Никуда не денешься

Карат Татьяна

Глупость какая-то! Не верю я, что с какого-то перепугу вдруг резко могла ему понравится, и он захотел сделать меня своей женой. Я понимаю, что у них другие законы, менталитет, и все тому подобное, но еще не встречала ни одного мужчину, который бы с таким энтузиазмом и скоростью женился, на, совсем посторонней, девушке. Переспать - с радостью, а вот женится – ни за какие деньги.

А этот – поцеловал, пометил и сразу уволок. И не просто в другой город или страну – в другой мир. Ладно, пусть наши тогдашние зажимания за зданием универа,

простым поцелуем не назовешь, но все же – не замуж же меня после этого брать? А еще была та засохшая полоска крови. Нужно уточнить у него, что же это все-таки такое?

Я подошла к зеркалу на стене – посмотреть, не осталось ли на шее следа. А он там был – маленький шрам, как после прививки на плече.

– О Боже! Что это!

– Не переживай ты так, потом объясню.

Я резко обвернулась. Но здесь никого не было. Огромная комната была пустой. А у меня создалось ощущение, что голос звучал за моей спиной. Оглянулась по сторонам. Ну не мог он быть здесь, а потом за какую-то секунду исчезнуть.

– Не ищи меня, я сейчас достаточно далеко.

– Как…

Единственное, что я могла сказать.

– Ты же разумная девушка, и уже поняла, что находишься в другом измерении. Так вот наш мир намного более развит, чем ваш. Не ищи здесь ни какой магии или чего-то сверхъестественного. Это всего лишь технологии.

– А с чего ты взял, что я буду искать здесь что-то сверхъестественное?

Я обращалась к нему и даже не знала куда смотреть. Осматривала потолок и стены в поисках каких-то камер, возможно огоньков, которые эти самые камеры выдадут, но ничего.

– В вашем мире, тому, что не в силах понять и объяснить, всегда приписывают что-то магическое. Или я ошибаюсь? Да не ищи ты камер – их нет.

– А как ты меня видишь?

Боже, дожилась, задаю вопросы как первоклассница – «почему птички летают, а почему солнышко светит?». Вопрос, может, был не совсем такой, но интонация похожа. И если он тоном отца начнет мне, как глупышке, это все рассказывать – я просто не выдержу.

– Не задавайся глупыми вопросами. Вижу и все.

Час от часу не легче – закрыл мне рот как слишком любопытному и надоедливому ребенку.

– Я хоть в каком-то месте могу уединиться.

– Не бойся, в туалете я за тобой не подсматриваю.

Хоть это радует. Я больше ему ничего не говорила. Обиделась? Может.

Ровная стена, на которую я смотрела – она же дверь – становилась постепенно прозрачной. Я ожидала увидеть Готлиба, но дверь открылась перед трема неизвестными мне людьми. Они спокойно вошли в комнату и улыбнулись мне.

Я не спорю, улыбка располагает к себе собеседника, но не тогда когда этот собеседник уже порядком заведен. А я была заведена, и на их улыбки только сильнее сжала челюсти. Что это за привычка врываться в дом не позвонив, не спросив разрешения войти?

– Я сейчас буду.

Это был голос Готлиба. Он прозвучал у самого моего уха, как шепот. И

я была уверенна, что слышала его я одна.

– Здравствуй Наталья! Очень рады тебя видеть.

Говорила женщина, идущая с правой стороны этой троицы. Да глядя на эту женщину, начинаешь понимать, почему такие мужики как Готлиб, бросаются на первую попавшуюся девушку в виде меня. Это не женщина – это мужчина, я бы сказала в юбке, но она была в штанах. Черты лица правильные, и фигура очень даже ничего, хоть и была в строгом костюме. Но глаза. Их строгость, я бы сказала даже жесткость, не могла скрыть никакая улыбка. К такой с сюсюканьями не подойти. Поцелуи строго по графику, а секс как награда за хорошие поступки – это все, что светит ее будущему мужу.

От их присутствия радости никакой не ощутила, поэтому и врать не собиралась. Обошлась одним «здравствуйте».

– Глеб тебя, наверное, предупредил о нашем прибытии.

– Ка…

Мое - «какой Глеб?», так и не было досказано. Опять этот шепот у самого уха.

– Малышка, запомни – мое имя Глеб. Так меня зовут все. Истинное имя знаешь только ты. Его нельзя никому говорить.

Вот как черт из табакерки, честное слово!

Вопросительные взгляды здесь присутствующих заставили меня вернуться к нашему разговору.

– Конечно, предупредил.

Мужчина, находящийся посредине этой троицы, мне кого-то смутно напоминал. На вид ему было не больше сорока. Высокий, слегка щупловат, светло-русые волосы, одним словом самый обычный среднестатистический мужчина. Но голос у него почему-то был знаком.

– И ты знаешь, почему мы здесь?

– Знаю.

– Так каков же будет твой ответ? Добровольно ли ты здесь находишься, или может, хочешь быть совсем в другом месте? Может, сердцем к кому-то привязана, а тебя разлучили с этим человеком?

Где-то я уже видела этот взгляд. И эта улыбка в ожидании положительного ответа мне тоже знакома. Я отбросила попытку что-либо вспомнить и сосредоточилась на его словах.

Это вариант! Что если соврать, что безумно кого-то люблю и скучаю по нему, может домой вернут?

– А знаете, есть такой человек, и я очень хочу к нему вернуться.

Лицо мужчины засияло в улыбке. Такое ощущение, что он счастлив мне помочь. Его глаза даже как-то заискрились, как в предвкушении чего-то особенного.

У меня появилось стойкое ощущение, что я сболтнула лишнего. Вспомнился разговор моего благоверного с Готлибом на новогодней вечеринке. Они разговаривали как хорошо знакомые, нет, не друзья, может даже враги, но очень хорошо знакомые. Что-то мне подсказывало, что Никита и сам из этого мира. Тогда он еще что-то говорил о том, что будет жаловаться отцу. В голове вертелась уйма кусочков разговоров, каких-то зацепок, подсказок, но я не могла их собрать в одно целое.

– Здравствуй Варган. Чего же не предупредил меня, что будете так рано, я бы достойно встретил гостей.