Ночь без конца
Шрифт:
На голове у нее красовалась бейсболка с черно-золотистой эмблемой Национальной стрелковой ассоциации. Козырек и яркие золотые плетеные шнурки делали Шарон похожей на контр-адмирала.
В одной руке у нее был матерчатый баул, похожий на сумку Джоуди, только не красный, а синий. В другой — ружейный чехол из тисненой кожи.
Следовавший за ней отец шел с пустыми руками.
Зная своего отца, Джоуди не сомневалась, что он немедленно предложил Шарон поднести ее вещи. Рыцарские манеры не умерли в нем, несмотря на повсеместное
— Точно вовремя, — похвалила Джоуди.
— Старалась долго не задерживаться. — И, обернувшись к Джеку, спросила: — Не возражаете, если я брошу винтовку на заднее сиденье?
— Если мы запрем его в багажнике, то пользы от него точно никакой не будет.
К этому времени Джоуди уже вылезла из машины. Сделав шаг в сторону, она пропустила Шарон.
— Папа, мне не надо взять свой двадцать второй? На тот случай, если нам придется разлучиться или еще что?
— Разумеется. Сбегай и принеси. И прихвати запасную обойму.
Джоуди побежала в дом. В спальне выдвинула ящик ночного столика и вынула оттуда свой пистолет. Заряженный, даже с патроном в патроннике — он был в полной боевой готовности, только поставлен на предохранитель. Прежде чем сунуть его в боковой карман куртки, Джоуди проверила предохранитель, чтобы убедиться, что красной точки не видно. Порывшись в ящике, извлекла еще одну обойму. Она была полной, таким образом, в запасе у нее было шестнадцать выстрелов.
«Никогда нельзя быть в этом уверенным», — напомнила себе Джоуди, доставая полную коробку 22-мм патронов. На пути из комнаты она сунула коробку и магазин в другой карман куртки.
Обычно практически невесомая куртка болталась теперь отвисшими карманами из стороны в сторону при каждом шаге. Пистолет и амуниция ударяли по бедрам, а куртка тянула вниз за плечи.
— Думаю, нам пора ехать, — произнес отец, лишь только она переступила порог гаража. — Ты не забыла выключить свет в своей комнате?
— Конечно, нет.
Прикрыв дверь в дом, он запер ее на ключ. Затем проводил дочь взглядом до машины и погасил свет в гараже.
В салоне горел свет, и, садясь в машину, Джоуди увидела завернутый в одеяло «моссберг». Зачехленная винтовка стояла в дальнем углу за водительским сиденьем. Улыбнувшись Шарон, она захлопнула дверь и опустилась на четвереньки на пол.
— Как тебе там сзади? — поинтересовалась Шарон.
— Пол по крайней мере чистый. Более-менее.
Под весом отца автомобиль качнулся. Хлопнула дверь, и тьма опустилась на ее убежище. Послышался металлический скрежет поднимающихся ворот, затем взревел мотор.
— Как себя чувствуешь, чемпионка? — промолвил отец.
— Я? — удивилась Джоуди.
— Да, а кто же еще.
— Все о’кей.
— Не поднимай головы, пока не скажу.
— Хорошо.
— Я пока не буду включать фар. — По тону голоса Джоуди поняла, что на
— Правильное решение, — согласилась та.
Машина дала задний ход, и, заваливаясь вперед, Джоуди натолкнулась плечом и бедром на передние сиденья. Вектор сил изменился, когда они съехали с подъездной аллеи на улицу и отец включил переднюю передачу. Теперь Джоуди отшвырнуло к заднему сиденью.
— Пока все хорошо, — заметила Шарон.
— Вероятно, их сейчас нет поблизости, — поддержал разговор отец. — Но надо быть готовым ко всему, потому что никогда нельзя знать наверняка.
— Там сзади, наверное, Симмонс.
— Твой партнер?
— Ага. Славный парень. Но он обещал посигналить нам фарами.
— Должно быть, очень забывчивый.
— Нет, вот, посигналил, — вздохнула Шарон с облегчением. — Теперь повисит у нас на хвосте, пока не убедится, что за нами никто не увязался. Может, нам все же лучше включить фары?
— Гм, да-да.
Послышались два тихих щелчка центрального переключателя, а вслед за ними очередь более звонких сигналов поворота. Машина стала притормаживать, и Джоуди качнуло вперед. На повороте слегка подбросило, затем снова прижало к подушке сиденья.
— Как дела, Джоуди? — осведомилась Шарон.
— Чувствовать себя мишенью еще хуже.
— Потерпи еще несколько минут, — вставил отец.
— Только, пожалуйста, полегче на поворотах.
— Сейчас будет прямой участок.
— Хвала Всевышнему.
Наконец Джоуди смогла подняться. За окном она узнала пандус Лорел-Каньон. Они выезжали на скоростную магистраль Вентура.
— Все идет замечательно, — произнесла Шарон.
Обернувшись, Джоуди посмотрела в заднее стекло. Въездной пандус позади был пуст, если не считать одной машины.
— Это Симмонс? — спросила Джоуди.
— Да, он.
Отец прибавил скорости и влился в поток машин, двигающихся на восток.
— А вот и он.
Необозначенная полицейская машина пошла на обгон и, поравнявшись с ними, сбавила скорость. Водитель вытянул руку в их сторону. Джоуди в первую минуту показалось, что он нацеливает на отца пистолет, и все оборвалось внутри. Но вместо пистолета увидела поднятый кверху большой палец.
Отец показал ему свой, а Шарон подалась слегка вперед и помахала рукой. Затем машина Симмонса рванулась вперед и потерялась вдали.
Неожиданно прорвало радио, но, прежде чем Джоуди успела угадать мелодию, звуки стихли.
— Любимая станция Джоуди, — кивнул отец, — «Ка-Кафония».
— Очень смешно, папа.
— Посмотрим, можно ли словить какую-нибудь песенку о ковбоях.
— Вам такие нравятся? — удивилась Шарон.
— Я думал, вам нравятся.
— С чего вы взяли?
— Сержантские лычки дуракам не нашивают, мэм. Шарон рассыпалась мелким смешком.
— А вы сами любите кантри?
— Считайте, что я всеядный.