Ночь без конца
Шрифт:
— Тогда не буду возражать, — произнесла она, — если вы вернете «Ка-Кафонию».
— Нет, не надо, — вмешалась Джоуди, — я не настаиваю. Мне почти все нравится, кроме Вилли Нелсона.
— Тебе не нравится Вилли Нелсон?
— Это из-за его повязки, — улыбнулась девочка.
— Когда Джоуди было восемь, — начал отец, — ее стошнило в машине под песню «Я всегда думаю о тебе». С тех пор, всякий раз когда ей дурно, она вспоминает о нем, и наоборот. Это подлинная причина, по которой она его не выносит.
—
— Я сама такая, — призналась Шарон. — Всякий раз, когда вижу покойника, отдаю весь ужин.
— Неужели всегда? — удивился отец.
— Нет, только когда на службе. На похоронах со мной обычно такого не бывает.
— Вашим партнерам, должно быть, очень нравится.
— Если не попадаю на них, они, как правило, относятся к этому спокойно.
Последняя фраза вызвала у отца гомерический хохот.
— Их это даже забавляет.
— А почему, наверное, из-за аромата, да?
— Боже, папа!
— Нет, со мной это случается, даже когда я не слышу запаха.
— Наверное, достаточно представить, как они пахнут? — предположил отец.
— Да, может, и так, я никогда не задумывалась.
— О, Боже, — тяжело вздохнула Джоуди.
— Что? — спохватился отец, а Шарон обернулась.
— Я только что вспомнила. Прошлой ночью у Ивлин вокруг стоял запах дохлятины. Папа, помнишь крысу, которая сдохла за стеной? Такой же запах. Убийцы так пахли, во всяком случае, двое из них. У того жирного, который проткнул Ивлин, был именно такой запах, и еще у того маленького, который вошел в комнату Энди.
Даже в темноте Джоуди могла разглядеть гримасу отвращения на лице Шарон.
— Если ты не ошиблась насчет их штанов, то запах мог исходить от них.
— Не думаю. На вид они не были… гниющими.
— Гниющие штаны? — переспросила Шарон.
— Просто не верится, — удивился отец. — Уж не хочешь ли ты сказать, что на нашем участке до сих пор не знают всех подробностей?
— Меня ввели в курс дела относительно убийств прошлой ночи, но…
— А вам известно, что Джоуди убила одного из тех выродков?
— Конечно.
— Так вот, по рассказам Джоуди и Энди, тот парень был в штанах из человеческой кожи, снятой с ягодиц и ног.
— Какая мерзость!
— Но они выглядели вполне нормально, — воскликнула Джоуди — То есть не в обычном смысле нормально, — поправилась она — Но вначале мы решили, что на нем вообще ничего не было, и только потом заметили. Во всяком случае, на вид кожа была самой обычной, и цвет нам не показался странным. Возможно, дело в каком-нибудь противогнилостном составе, но она не была коричневой, какой бывает выделанная кожа. И уж наверняка не было никаких признаков порчи. Я хочу сказать, не видно было ни слизи, ни зелени, ни плесени или…
Шарон
— Ой, извини. Я, похоже, переборщила, — пробормотала Джоуди, кладя руку ей на спину.
— Ничего, — с усилием переводя дыхание, проговорила та и, скосившись на Джека, добавила: — Мне просто захотелось глотнуть свежего воздуха. Уже все прошло.
Отец смерил ее взглядом.
— Давно в полиции?
— Шесть лет.
— И до сих пор такой слабый желудок?
— Как видишь, — огрызнулась она.
— Так можно полжизни проблевать.
— Папа, перестань. Ее ведь не вырвало.
— Правильно, меня не вырвало.
— И кто бы еще говорил. Помнишь, как ты заметил плесень на бутерброде, который уже наполовину съел и?..
— Ладно, ладно, — оборвал он дочь. — Никому это не интересно.
— Пусть тот, кого никогда не тошнит, первым вы…
— Прекрати сию же минуту, Джоуди.
— Вернемся к сути дела, — вмешалась Шарон, — значит, некоторые из взломщиков, проникших в дом Кларков прошлой ночью, воняли, как дохлые крысы, правильно я поняла?
— Совершенно верно, — подтвердила Джоуди. — И я убеждена, что запах исходил не от кожаных штанов. Потому что я даже не могу сказать, в чем был одет толстяк. Какой-то он весь косматый, словно в лохмотьях, но вонь такая же, как и от коротышки.
— Значит, ты считаешь, что дело не в одежде? — подытожила Шарон.
— Вот именно.
— Тогда чем мог быть вызван запах? — не сдавалась та, словно хотела доказать свою способность контролировать свои эмоции, несмотря на столь мерзкую тему.
— Не знаю, что и подумать. Ну разве что это были зомби.
— Никакие это не зомби, — ввернул отец.
— Знаю, — обиженно фыркнула Джоуди. — Тогда почему у них такой запах?
— Узнаем, когда возьмем одного из них, — буркнул отец, и несколько секунд они ехали в полной тишине. — Сегодня в доме Цоллеров я ничего подобного не ощутил. Все как обычно. Ничего, что бы навело на воспоминания о разлагающемся трупе.
— Стрелок должен был быть одним из них, — задумчиво произнесла Шарон.
— Может, я просто ничего не уловил или запах успел улетучиться. Или вонь, на которую обратили внимание дети, появилась чисто случайно и, в общем, для них не характерна. Не исключено, что перед визитом к Кларкам они каким-то образом избавлялись от начавшего портиться трупа.
— Или они от него не избавились, — вставила Шарон, — и он был с ними. Может, специально его оставили.
— Зачем это им мог понадобиться труп?