Нежность
Шрифт:
Автомобиль резко тронулся с места.
– Осторожней! – взмолился Альварадо. – Иначе я упаду…
– Значит, мне не подтягивать платье выше? – Вероника насмешливо улыбнулась.
Габриэль удивленно округлил глаза:
– Почему? Напротив…
– А вдруг ты упадешь!
– Что ж, если я упаду в твои объятия, не возражаю, – пошутил Габриэль.
Вероника пригрозила ему пальцем. Постепенно набирая скорость, автомобиль двинулся вперед.
«Интересно, – подумала Вероника, – удержится Альварадо на месте, если
Она прибавила газ. Мотор оглушительно взревел и машина стрелой помчалась по шоссе. Из груди Альварадо вырвался восторженный крик. Вероника с любопытством взглянула на него, разочарованно отметив про себя, что он и не думает падать в ее объятия. Он крепко ухватился за верхний край ветрового стекла, упираясь ногами в руль.
Постепенно Веронику охватил страх. «Пора кончать эту гонку», – подумала женщина.
– А ну-ка притормози! – вдруг скомандовал Габриэль. – Я хочу свернуть с шоссе.
Вероника чуть отпустила педаль, а Габриэль ухитрился ногами повернуть руль. Машина понеслась по гладкой равнинной дороге.
Вероника зажмурилась. Ей казалось, что колеса вот-вот попадут в какую-нибудь незаметную ямку и тогда…
– Габриэль, мне это все совершенно не нравится! – прокричала женщина. – Не знаю, что будет со мной, но ты неминуемо сломаешь себе шею!
Но Альварадо лишь засмеялся в ответ.
– Габриэль! Прекрати! – продолжала кричать Вероника. – Я больше не желаю играть в эти игры! – Она убрала ногу с педали газа и одернула платье. Машина замедлила ход и остановилась. Вероника закусила губу, дрожащими пальцами повернула ключ и выключила мотор.
В наступившей тишине Вероника различила пение птиц, услышала шумное дыхание возбужденного быстрой ездой Габриэля. Только теперь она ощутила, что ее всю трясет.
– Сумасшедший! – прошептала Вероника, прижав ладони к лицу. – Ты просто сумасшедший…
Альварадо снисходительно взглянул на нее.
– Знаешь, а ты ничего… Ты мне нравишься, Вероника! – воскликнул он. – Неплохо мы прокатились…
Женщина покачала головой, не отнимая ладоней от лица.
Габриэль забеспокоился. Он сел рядом с Вероникой и положил свою теплую ладонь на ее колено.
– Ну все, Вероника, успокойся! Все позади…
– Ты ненормальный, – проговорила Вероника, не переставая дрожать. – Ты сошел с ума и хотел, чтобы я тоже свихнулась!
Альварадо с улыбкой смотрел на свою спутницу.
– Нет, Вероника. Я всего лишь хотел, чтобы ты испытала те же ощущения, что и я.
Встретив взгляд Габриэля, Вероника прочла в глубине его черных глаз нечто такое, что в других обстоятельствах заставило бы ее покраснеть. Но сейчас она лишь едва заметно улыбнулась. Габриэль неожиданно наклонился к ней.
Вероника почувствовала его дыхание на своих губах. Но в следующую секунду отпрянула и изо всех сил ударила Габриэля по щеке.
– Что ты себе
Альварадо побледнел и схватился рукой за щеку.
– Да в чем дело, Вероника, что с тобой?
Вероника выглядела испуганной.
– Не понимаю, за что ты меня ударила? Неужели ты думаешь, что я могу причинить тебе зло? Я просто хотел поцеловать тебя.
У Габриэля был обиженный вид, в его голосе прозвучала досада. Вероника вздохнула.
– Габриэль, ну зачем ты столько выпил? – сказала она с укором.
– Да я не пьян! – воскликнул Альварадо и тихо добавил: – По крайней мере, уже не пьян.
И снова в его взгляде Вероника заметила обиду. Неожиданно для самой себя она протянула руку и дотронулась до его щеки.
– Габриэль, тебе больно? – тихо спросила она. – Пожалуйста, прости меня. Я действительно испугалась, хотя теперь и сама не знаю чего.
Мужчина улыбнулся и прижал ладонь Вероники к своей щеке.
– И надо же было тебе все испортить, – с легким упреком пробормотал он.
Когда слева показалась одинокая ферма, Сильвио Уркиди свернул на боковую асфальтированную дорогу, ведущую к центральному зданию. Валентина почувствовала, что ее волнение достигло предела. Сердце учащенно билось, и казалось, оно вот-вот выскочит из груди. Однако ее несколько успокоило то, что дом выглядел нежилым.
Сильвио остановил машину, вышел сам и помог выйти Валентине. Когда он прикоснулся к ее руке, Валентину словно ударило током. Она отстранилась. Отступил на шаг и Сильвио. Оба почувствовали себя неловко.
Уркиди вытащил из кармана связку ключей и осмотрелся.
– Здесь никого нет, – пробормотал он. – Вот ключи от дома. – Сильвио показывал Валентине один ключ за другим, будто они могли ее заинтересовать. Неожиданно он вздохнул и опустил руки.
– Валентина, я просто не знаю, что со мной происходит, – вырвалось у него.
– Что с тобой? – тихо спросила Валентина.
– Валентина, – волнуясь, выговорил Сильвио, – Валентина… Меня мучает один вопрос. Я знаю, это нехорошо, но я не могу не спросить тебя… – Он виновато улыбнулся.
– О чем же? Спрашивай!
– Валентина… Ты думаешь сейчас о своем муже?
«Господи, ну почему он об этом спросил? – с горечью подумала она. – Неужели он не понимает, как я боролась с собой, пока мы ехали сюда… Можно подумать, что сам он не на моей стороне, а на стороне моего мужа». Однако при мысли о муже в ней пробудилась злость. «Хосе давно не живет со мной, часто не ночует дома… Должна же я, в конце концов, отомстить ему! Но пусть даже мой поступок продиктован не чувством мести, должна же я пережить что-то такое, о чем мне будет потом приятно вспоминать! Ведь в том, что должно между нами произойти, нет ни грязи, ни пошлости… Почему же я мучаюсь?»