Нежелательные элементы

Барнард Кристиан

И все-таки он нажал кнопку и явственно услышал, как зазвенел звонок где-то в глубине дома. Он ждал. По обе стороны двери вместо наличников, только пошире, были витражи, выложенные из кусочков цветного стекла. Кусочки составляли, вероятно, какой-то рисунок, но в стеклах отражался свет далекого уличного фонаря, и Деон не мог разглядеть, что там было изображено.

Он ждал, но никто не выходил. Свет в окне, который он заметил еще у калитки, продолжал гореть, но

окно выходило на другую сторону.

Он надавил на звонок — еще и еще. Он ведь слышал, как звонит где-то в глубине дома — не зуммером, как обычно, а мелодично, точно на ксилофоне играют.

Наконец он различил за дверью шаркающие шаги. Включили свет, и он увидел, что на витражах у дверей изображены два парусника — клипперы с раздутыми желтыми парусами, бороздившие лазурное море. Шаги все приближались и остановились у самой двери.

— Кто там?

Голос пожилой женщины, настороженный, с плохой артикуляцией, точно говорившая забыла свою вставную челюсть.

Он стал вспоминать дурацкий пароль, который следовало сказать.

— Я от Питера, — выговорил он. У него пересохло в горле, и на последнем слове дыхание отказало ему, так что имя он не произнес, а прохрипел. Он прокашлялся и повторил: — От Питера, — в случае, если там не расслышали.

За дверью молчали.

— Не знаю таких, — наконец ответили ему. Голос теперь был твердый, уверенный. Может, она вставила свою челюсть.

— Меня прислал Питер, — настаивал Деон. — Я хотел бы повидать Джоан.

Там снова молчали.

— Не знаю никакого Питера, Джоан — тоже. Шли бы вы, знаете, своей дорогой.

Очень твердо и недвусмысленно. И все же в голосе было что-то еще. Страх. Просто страх пожилой женщины перед незваным гостем? Или еще что-то?

— Ей-богу, я ничего вам не сделаю, — сказал Деон. — Я позвонил по телефону — мне дали номер, и мужчина сообщил мне этот адрес и пароль. Он велел сказать, что я друг Питера, и спросить Джоан.

— Телефон, Питер, Джоан, — сердито повторили за дверью. — Ничего не понимаю.

Но на сей раз голос звучал не так уверенно, это вселило в Деона надежду, и он решил не отступать.

— Я, право же, ничего вам не сделаю. Я не из полиции или какой-нибудь другой организации.

Резко:

— При чем здесь полиция?

— Извините, — покорно сказал он. — Я ведь ничего такого не имел в виду. — Он помолчал, лихорадочно соображая, как быть. — Слушайте, вы не могли бы открыть мне, ну пожалуйста? Позвольте я вам все объясню.

— Нет, — резко и даже с торжеством.

Он ничего не мог поделать, обманули его.

— А, черт, ну что еще я должен сделать?

Я ведь сказал пароль, верно? Что я друг Питера и что ищу Джоан.

— Мне здесь мужчины не нужны, не желаю я иметь с ними дела. — В голосе звучала неприязнь, чуть ли не ненависть. — Не нужны мне здесь мужчины, понятно? Идите своей дорогой.

— Слушайте, я просто зашел узнать про… об одной вещи. Одной моей приятельнице нужно знать. Вот я и пришел.

— Не нужны мне здесь мужчины, — явно свирепея, сказала женщина.

— Честное слово, я вовсе не собираюсь ни во что вмешиваться. — Лучше всего в открытую, решил он. — Слушайте, я студент-медик и прекрасно разбираюсь во всех этих вещах. Я просто хотел убедиться, что все будет как следует.

— Не понимаю, о чем вы говорите, — тотчас прозвучал голос за дверью с модным молотком в виде дельфина.

— Я хотел проверить, понимаете, что все будет стерильно, ну и так далее. — И неуверенно прибавил: — Что все будет в порядке.

— Я не понимаю, о чем вы говорите, и советую вам немедленно уйти. Иначе я вынуждена буду позвать полицию.

Тут он не на шутку испугался. А что, если это не тот дом? Может, он что-то перепутал? Видно, ошибся: ведь вполне могут быть две Гардения-роуд, и он попал на другую, а та, как он и предполагал, где-нибудь среди трущоб и мрачных лачуг — не здесь же, в самом деле, в этом чистеньком уединенном домике для престарелых пенсионеров, гнездиться пороку.

Самое лучшее — убраться ко всем чертям отсюда, пока эта старая карга и правда не вызвала полицию.

— Извините, — сказал он. — Я ухожу. Извините, что потревожил вас.

— Убирайтесь, — сказали ему из-за двери.

Голос в трубке был тот же, что и вчера. С акцентом. Деон не мог понять только с каким. Немца или француза он бы сразу опознал — нет, это латинянин. Только не итальянец. Что-то другое.

— Да, — услышал он.

— Послушайте, я вчера звонил вам, — рассерженно начал Деон. — Ну, насчет этого дела. Алло? Алло? — Он не понял, что это, там молчат или его не слышно.

— Я у телефона, — спокойно сказал голос. — Кто это говорит?

— Меня зовут Деон. Я разговаривал с вами вчера.

— Да. Я теперь вспоминаю вас.

— Ну так вот, ничего не получилось. Я пошел по адресу, который вы дали, сказал, как вы велели, но меня даже не впустили.

В трубке послышался скрипучий смех; в этом смехе звучала откровенная насмешка человека, ничего другого и не ожидавшего от Деона, кроме глупости.

— Вы глупы, друг мой.