Никому не отдам... Моя!

Dashylka

После водных процедур, златовласка позавтракала и, домыв свою тарелку, взглянула на часы. Сколько времени?! Уже полтретьего! Мать моя женщина, я могу не успеть….черт. Так, спокойно. Время еще есть, я всё успею. Фух, я спокойна, как тысяча сусликов. Мы имеем: на дворе лето, соответственно надо что-нибудь открытое. Эх, знать бы, в чем Нацу пойдет…Ой, ну это же Нацу. Он по-любому будет в своем «фирменном» наряде: жилетка, шаровары, накидка и неизменный шарф(Авт: как же ты ошибаешься…*).

– Гигантского Краба откройтесь врата! Рак!
– схватила ключ Заклинательница.

– Вызывала, Креви?
– он, как всегда, в своем репертуаре.

– Да. Помоги мне, пожалуйста, с прической, - попросила я.

– А куда идешь?

– В ночной клуб, - робко ответила я.

–

Хм…а ты не боишься ходить по таким заведениям?
– он нахмурился.

– Нет, со мной же Нацу!
– большой палец в знак того, что беспокоиться не о чем.

– Хорошо, Креви,- он усадил меня за марафетный столик. Чик-чик-чик, клац, чик-чик-чик, вжик.
– Готово, Креви.

Я решилась на себя посмотреть. Вау! Уж не знаю, что мой Дух сделал с моей головой, но волосы лежали тютелька в тютельку. Сзади они были заколоты черной сверкающей заколкой, а по бокам свисали белокурые локоны, выпрямленные утюжком.

– Спасибо, Рак, ты свободен, - поблагодарила я его.

– Вызывай, Креви, - он испарился.

– Здравствуйте, хозяйка, я принесла Вам одежду, Вы же на свидание собрались, да?
– нет, слухи разносятся просто со скоростью света.

– Да, Дева, спасибо, а то у меня нет ничего подходящего, - я взяла из ее рук стопку одежды и положила на кровать, хватая то, что лежит сверху. Хм…красное платье….обтягивающее, нет, не пойдет. Беру второе: белое, но слишком короткое – нет. Блин, времени осталось всего полтора часа! Я не должна опаздывать!

– Госпожа Люси, а вот это не примерите?
– голубоглазая дала мне в руки что-то странное. Я в миг переоделась, у Девы хороший вкус, ей можно доверять. Я посмотрела в зеркало…Я онемела. Платье…оно было черным, как южная ночь, которую везде украшали звезды – стразы рассыпались мелкими градьями по всей поверхности ткани, которые отливали то золотом, то серебром, то изумрудным и всеми оттенками синего. Оно было бесподобно: отсутствие бретелек говорило о предназначении наряда, юбка была «солнышком», но не круглым, а квадратным. Когда ты просто стоишь, то она свисает остриями, соответственно, где-то платье достигает практически колена, а где-то полностью открывает бедро, прикрывая лишь то, что надо прикрыть, а когда ты быстро крутишься, то вокруг тебя не круг, а квадрат(Авт: может не точно объяснила, но платье офигенное, отвечаю*).

– Дева, спасибо,- я минут через пять только обрела дар речи.
– Но мне еще нужны туфли…

– Госпожа Люси, тут туфли не пойдут, а вот это – в самый раз, - она протянула мне обувную коробку. Посмотрим…босоножки с открытым носиком, обтянутые точно такой же цвета тканью, что и платье. Шпилька..10 см, видно, что есть, но и танцевать удобно.

– Дева, спасибо огромное тебе, что бы я без тебя делала?
– я затискаю ее когда-нибудь. Так, но макияж мне тоже же нужен! Причем вечерний, а значит, больше туши, больше теней и помады в том числе. Я помчалась к зеркалу, что висит над столиком. Осталось сорок минут. Спокойно, иначе, если рука дрогнет, то исправлять будет некогда: глаза накрашены так, что, показалось, в темноте их видно будет, но я не переборщила, просто тушь угольно-черная, поэтому делает свое дело, теней наложила в меру. Теперь мой взгляд мог говорить за меня, стоит только сделать правильное выражение лица. Губы..я решила, что красный цвет будет слишком вызывающим, потому что акцент на глазах…розовая помада…не, не катит, хотя я и блондинка, но сейчас она не подходит, поэтому я выбрала прозрачный блеск. Эх, заблестели мои нежно-розовые губки, что придавало моему образу невинности, ну, Нацу, держись. Я сама себе улыбнулась. Все, я готова, а Дева уже успела прибрать все, что я раскидала в поисках того или иного предмета одежды. На моей руке красовался золотой браслетик, когда-то подаренный мне мамой, сережки сверкали в ушах, а на шею я решила надеть повязку, которую дала мне Дух, тоже черную, но с стеклярусовидным цветочком посередине. Посмотрела на время: бездесяти девять. Я в комнате одна. Сердце начало бешено биться, ведь я впервые иду на вечеринку с парнем, раньше все происходило по воле отца, в длинном бальном платье, со сладкими

речами со стороны женихов, а сейчас я ощущаю себя свободной птицей в огромном небе. Мои раздумья прервал звонок в дверь. Кого это принесло так поздно? Я пошла открывать, чтобы высказать все по поводу таких вечерних визитов моему гостю. Резко повернув замок, я дернула за ручку двери и…беззвучно открыла рот. Передо мной стоял Нацу. Я если и хотела что-то сказать, то не могла. Опершись о косяк двери, напротив меня находился Саламандр. А я то думала, что он в «фирменном» наряде пойдет. Я оглядела его с ног до головы. Непослушные волосы стали лежать еще беспорядочнее, чем прежде; черная рубашка из хлопка с коротким рукавом, воротник стоял, а верхняя пуговица приглашающе расстегнута, темные джинсы и белые кеды. Хорошо, что я держалась за дверь, иначе бы упала прямо на месте. А где же его неизменный шарф. И когда это Драгнил успел так измениться? А он улыбнулся, присвистнул мне и, чуть приспустив большие темные солнцезащитные очки, спросил:

– Ты готова?
– на его лице была плотоядная ухмылка. А он мне таким понравился.

– Да, - выдавила я. Только сейчас заметила, что в руке, на которую он опирался, появился большой букет белых голландских роз. Они в диаметре около десяти сантиметров каждая!

– Это тебе, - он протянул мне «кулек с благовониями».
– Тут 25 штук, - такая «улыбка» так и не хотела сходить с его лица.

– Спасибо, - я пошла ставить букет в воду.- А почему именно 25?

– Ровно столько, сколько месяцев мы с тобой знакомы, - он снял очки и повесил их на грудь. Я вышла из кухни, а он начал как-то странно на меня смотреть.

– Что?
– удивилась я.

– Да я вот думаю, ты такая красивая, что не хочется, чтобы на тебя смотрели посторонние, - он подошел ко мне вплотную. Влажность на губах, горячее дыхание, я обвила его шею руками, отвечая на поцелуй, который захлестнул меня.
– Люси, перестань,- он усмехнулся.
– Если будешь продолжать в том же духе, то я изнасилую тебя прямо здесь и сейчас, - я покраснела и убежала, чтобы поправить блеск.
– Сумочку не бери, она будет только мешать, - крикнул он мне вслед.

– Ладно, только ключи куда деть?
– мы уже вышли, а я закрываю дверь.

– Давай мне, в карман положу, - спасибо, Нацу, что бы я без тебя делала?
– Идем?
– он подал мне руку.

– Идем, - я почувствовала его горячую ладонь на своей. Так приятно, я аж готова замурлыкать. Мы идем по почти пустой улице, потому что все нормальные люди уже давно дома, вдруг я услышала игривый голос Нацу.

– А знаешь почему я тебе разрешил пойти в этом наряде?
– нет, он мне что, еще будет давать «добро» на то или иное платье что ли?

– Нет, - я удивленно посмотрела на него. Мне-то откуда знать?

– Потому что, если кто-то к тебе подойдет, то, внимательно оглядев, быстро удалится, во избежание травм, - он смотрит куда-то вдаль, а я ему вторю.

– Это почему?

– Потому что на твоем плече огненный дракон, а его хозяин я, думаю, что молодые люди не захотят проблем со мной, - да что ж он во всем так уверен-то, а? Хотя, если посудить, то он еще никогда не ошибался…

– Ну удружил, а на бедре чего не сделал? Так бы хоть не видно было, - я, кажись, покраснела.

– Это своего рода защита. Тот, кто меня знает из плохой компании, бродящей по ночным улицам, к тебе приставать не будет…Они же не хотят сгореть заживо…

– 32 зуба засветились в темноте.
– Вот мы и пришли, - я посмотрела вверх. «Paradise» - гласила надпись. Paradise? Да это же самый знаменитый клуб в Фиоре! Нацу, я тебя люблю, честно!

– Это же самый крутой клуб!
– эмоции мои, эмоции…

– Знаю, тебя ждет сюрприз сегодня, - он подмигнул мне. Мы зашли в это огромное здание. Изнутри оно выглядело, как большой зал с потолком, метров, так-эдак, восемь. Свет там, естественно, не горел, только прожекторы и светомузыка освещали помещение. По бокам были лестницы на балконы, с которых видно все, что происходит на первом этаже. Большая высокая сцена, барная стойка, длиной во всю стену, справа тускло горели голубые лампы, к которым мы и направились.