Никто, кроме тебя...
Шрифт:
Но перед ним была девочка. Невинная, непорочная, любящая… Только испуганная, взволнованная обрушившейся на неё лавиной новых, непонятных ощущений. Но то, что ему довелось услышать превзошло все ожидания.
– …А у тебя был когда-нибудь…- девушка запнулась, подбирая нужные слова.
— Секс? — будничным тоном спросил он и, с трудом подавив улыбку, кивнул с самым серьёзным видом. — Был.
– …Я имела ввиду…
— Секс с девствинницей? — словно догадавшись, переспросил Сергей, наблюдая, как её лицо от одного только слова заливается румянцем. — Тоже был. Почему это тебя
– …Ну…просто… у меня уже такой возраст… — огорчённо выдохнула Ира.
Тут уже он не смог сдержаться и звонко рассмеяашись, притянул растерявшуюся девушку к себе.
— Я не ослышался? Что там у тебя с возрастом?
А она ещё больше засмущалась. Ну что, если все подружки в один голос твердят: чем раньше — тем лучше — не так больно… И всякие внушения, насчёт «нужно расслабиться», не работают вовсе!.. А ему смешно!..
Светлов с интересом разглядывал зардевшееся лицо. Что греха таить — у него много женщин было. Разных. И опытных, искуссных в делах любви, и неискушённых, но жаждущих набраться опыта. Жаждущих страстно, не таясь своих желаний. С ними всё обстояло просто: ограничивать себя в действиях не приходилось. И это устраивало всех. А тут… И взял бы «штурмом», что, в принципе, естественно, но что-то пошло не так… что-то остановило… Наверно глаза её, умоляющие не спешить…
Свой первый раз женщина долго в памяти хранит. Для неё это, как точка отсчёта нового этапа жизни. И мужчину своего первого помнит. И стать для девочки этой, доверившейся ему, малоприятным воспоминанием, как-то не улыбалось. Пришлось приостудить свой пыл, направив лавиноподобную прелюдию в более спокойное русло. Он даже раздеваться не спешил, чтоб не пугать её лишний раз.
Понимая, что причина такой зажатости — банальный страх, Сергей отстранился, почти целомудренно чмокнул её в кончик носа и, шепнув «сейчас вернусь», вышел из спальни.
Проводив взглядом полуобнажённую фигуру, Ира прижала ладони к пылающим щекам. Стыдно-то как, Господи!.. Свой первый раз она по-другому представляла: не таким откровенным, что ли… Ну, хотя бы, как в классическом кино: интимный полумрак, тихая музыка, но уж никак не дискуссия на тему глубоко запущенной девственности! Сама виновата! Мужчине противиться нельзя, тем более, раз уж всё для себя решила! Она перекатилась на другой край постели, попутно заворачиваясь, словно в кокон, в шёлковый плед.
Переступив порог, он улыбнулся:
«Начинаем всё сначала…» – мелькнувшая в голове мысль не просто забавляла, а безумно заводила. Проходя мимо, дотянулся и чиркнул ногтем по торчащей из «кокона» босой ступне. Девушка ойкнула, поджав пальцы.
Сергей поставил на тумбочку бокалы, наполнил их шампанским. Потом опустился с краю кровати, подхватив её, словно куклу, усадил к себе на колени и протянул фужер. Ира пригубила искрящийся в хрустале напиток.
— Пей до дна… — целуя мочку уха, шепнул он. Перебирая струящиеся по плечам локоны, провёл ладонью вдоль спины, словно невзначай освобождая край обёрнутой вокруг груди материи. Шёлк с лёгким шорохом соскользнул вниз. Девушка замерла в оцепенениии, чувствуя, как предательски напряглась грудь. Не отводя глаз, он коснулся затвердевшего соска. Слегка
От волнения у неё пересохло во рту. Пребывая в диком смятении, Ира залпом осушила игристое.
Улыбнуашись забавному зрелищу, Светлов снова наполнил бокал.
— А ты?.. — взглянув на него спросила девушка.
— Я сегодня у штурвала, — заговорщески подмигнув, Сергей опрокинул её на простыни и припал поцелуем к пахнущим карамелью губам.
Он с трудом сдерживал необузданное стремление взять это желанное тело. Взять немедленно, пусть даже силой, эгоистично наплевав на её страх. Но... что-то останавливало, подсознательно подсказваая: с ней так нельзя. Слишком хрупкая и ранимая...Слишком доверчивая...
– Я не трону тебя, пока ты не будешь к этому готова… – её или себя в этом убеждал, так толком и не понял.
— Я готова… — тихо шепчет она.
Маленькая обманщица! Говорит, а у самой ведь сердце в пятки уходит от страха.
Рвущие на части желания заполняют всё её существо: довериться его рукам, впустить в себя, отдавшись порыву захлестнувших ощущений. Но…
Сергей снисходительно улыбнулся, пресекая очередную попытку отстраниться. В первый раз всегда так: даже безумно желая близости, даже безгранично доверяя и находясь в состоянии прострации, в определённый момент девушка инстинктивно закрывается от мужчины – срабатывает безусловный рефлекс защиты.
Отрицательно качая головой, он, в который раз отвёл в сторону непослушную руку.
— Не бойся. Просто доверься мне. Я мужчина. Я знаю, что делаю.
***
Не в силах противостоять захлестнувшей лавине чувств, она тянулась к нему, судорожно хватая ртом воздух.
– …Я тебя люблю!..
— Повтори!..
— Люблю тебя…
Он эгоистично заставляет её повторять эти слова ещё и ещё, буквально, срывая их с губ жадными поцелуями. А сам такой восторг испытывает, как пацан семнадцатилетний. Ну и повезло же тебе, Серёга!
Опытный в делах любви, он безусловно знал, как сделать этот волнительный для девушки момент менее болезненным. Чувств и эмоций тут недостаточно, убеждать расслабиться бесполезно. Можно только заставить это сделать. И сейчас он терпеливо вёл её к пику наслаждения.
Находясь в прострации, она уже сама подстраивалась под касания его рук, осознанно или нет, но двигалась навстречу.
Мощная волна накрыла с головой. Натянутая, как струна, она затрепетала, будто под действием электрического разряда. Тихий стон, сорваашийся с губ, утонул в глубоком поцелуе.
Долгое мгновенье он наслаждался ощущением вздрагивающего в его руках тела. Чувственное, оно ещё откликалось на отголоски оргазма, который постепенно затухал, уступая место ранее незнакомому ей блаженству. Изящная рука, обнимавшая шею, безвольно соскользнула на шёлковую простынь, и только бархатистое дыхание трепетало на приоткрытых губах, лаская кожу его плеча.
Расслаблена. Полностью. Во власти поглотившей её неги. Тот самый миг, когда женщина подчинена лишь древнему, как мир, зову плоти. Завораживающее зрелище!.. Чертовски красивое!..