Ничья жизнь
Шрифт:
— Рад приветствовать на нашей базе столь высоких гостей, как вы, — дипломатично произнёс генерал. — Как представитель командования ограниченным контингентом российских войск в Японии выражаю твёрдую уверенность в том, что в будущем наше сотрудничество будет только развиваться и укрепляться.
— Благодарю, господин генерал, — светски улыбнулась девушка. — Как представитель НЕРВ, я также считаю, что наше сотрудничество сможет принести немало пользы и вашей стране, и нашему институту.
— Также я ещё раз хотел бы поблагодарить вас, лейтенант Икари, за оказанную в бою помощь, — обратился ко
«Что? Опять?!»
Так, нужно срочно что-то сломать или потерять, а то ведь обязательно на смену такой большой светлой полосе придёт не менее широкая тёмная…
— Сражаться вместе с вами было для меня большой честью. Сружу трудовому народу!— выпрямился я.
Ой-йо-ой! Всё-таки не сдержался! Ведь косячу же, косячу! Причём ведь тааак косячу…
Генерал скупо улыбнулся.
— Знание наших традиций делает вам честь, лейтенант Икари. Интересуетесь историей нашей страны?
— Так точно! — бодро отрапортовал я. — Мне очень интересна военная история! Особенно России и Германии — мне очень нравятся эти страны!
Эх, всё-таки хорошо, что в школе нас здорово гоняли по английскому языку, да и в институте про деловые переговоры на иностранном языке никто не забывал. Хоть нам и преподавали английский с экономическим уклоном — базовые-то фразы везде одинаковые. Главное, что я почти всё из сказанного генералом понимал, а что не понимал, то уже легко додумывал по смыслу. Неспособность задвигать на языке вероятного противника длинные и связные речи, была уже несущественна — несколько выражений из допросника помню и ладно… Мне, если что, вполне хватит, помимо набора стандартных фраз.
— Весьма похвально, лейтенант, весьма похвально… Знание истории порой здорово помогает… Я так понимаю, эта юная леди — тоже Пилот? — поинтересовался Кондратенко, с лёгким любопытством разглядывая Рей.
— Именно так, — подтвердила Кацураги. — Младший лейтенант Аянами, пока что числится в активном резерве. Также участвует в проекте Е.
— Да, институт кадетства — это очень правильное решение… — медленно кивнул генерал, рассеяно разглядывая нас с Первой. — Нельзя вручать столь мощное оружие, как Евангелион случайным людям…
— Мы пришли к такому же выводу, — улыбнувшись, соврала Мисато. — Эксперимент НЕРВа признан удачным, подтверждением чего служат результаты уже двух столкновений с Ангелами.
Ну, не будет же она говорить, что я веду себя как воспитанник военного училища не из-за стараний Конторы, а, так сказать, по личной инициативе. Увидал бы генерал не меня, а Синдзи-из-сериала — долго бы плевался и ругался на безумных японцев, доверяющих самое мощное на планете оружие депрессивным и психологически неустойчивым подросткам… И про случайных людей Кондратенко очень хорошо сказал, жаль только, что у Конторы просто не было другого выхода…
— Ну что ж… — задумчиво побарабанил пальцами по столешнице Кондратенко. — Раз уж с вводной частью покончено, предлагаю перейти к обсуждению более приземлённых вопросов. Ну, думаю Пилотам вся эта административная рутина будет неинтересна — их мы пока отправим прогуляться…
Так. Если я всё правильно
— Экскурсия по базе? — понимающе кивнула Кацураги.
— Что-то вроде того, — ответил русский. — Экипажи участвовавших в бою вертолётов высказали желание встретиться с лейтенантом Икари в более неформальной обстановке.
— Майор Кацураги, разрешите идти? — я резко поднялся, моему примеру последовала и Рей.
Мисато бросила быстрый взгляд на генерала, поймала его лёгкий кивок и милостиво позволила:
— Идите, лейтенант, вы свободны.
— Подполковник Бероев проводит вас, — добавил Кондратенко.
— Понятно, спасибо за информацию, товарищгенерал-майор. До свидания. Рей, идём.
Аянами молча последовала за мной.
Я вместе с Рей вышел кабинета и аккуратно прикрыл дверь, хотя у меня вообще-то имелся большой соблазн послушать, о чём же говорят столь высокопоставленные офицеры. До меня даже долетел обрывок фразы Кондратенко:
— Итак, вернёмся к вопросу о поставках оборудования…
Увы, но торчать под дверью мне было категорически нельзя, ибо поблизости имелся секретарь-адъютант генерала и ожидающий нас русский офицер.
— Товарищподполковник, — обратился я к нему. — Товарищгенерал проинформировал меня о том, что я должен встретиться с экипажами вертолётов. Вы можете меня проводить?
— Да, конечно, лейтенант, — кивнул русский. — Прошу следовать за мной.
Несмотря на вполне дружелюбное выражение лица, подполковник был явно не в восторге, что ему приходится выполнять обязанности экскурсовода для пары переигравших в войнушку детей. Говорить, точно заведённый «следуйте за мной», «прошу сюда» — ему явно не доставляло большого удовольствия, но простым сопровождающим в нашем случае обойтись было явно нельзя. Слишком уж мы важные шишки, типа, как бы не сочли за оскорбление, если бы к нам приставили кого-то низкого по званию… Нет, мне на это вообще-то было глубоко плевать, но мы же в Японии, а тут все эти церемонии должны быть явно в цене…
Так что не подаём вида и следуем за не слишком довольным русским — нас ждут великие дела… То есть, встреча в неофициальной обстановке. Интересно, а Артём там будет? По идее должен — тут ведь, похоже, о нашем визите каждая служебная собака знает, не то что старлеи, которые запросто мотаются на секретные нервовские базы…
Глава 4. I am (not) alien? [13]
Вобщем, вполне ожидаемо подполковник не стал нас лично провожать до места назначения, а перепоручил сию честь одному из своих сопровождающих и ушёл куда-то по своим подполковничьим делам.
13
Я (не) чужой? ( англ.)