Ничья жизнь

Ким Сергей Александрович

— Можешь не беспокоиться, Синдзи. Тут ведь какое дело… Это не афишируется, но в радиусе примерна ста километров от Геофронта местность каким-то образом самоочищается от всякой дряни, типа радиации, химических отходов или чего-то в этом роде… Сейчас радиоактивный фон вокруг Токио — самый низкий по стране, но это заслуга отнюдь не команд «ликвидаторов»…

Вот так, да? Опять Геофронт? Ну-ну… И почему я ни капельки не удивлён?

Ведь согласно сериалу (которому, впрочем, не стоит верить так уж безоглядно) Геофронт — это так называемое Яйцо Жизни, Комната

Гафа, в которой хранятся все души и прочая мистическая мутотень. Ну, если я всё правильно понял, в чём до конца не уверен.

Но под этим всем явно что-то кроется, интересно только, что?..

* * *

— Привет! — жизнерадостно поприветствовал я Кенске и Судзухару.

— Здравствуй, Синдзи, поздравляю тебя с днём рождения, — вежливо-официально заявил Айда, протягивая мне подарок в небольшой, но как водится богато украшенной коробочке.

— Да, Син, здорово! Поздравляю! — присоединился к нему Тодзи.

Хорошо, что меня Младший вовремя остановил в прошлые разы, когда я тут же было потянулся распаковывать подарки. Нельзя! По местным традициям — неуважение и безкультурщина…

— Ага, спасибо, ребята, проходите… О, а чего вы такие официальные — брюки, да рубашки?

— Так и ты в форме, — парировал, разуваясь Айда. — Хотя дома её и не носишь вроде бы обычно…

— Ааа… — махнул я рукой. — Это так, по случаю… А вообще никого больше в форме из нервовцев, кроме меня и Мисато, нет…

Лица парней моментально вытянулись.

— А тут, кроме Мисато, есть ещё и другие офицеры НЕРВ? — благоговейно прошептал Кенске. — С ума сойти…

— А мы это, того, лишними не будем? — осторожно поинтересовался Тодзи. — Всё-таки мы — это мы, а вы — это вы…

— Ерунда какая! Вы же мои гости, так что… Да не стойте вы, проходите уже!

— Синдзи, а что это у тебя за третья орденская планка? Первые две — это ооновские кресты, это я знаю…

— Да это меня русские наградили их орденом Мужества, тоже, кстати, на крест похо…

— С УМА СОЙТИ!!!

— Айда, ты опять за своё?

…За принесённым с кухни столом, накрытым белой скатертью, в настоящий момент собрался весь цвет НЕРВ. Мисато, её зам Макото, техники Аоба и Майя, и, конечно же, подруга майора — Акаги. Кроме меня с Кацураги все были одеты вполне неформально, потому как новые звания праздновали здесь только мы.

— Ребята, присаживайтесь, не стесняйтесь…

Разместил я Тодзи с Айдой между собой и местом, где должна была сидеть Рей, которой всё ещё не было. Увы, но она, наверное, слишком пунктуально восприняла указание явиться к шести часам, ведь сейчас часы показывали ещё только 17:55…

Парни откровенно робели, глядя на всех собравшихся в квартире Мисато, хотя никто из нервовцев на Тодзи и Айду особого внимания не обратил — только дежурно поприветствовали и вернулись к своим делам. Майя и Рицко всё ещё разбирали какой-то технический вопрос с работы, Макото и Кацураги вдохновенно обсуждали достоинства нового сорта пива, а Шигеру копался в моём компьютере, выбирая музыку на вечер. Причём Хьюга и Ибуки на

него посматривали с откровенной грустью — видимо, слишком хорошо знали музыкальные пристрастия своего сослуживца и приятеля.

— Блин, расскажу бате и деду, что сидел за одним столом с доктором Акаги — не поверят… — пробормотал Тодзи, косясь на Рицко.

— А если сфотографируем? — подмигнул Айда, незаметно доставая из-за пазухи небольшую цифровую камеру.

— Опять скажут, что в «фотошопе» сделал, как с Аянами… — грустно заметил Судзухара.

— А что Рей? — насторожился я.

— Ну, помнишь перед поездкой к русским, я тебя с Аянами фотографировал? — поведал мне Кенске. — Я ж потом это хотел их перед её появлением сбыть, так мне никто не поверил — сказали, вру я всё… Я! Вру! Да как они могли так подумать-то?!

— Ну и зря! — весело заржал Судзухара. — Син, видел бы ты их рожи, когда Аянами пришла в класс в своей форме…

— В класс? — спокойно переспросил я. — Рей. В форме. Занятно, а чего это она так…

— А то ты не знаешь, Син, — пожал Тодзи плечами. — Глядя на тебя научилась, наверное — ты же тоже всегда в форме ходишь… Нет, ну лица девчонок, да и пацанов в тот момент нужно было видеть! Жалко, что ты…

— Так это можно легко исправить, — вкрадчивым тоном заметил Айда. — Я тебе много чего записал…

— Куда записал? — не понял я.

— Увидишь, — улыбнулся Кенске.

— Ладно, — равнодушно пожал я плечами, привычно гася ожидаемое любопытство. — А что, действительно мощное зрелище было?

— Не то слово, Син, — вновь широко улыбнулся Судзухара. — Зашла со своим всегдашним непрошибаемым выражением лица, села… Но до этого ещё с нами поздоровалась — так народ вообще чуть не упал! Скажи, Айда!..

— Ага, — с готовностью подтвердил Кенске. — У меня память в камере закончилась, пока снимал все эти обалдевшие физиономии… Аянами в форме — это действительно нечто!

— Точно! — радостно заявил Тодзи. — Помнишь лицо Ютами?

— Да я теперь до конца жизни буду помнить лицо этой задаваки, — ухмыльнулся Айда. — А помнишь, как у всех рожи вытянулись, когда Аянами китель сняла?

Судзухара в ответ только расхохотался.

— А что такое было-то? — осторожно спросил я.

— Так у неё же на поясе тоже пушка висела, — пояснил Тодзи. — Мы-то ко всему этому уже готовы были, так что только по тихой ржали над всеми…

— А вот надо мне верить, да! — с некоторой долей злорадства заявил Кенске. — А то, понимаешь ли…

Трель дверного звонка. Кинул взгляд на часы. Ага…

— Так,— встал я с дивана. — Это, наверное, Рей. Пойду встречу.

И что вы думаете? Ведь пошёл же!

Открываю дверь… И чудом успеваю поймать падающую вниз свою нижнюю челюсть.

— С днём рождения, Синдзи, — Аянами протянула мне коробку с подарком.

— А… э… С-спасибо, Рей… — выдавил я, во все глаза пялясь на Первую

— Что-то не так? — обеспокоенно спросила Аянами. — Мисато снабдила меня несколькими комплектами одежды, я выбрала этот. Нужно было надеть что-то иное?