Ночь на причале
Шрифт:
– Скупой ублюдок, – пробормотал Этан, имея в виду Клермонта, и, выключив воду, обмотал бедра ярко-розовым полотенцем.
Он намеревался вернуться в спальню и одеться в темноте, чтобы не будить Грейс, но, открыв дверь ванной комнаты, увидел падающий из кухни свет и услышал, как она – под аккомпанемент первых капель дождя – поет хрипловатым со сна голосом о любви, найденной в самый последний момент, когда уже не оставалось никаких надежд.
Этан вошел в кухню, окунулся в аромат жарящегося бекона и свежезаваренного кофе, и увидел Грейс в коротком
Этан оказался за ее спиной так быстро и бесшумно, что, когда обнял и поцеловал в макушку, Грейс вздрогнула от неожиданности.
– Я же велел тебе спать.
Грейс закрыла глаза и прислонилась к нему, наслаждаясь этими чудесными утренними объятиями.
– Я хотела приготовить тебе завтрак.
– Ты не должна была вставать. – Он повернул ее лицом к себе. – Я сам могу о себе позаботиться.
– Я очень хотела это сделать. – Капли воды падали-с его волос на широкие загорелые плечи. Внезапно желание пронзило ее. – Сегодня – особенный день.
– Спасибо.
Этан наклонил голову, намереваясь ласково чмокнуть ее в губы, но она поднялась на цыпочки, обхватила его шею руками, прижалась, и ему пришлось призвать на помощь всю свою силу воли, чтобы не сдернуть с нее халатик и не овладеть ею прямо здесь.
– Бекон сгорит, – прошептал он, отрываясь от ее губ и целомудренно целуя в лоб. – Мне лучше одеться.
Грейс отвернулась к плите, подождала, пока он дойдет до двери.
– Этан!
– Да?
– Я все время хочу тебя. – Она оглянулась через плечо и улыбнулась ему, довольная, уверенная в себе. – Надеюсь, ты не возражаешь?
Кровь вскипела в его жилах. Грейс не кокетничает. Она бросает ему вызов. И, похоже, знает, что уже победила. Он пробормотал что-то нечленораздельное и отступил в спальню.
Грейс закружилась на месте от переполнявших ее чувств. Свершилось. Они занимались любовью три раза, три прекрасных восхитительных раза, они спали, обнимая друг друга, и он все еще хочет ее.
Какое чудесное утро! Самое прекрасное утро в ее жизни!
Дождь шел весь день, покрывая воду в заливе противной рябью. Порывы ветра были такими сильными, что Этан с трудом удерживал судно на заданном курсе. Хорошо, что не взяли с собой Сета. Они с Джимом работали и в худший шторм, но Сет скорее всего болтался бы на поручнях, свесившись за борт.
Этан весело насвистывал, хотя дождь хлестал его по лицу, а палуба под ногами ходила ходуном. Самая отвратительная погода не смогла бы сегодня испортить ему настроение.
Джим исподтишка поглядывал на него. Странно. Он давно работал с Этаном и знал, что парень дружелюбен и добродушен, но беспечным свистуном его капитан не был. Джим улыбнулся, вытаскивая очередную ловушку. Пожалуй, прошлой ночью капитан занимался в постели не чтением книги, а чем-то более приятным.
И если бы кто-нибудь спросил мнение Джима, он сказал бы, что давно пора. По его подсчетам, Этану Куину где-то около тридцати. К такому
Только интересно, кто эта женщина, охмурившая Этана. Не то чтобы Джим любил совать нос в чужие дела. Обычно он занимался своими и надеялся, что соседи делают то же самое, но любой человек имеет право иногда полюбопытствовать.
Джим все размышлял, как бы поднять эту тему, когда крабиха-недомерок нашла крохотную дырку в его перчатке и тяпнула за палец.
– Маленькая дрянь, – машинально выругался Джим, поморщившись.
– Она тебя укусила?
– Да. – Джим швырнул обидчицу в бурлящую за бортом воду. – Я вернусь за тобой к концу сезона.
– Похоже, Джим, тебе нужны новые перчатки.
– Жена обещала. – Джим швырнул в ловушку наживку. – Приятно знать, что есть женщина, которая заботится о тебе.
– Угу. – Этан нацелился багром на следующий поплавок, а свободной рукой подтолкнул руль.
– Когда мужчина целый день проводит в море, мысль о заботливой женщине очень помогает, – не унимался Джим.
Немного удивленный красноречием обычно немногословного помощника, Этан кивнул:
– Наверное. Вот закончим этот ряд, Джим, и домой.
Джим помолчал, перебирая крабов. Несколько чаек устроили настоящий бой из-за рыбьей требухи. Их сердитые пронзительные крики вплелись в глухой рев волн.
– Знаешь, следующей весной будет тридцать лет, как мы с Бесс женаты.
– Правда?
– Жена придает мужчине солидности. Ты что-то слишком долго тянешь с женитьбой. Этан.
– Пожалуй.
– Сколько тебе лет, капитан? Тридцать?
– Правильно.
– Не хочешь остепениться?
– Я подумаю над этим, – сказал Этан, вытягивая ловушку.
Джим только вздохнул, признавая свое поражение.
Когда Этан появился в огромном амбаре, служившем им верфью, Кэм возился с электропилой, а трое мальчишек – Сет и братья Миллеры – шлифовали корпус яхты. Или притворялись, что шлифуют.
– Ты нанял новых работников? – спросил Этан.
Кэм оглянулся:
– Во всяком случае, заставил их слезть с моей шеи. Ты покончил с крабами?
– На сегодня, да. – Этан вытащил сигару, закурил и задумчиво уставился на открытые грузовые ворота. – Дождь не прекращается.
– Можешь мне не напоминать об этом. – Кэм угрюмо посмотрел на потоки воды, бегущие снаружи по оконным стеклам. – Если бы не дождь, эта банда не играла бы на моих нервах. Малыш ни на секунду не закрывает рта. У меня уже лопаются барабанные перепонки. А если не занять чем-нибудь двух других, они высасывают неприятности из пальца.
Мальчишки уже успели раздразнить Саймона, и пес с веселым лаем гонялся за ними, поднимая облака пыли и опилок.
Этан выдохнул клуб дыма и невозмутимо заметил: