No One Really Knows
Шрифт:
Я настоятельно опросил Одейра обо всех нюансах, которые я должен знать, будучи отцом. Сказать, что он открыто смеялся надо мной — это ничего не сказать. Столько стеба про презервативы я, наверное, за всю свою осознанную жизнь не слышал.
Где-то глубоко в душе у меня все ещё таилась надежда, что это все развод, что никакого ребёнка нет. Порой я даже настолько убеждаю себя в этом, что вновь хочу встретиться с той, что не даёт сердцу покоя. Наверняка, вы знаете много историй про мужчин, которые любят одну, но по разным причинам вынуждены быть с другой.
Но ребёнка я все же хотел. Пополнение у Одейров в свою очередь задело и меня. В какой-то степени я даже завидовал другу, у которого жизнь, в отличие от моей, складывалась гораздо лучше.
— Я сегодня ночую у родителей, — заявляет Джесс, быстро набирая текст в своём мобильном.
— Решила съехать от меня? — выгибаю брови, обратив внимание на девушку, которая в это время уже стояла у зеркала и красила губы.
— Не дождёшься, пупсик, у нас теперь все серьёзно, — не знаю почему, но после этого я засмеялся. — Я сказала что-то смешное?
Я лишь пожал плечами, но продолжил улыбаться, уставившись в ноутбук. Неплохо было бы и мне как-нибудь скрасить этот дивный вечер. Написав сообщения Финнику и Роберту, я слез с подоконника и направился в спальню. Девушка что-то очень яро искала в своем чемодане.
— Слушай, а мама тебе дресс-код устроила? — спрашиваю я, заметив край ажурных чулков.
— Что? Ты о чем? — строит из себя дурочку, поправляя край облегающего красного платья.
— Вот об этом, — повторяю я, нагло задирая подол юбки вверх. — Что-то мне мало верится, что ты к родителям идёшь. Либо ты сейчас же переодеваешься, либо сидишь дома.
— С каких пор тебя заботит мой внешний вид? — упрекает она, скрестив руки на груди.
— С тех пор, как ты стала носить в себе моего ребёнка, — отвечаю я, немного прикрикнув. — Я не позволю будущей матери моих детей ходить по городу в таком виде!
— Детей? — с недоумением спрашивает она.
— У нас же теперь все серьёзно, — улыбаюсь я, переместив свою руку ей на живот.
Она обвивает руками мою шею и притягивает к себе, нежно целуя меня. Я без раздумий отвечаю, начиная блуждать руками по её спине. Позже беру инициативу в свои руки, заваливая её на кровать и снимая платье.
Однако, в этот же миг передо мной возникает образ неимоверно злой Китнисс, я ощущаю на себе этот холодный взгляд серых глаз, даже несмотря на то, что это всего лишь видение.
Как бы я не пытался закончить начатое, постоянно всплывающий образ брюнетки не давал мне покоя.
К сожалению, а может и к счастью, резко раздается телефонный звонок.
— Извини, не могу пропустить, — говорю я, мимолетно целуя её в край губы.
Джесс лишь рычит, нехотя выпуская меня из своих объятий. Однако, когда я подошёл к телефону, он сразу же затих. На экране оставалось уведомление о пропущенном от Роберта.
19 июня, 18:34. Сообщение доставлено.
От: Робс
Как всегда, у тебя?
19 июня, 18:36. Сообщение отправлено.
От: Пит
Да. Собираемся где-то ближе к 9. Отговорки
Не проходит и минуты, как Одейр тоже подтверждает свое участие в сегодняшнем вечере. Все идет по плану.
Вернувшись в спальню, я наблюдаю за тем, как блондинка, все же переодевается, недовольно натягивая на себя джинсы.
— Другое дело, — говорю я, наклонив голову набок.
Она улыбается и поправляет волосы. После складывает что-то в маленькую сумку и обнимает меня, удостоверившись в том, что взяла все необходимое.
И все же, я так и не понимал необходимости уезжать к родителям. Нет, это хорошо, что она собирается их проведать, но почему сегодня? Что-то в её поведении заставляло меня настораживало, но я никак не могу понять что именно.
— Так, я уехала, — говорит она, целуя меня в щеку. — Вернусь завтра к обеду, не скучай.
Не соскучусь, поверь. На этот вечер у меня уж слишком хорошие планы.
***
Женщины и деньги, я теряю контроль.
Важно не играть здесь чужую роль.
Утренний экспресс, полуголая муза.
Нет ничего круче, чем моя туса.
— Остановите, остановите, Питу надо выйти, — кричал Финник, прыгая на моем диване. Знакомьтесь, человеку 24 года, у него есть ребенок и он прыгает на диване, пытаясь двигаться в такт песне. Не приведи Господь, чтобы младший Одейр пошёл в отца.
— Так, а я что-то не понял, ты завтра опять на работу не заявишься? — останавливая поток несуразной рифмованной речи Финника жестом руки, спрашивает меня Роберт.
— Ты что, как это я и не заявлюсь на работу? Когда такое было-то? — после этой фразы по квартире сразу же разносится дикий ржач и комментарии в стиле «ой, Мелларк, не могу с тебя» и «сука, засчитано».
Если вы думаете, что это уже завершение вечера, то спешу сказать о том, что вы ошибаетесь. Я бы это даже началом не назвал. Вот когда Роберт будет звонить бывшей или той, что была до бывшей, то это уже можно считать граничной точкой нашего алковечера.
А в прошлый раз все закончилось, когда Финник выбросил кальян с балкона. Вы представляете? Выбросить кальян с 13-го этажа, это нормально вообще? Не спрашивайте, почему он это сделал. Мы до сих пор не знаем, потому что на следующий день человек проснулся с лицом, будто его очень тепло встретили гопники в подворотне.
Продолжая хлестать виски, мы все также время от времени курили и танцевали, выкрикивая строчки песен.
— А знаешь, что? Мне предыдущая твоя спутница больше нравилась, — говорит Роберт, сев на диван, когда Финник перестал по нему прыгать. Ой, вот опять начинается. Почему всегда нужно заняться обсуждением моей личной жизни? — Ну, брюнетка, которая ещё яичницу тебе на голову сбросила.
— Вот согласен сейчас, — сказал Одейр, чокаясь стаканами с Робертом. — Она такая юморная была, в отличие от этой, как её, — вспоминал он, щёлкая пальцами. — Джесс, вот. Но раз так вышло, то давайте выпьем за то, что Мелларка подвели его причиндалы. Без обид, брат, но ты, похоже, реально в заднице.