Никогда-никогда 2
Шрифт:
Снимок выставлен здесь не для продажи. А как украшение. Встаю на цыпочки и беру за рамку, чтобы снять ее и поближе изучить. Высокие ворота охраняют здание, которое едва можно различить на изображении. В углу одной из массивных колонн, обрамляющих ворота, прикреплена табличка с надписью. «Jamais-Jamais».
– Чем могу помочь?
Поднимаю глаза и встречаюсь взглядом с, возвышающимся надо мной, мужчиной, что, кстати говоря, впечатляло. Во мне шесть футов и один дюйм, если верить информации с моих водительских прав. В нем, должно быть,
Я указываю на фотографию в своих руках.
– Вы знаете, что запечатлено на этом снимке?
Мужчина вырывает рамку из моих рук.
– Серьезно?
Он кажется взволнованным.
– Я не знал, когда твоя девушка спрашивала меня об этом вчера ночью, и с тех пор, ничего не изменилось.
И вешает фотографию обратно на стену.
– Не трогай руками то, что не продается и то, что ты не собираешься покупать. – Он собирается уйти, потому я следую за ним.
– Подождите, - обращаюсь к нему я, делая два шага за его один. – Моя девушка?
Он продолжает идти в сторону кассы.
– Девушка. Сестра. Кузина. Какая разница.
– Девушка, - уточняю я, толком не понимая, зачем это делаю. Ему все равно плевать. – Она не возвращалась сюда прошлой ночью? После того, как мы ушли?
Он проходит за стойку.
– Мы закрылись сразу же, как только вы двое ушли, - утыкается в меня взглядом и выгибает бровь. – Ты собираешься что-либо приобретать или так будешь преследовать меня всю ночь, задавая глупые вопросы?
Я сглатываю. Он заставляет меня чувствовать себя юнцом. Недоразвитым. Он – само воплощение мужчины, а его нахмуренные брови заставляют чувствовать себя напуганным ребенком.
Подбери сопли, Сайлас. Не будь тряпкой.
– У меня остался один последний глупый вопрос.
Он начинает звонить покупателю. Он ничего не говорит, потому я продолжаю:
– Что означает «Jamais-Jamais»?
Он даже не смотрит в мою сторону.
– Это означает «Никогда-Никогда», - отвечает кто-то за моей спиной.
Я незамедлительно поворачиваюсь, ощущая тяжесть в ногах, словно начинаю тонуть в собственных ботинках.
Никогда-Никогда?
Это не может быть простым совпадением. Мы с Чарли снова и снова повторяли эти слова на протяжении всех писем.
Я смотрю на женщину, которой принадлежит голос, а она смотрит на меня - подбородок приподнят, лицо серьезное. Волосы убраны назад. Они темного цвета, но время от времени проскакивают седые пряди. Она одета в длинный кусок ткани, ниспадающий к ее ногам до самого пола. Я даже не уверен, что это платье. Такое ощущение, что она сшила его из обычной простыни, соединив стороны, используя швейную машинку.
Видимо, это она читает по картам Таро. Она прекрасно подходит для этого.
– Где расположен этот дом? Тот, что на снимке? – указываю я на фотографию.
Она поворачивается и изучает ее в течение нескольких долгих секунд. Не глядя на меня, она направляет изогнутый палец и жестом показывает мне следовать за ней,
Я неохотно следую за ней. Прежде, чем мы успеваем пройти через дверной проем, украшенный шторами из бус, в кармане штанов начинает вибрировать мой телефон. Он дребезжит, сталкиваясь с ключами, и женщина, обернувшись через плечо, смотрит на меня.
– Отключи его.
Я смотрю на экран и вижу, что опять звонит мой отец. Я отключаю звук.
– Я здесь не для того, чтобы гадать, - я решаю прояснить ситуацию. – Я просто кое-кого ищу.
– Девушку? – спрашивает она, усаживаясь по другую сторону маленького круглого стола в центре помещения. Она указывает мне сесть, но я отказываюсь.
– Да. Мы были здесь прошлой ночью.
Она кивает и начинает перемешивать колоду карт.
– Я помню, - соглашается она. Маленькая улыбка заиграла на ее губах. Я слежу, как она выравнивает карты. – И только один из нас помнит об этом, правда.
Ее утверждение послало по моим рукам мурашки. Я сделал два быстрых шага вперед и схватился руками за спинку свободного стула.
– Откуда вы об этом знаете? – выпаливаю я.
Она снова указывает на стул. И в этот раз я повинуюсь. Жду, что она снова заговорит и расскажет мне все, что знает. Она первая, кто имеет представление о том, что со мной происходит.
Мои руки начинают трястись. Пульс стучит внутри головы, где-то в области глаз. Я зажмуриваюсь и запускаю руки в волосы, пытаясь скрыть волнение.
– Прошу вас, - умоляю я. – Если Вы что-нибудь знаете, пожалуйста, расскажите.
Она начинает медленно качать головой. Назад и вперед, назад и вперед.
– Все не так просто, Сайлас, - произносит она.
Она знает мое имя. Мне хочется закричать «Победа!», но я до сих пор не получил никаких ответов.
– Прошлой ночью вам выпала пустая карта. Раньше такого не бывало.
Она проводит рукой по колоде карт и выкладывает их в одну линию.
– Я слышала о таком. Мы все слышали, что так бывает. Но я не знаю никого, кто в действительности встречал подобное.
Пустая карта? Мне кажется, я припоминаю, что читал об этом в записях, правда толку никакого, потому что тех самых записей больше нет. И, вообще, кого она имела в виду, когда сказала: «мы все слышали, что так бывает».
– Что это означает? Что вы можете рассказать? Как мне найти Чарли?
Вопросы сыплются один за другим, сталкиваясь между собой.
– Фотография, - изрекает она. – Почему вас так интересует этот дом?
Я раскрываю рот, чтобы рассказать ей о фотографии на стене спальни Чарли, но тут же захлопываю его. Не уверен, что могу ей доверять. Я ее совсем не знаю. Она первая, кто знает что со мной происходит. Это может оказаться разгадкой, а может и указывать на ее причастность. Если я и Чарли находимся под каким-нибудь заклинанием, она, скорее всего, одна из немногих, кто может быть в курсе чего-то подобного.