата; о том, что души людские были приговорены провести вечность в Лабиринте.
При этих словах смятение поднялось среди людей Маркея. Они не хотели бродить по пояс в крови по коридорам Айрил среди грешников и проклятых.
Кэллис успокоил толпу. Семеро сыновей Айен восстали против нее, подняв армию ангелов на бой с богиней. Победа была практически одержана, но в самый последний момент войска Айен оказались сильнее. Отстояв свою власть, богиня изгнала сыновей из Рая за предательство и низвергла их вместе с остатками ангельского войска в прибежище смертных, в царство земное.