Ночь ошибок
Шрифт:
Деймон посмотрел на забывшуюся тревожным сном Сару.
– А она тоже хочет пойти по стопам старшей сестры и стать актрисой?
– Нет, это самое последнее, о чем она думает. Сара очень застенчива и дрожит от ужаса при одной мысли о том, чтобы выйти на сцену.
Сара заворочалась во сне, и Лили сразу же поспешила к кровати.
Через некоторое время больная открыла глаза, затуманенные болью. Лили знала, что ее сестра никогда ни на что не жалуется, поэтому, когда девушка начала стонать, причитая, что ей очень
– Хочешь, я пошлю за доктором Лэшемом? – спросил Хокхерст.
Врач предупредил Лили, что ее сестра, перед тем как пойти на поправку, возможно, почувствует себя хуже, поэтому молодой женщине не хотелось беспокоить его напрасно: может быть, болезнь протекает нормально. К тому же вряд ли он мог сделать больше того, что уже сделал.
– Нет, пожалуй, пока не надо, – наконец решила Лили.
Сара снова забылась беспокойным лихорадочным сном, но Лили показалось, что теперь ее дыхание стало более затрудненным.
Прошел еще час, и она поняла, что сестре становится все хуже. Жар усилился, пульс стал учащенным и неровным.
Лили поделилась своим беспокойством с Деймоном, и тот сразу же подошел к Саре. Потрогав ей лоб и пощупав пульс, он мрачно кивнул:
– Да, ты права. Боюсь, нам предстоит трудная ночь.
Лили была удивлена. По-видимому, он собирается остаться вместе с ней у постели больной. Она чувствовала, что ей следует отказаться. Деймон уже и так много сделал для них с Сарой, а ночное дежурство у постели совершенно чужого человека выходит за рамки простого гостеприимства. Однако Лили очень тревожилась за сестру, и присутствие Хокхерста действовало на нее настолько успокаивающе, что она не смогла заставить себя отказаться от его помощи.
К утру жар у Сары усилился. Бедная девочка металась и стонала в бреду, и у Лили разрывалось сердце от жалости и тревоги.
– Мне было бы легче, если бы я забрала ее боль себе, – призналась Лили, вытирая горящий лоб Сары водой с лавандовым маслом.
Она не знала, что бы с ней стало, если бы рядом не было Хокхерста. Лишь благодаря его хладнокровию и уверенности она могла сдержать демонов страха, грозящих сломать ее самообладание и угрожающих ее рассудку. Его присутствие стало для нее настолько необходимым, что она, вероятно, попросила бы его остаться, если бы он собрался уходить.
Но он, судя по всему, даже не думал об этом.
Когда за окнами забрезжил рассвет, Сара наконец перестала метаться и бредить. Жар спал, и она погрузилась в крепкий сон.
Хокхерст настоял на том, чтобы Лили тоже прилегла отдохнуть, причем желательно в другой спальне, а не здесь в кресле.
– Ты не имеешь права сама слечь, – резонно заметил он. – Я пришлю Молли, она посидит с Сарой до тех пор, пока ты не проснешься. Если же состояние твоей сестры ухудшится, Молли сразу же тебя разбудит.
Лили чувствовала себя слишком уставшей и измученной,
– Я очень тебе признательна за то, что ты оставался со мной. Ты мне очень помог.
Деймон как-то странно улыбнулся, и у нее стало теплее и спокойнее на душе.
Оставив Молли подробные указания по уходу за больной, Лили отправилась в соседнюю спальню и заснула, едва ее голова коснулась подушки.
Проснувшись, она с ужасом обнаружила, что бронзовые часы на каминной полке показывают уже полдень. Быстро одевшись, молодая женщина поспешила в соседнюю спальню.
Сара спала. Молли, сидевшая у изголовья кровати, встала при появлении Лили.
– Его светлость заходил с полчаса назад. Его очень тревожит состояние больной.
Значит, Деймон проснулся раньше ее, виновато подумала Лили.
– Он снова послал за доктором Лэшемом, – добавила Молли.
Врач приехал через сорок пять минут, но на этот раз он поднялся к Саре один, без Хокхерста. Быстро осмотрев Сару, доктор Лэшем сразу же разбил слабые надежды Лили на то, что кризис уже миновал.
– Не стану вас напрасно обнадеживать, состояние больной очень тяжелое, – сказал он, теребя бородку. – Сейчас еще ничего нельзя сказать с уверенностью. Все зависит от того, когда спадет жар.
Расстроенная Лили едва сдержалась, чтобы не расплакаться.
Долгий летний день начал угасать. Сара не приходила в себя. Лили казалось, что время остановилось. Слуга принес ужин, но от Хокхерста по-прежнему никаких известий не было. Лили мучилась в неведении, где он.
Она приходила в отчаяние от того, что его нет рядом. Когда часы пробили десять, молодая женщина распрощалась с надеждой увидеть его раньше завтрашнего утра.
Прошел еще час, и Саре стало хуже, чем прошлой ночью.
Лили была на грани отчаяния. Она не знала, сможет ли пережить еще одну бесконечную ночь без Деймона.
19
Расставаясь с Лили, Хокхерст намеревался распарить ноющее после вчерашнего падения тело в горячей ванне, а затем сразу же лечь спать.
Но вмешались другие дела. Сперва ему пришлось улаживать едва не переросший в драку конфликт между двумя арендаторами, потом на него навалились мелкие хозяйственные заботы, требующие тем не менее неотложного решения.
Выкроив минутку, Деймон заглянул к своим гостям. Лили все еще крепко спала, а у Сары, как ему показалось, вновь усилился жар, и он решил послать за врачом.
Когда Деймон наконец погрузился в ванну, было уже два часа пополудни. С наслаждением понежившись в горячей воде, он после ванны сразу же лег спать и, засыпая, успел улыбнуться шутке капризной судьбы, вынудившей гордую самостоятельную Лили принять его помощь. Ради себя она ни за что бы не пошла на это, однако ради любимой сестры молодая женщина была готова на все.