Ночь шрамов

Кэмпбелл Алан

Где они теперь?

Мир, который он знал, рушился у него на глазах. Дипгейт лежал в руинах, практически половина города обвалилась в пропасть. Цепи и канаты, будто оборванные сосуды, болтались по краям зиявшей в теле Дипгейта дыры. Целые улицы свисали в пропасть. С раскатистым грохотом часть Лилля соскользнула с цепей и полетела на дно. Языки пламени вырвались из свежих трещин, небо заволокло облаками черного дыма и копоти. Храм покосился, словно великан в черном плаще, нагнувшийся посмотреть в яму под ногами.

На

восточном краю пропасти возвышалась гигантская машина, подобной которой еще никогда не приходилось видеть Диллу. Желтоватый, покрытый черными полосами корпус был охвачен огнем, а трубы на крыше извергали клубы дыма. У самого основания машины начинались длинные металлические руки, которые держали ось вращающихся блестящих дисков. Ножи опустились на огромное звено первой цепи, и из-под них с лязгом вырвался фонтан искр. Дипгейтское войско, словно волны, плескалось у основания механического монстра, осадные башни и приставные лестницы осторожно подкрадывались к чудовищной машине. Воздушные корабли сбрасывали на него тонны горячей смолы и выпускали облака стрел.

– Девон, – прошептала Рэйчел.

Карнивал взглянула на оставшуюся часть города.

– Ублюдок спилил мое дерево!

Облака горячего дыма кружились над Дипгейтом. Потоком воздуха Карнивал, Дилла и Рэйчел выбросило в небо, и они оказались посреди воздушного флота. Легионеры глазели на город с палуб кораблей, но не предпринимали никаких действий, чтобы атаковать Зуб. Казалось, суда бесцельно повисли в воздухе.

Рэйчел через плечо оглянулась на городские улицы.

– Эти трусы могли бы по крайней мере эвакуировать горожан. Они просто ничего не делают.

Беженцы толпами покидали Дипгейт. На улицах яблоку некуда было упасть. Люди медленно двигались к спасительному краю. Многие несли с собой пожитки или вели под уздцы груженных мебелью, ящиками и бочками осликов. Тысячи уже добрались до военного лагеря, где обезумевший лейтенант раздавал приказы, пытаясь разместить вновь прибывших гражданских на отвоеванной у пустыни территории. В то же время многотысячные человеческие потоки стекались к центру гигантской чаши – к храму. Массы людей сталкивались, блокируя улицы. На дорогах вспыхивали драки.

Четверо широкоплечих заводских рабочих продвигались к храму, растолкав по дороге семью, решившую искать спасения в другой стороне. Жена выла над неподвижным телом мужа. На соседней улице лошадь начала брыкаться и разбрасывать в стороны обезумевшую толпу. Стычки происходили все чаще и чаще.

– Нужно рассказать людям, что находится на дне бездны, – сказала Рэйчел. – Тогда они вряд ли будут спасаться в храме.

Карнивал усмехнулась в ответ.

– Они просто тебя возненавидят.

Они пролетели над покосившимися, охваченными пожаром улочками Рабочих лабиринтов и Лиги Веревки. Дилл и Карнивал остановились, достигнув гигантской машины.

На земле

бушевала битва. Саперы атаковали гусеницы с помощью таранов и пик. Тем временем, прикрываясь щитами, солдаты подступали к высоким лестницам. Десятки людей падали каждую секунду, сраженные стрелами. Крюки взлетали в воздух, но, не найдя опоры на гладком корпусе, со звоном возвращались в толпу солдат.

Дилл и его спутники приземлились на крышу Зуба. Узкая винтовая лестница спускалась к люку, ведущему внутрь корпуса.

Они встретили упорное сопротивление, но Карнивал и Рэйчел расправились с дикарями с пугающей быстротой. Меч и цепь стали скользкими от крови, когда они наконец добрались до капитанского мостика.

Девон склонился над приборной панелью и колдовал над рычагами. Внимание его было приковано к событиям за бортом. У стены стоял высокий бородатый дикарь с покрытым татуировками лицом. Завидев незваных гостей, он выпучил от удивления единственный глаз и забормотал что-то, пытаясь предупредить отравителя.

– Входите, входите, пожалуйста, – затараторил Девон, не отрывая взгляда от окна. – Через секунду я весь ваш. – Он передвинул еще несколько рычагов и только после этого обернулся к пришельцам.

Металлический лязг стих, и ножи поднялись на уровень мостика.

– Это Батаба. – Девон представил гостям бородатого дикаря. – Шаман хашеттов и предводитель тех, кого вы успели лишить жизни за этой дверью. – Он посмотрел на алый меч в руках спайна. – Я пытался предупредить его сразу, как заметил ваше приближение. По-моему, просто предоставить вам эскорт было бы гораздо экономичнее. – Он пожал плечами. – Теперь шаман злится и, без сомнения, винит меня.

Отравитель презрительно махнул рукой.

– В день, когда падет Дипгейт, ангел, Пиявка и убийца восстанут из бездны. – Девон по очереди оглядел всех троих, и взгляд его остановился на цепи, сковавшей Рэйчел и Карнивал. – Должно быть, в Ночь Шрамов вы не скучали.

– Зачем ты делаешь это? – Рэйчел опустила меч. Другой рукой девушка освободила ремни, державшие ядовитую стрелу.

Девон ухмыльнулся в ответ.

– Именно этого они и хотят. – Отравитель ткнул в стекло обрубком руки. – Верующие ищут спасения в храме. Чем быстрее я режу цепи, тем больше народу бежит в храм.

– Полгорода пытается покинуть Дипгейт.

– И если у них это получится, я не стану их преследовать. Я последователен.

– Ульсис мертв, – сказала Рэйчел. – Войско архонов погибло. Внизу ничего не осталось.

Девон удивленно поднял брови.

– Вы нашли этому свидетельство? – Он изобразил недоверие. – Могилу?

– Я его высосала, – сказала Карнивал.

Девон нахмурился и потер подбородок. Он смотрел то на черного ангела, то на пол. Затем изумленно спросил:

– Высосала? – Голос отравителя звучал неуверенно. – Высосала бога?