Незаменимый
Шрифт:
Не понятно, что так взбесило здоровяка: может издевательское обращение «Евгеша», может насмешливый тон, а может и все вместе. Только тот в одно мгновение переменился в лице, которое просто на глазах налилось дурной кровью.
– Не ожидал, сучонок? – Рафи прошипел, с издевкой растягивая слова. Чувствуя, что это станет для Воротынского последней каплей, он чуть ссутулился, подтянул руки к груди. Приготовился, словом. – Похоже, это у тебя потекло, обссыш.
Все, край! Здоровяк даже размахиваться
– Конец те…
Рафи выдохнул. Момент просто загляденье. Резко выпрямился телом, словно пружина выпрямилась. Сжатые в кулак пальцы правой руки рванули вверх, целясь точно в подбородок здоровяка.
Раз! Пробил точно в цель! Энергия удара, помноженная на скорость несущейся на Рафи туши, выросла многократно. Словом, как бревном по роже получить. Воротынский только хрюкнул и тут же плашмя свалился.
– Это раз, а на дуэли будет два, - Рафи подул на костяшки пальцев. Удар вышел таким, что можно и самому без руки остаться. – Агнешка!
Рафи притянул к себе остолбеневшую брюнетку, которая, похоже, ничего такого даже во сне не могла представить.
– Ты же умная девочка, - парень улыбнулся, заглядывая ей в глаза. – Что ты водишься с этим придурком? Я тебя от одного недоумка избавил, скоро избавлю от второго. Может это судьба? – руку опустил с талии ниже и с чувством, по-хозяйски, облапил там. – Как думаешь?
Чего-чего, а такого продолжения она точно не ожидала. Глаза расширились до предела, задышала, как паровоз. А после с силой оттолкнула его.
– Да, пошел ты! – а сама опустилась рядом с валявшимся телом и стала его тормошить.
– Женя! Женячка, ты меня слышишь?
Помахав всей компании рукой, Рафи пошел по коридору дальше. Алиби у него точно получилось. Такую ссору точно никто не забудет. Неделю, а то и две, обсасывать будут. Глядишь, а к этому времени он с наследниками Голицына сумеет договориться.
– А теперь можно и другом подумать…
Еще у него осталась нерешенной проблема с патентами на настольные игры. Те, кто его обобрали, были совсем рядом, а значит, пришло время и к ним наведаться в гости.
Глава 10. Он в рожу дал, а ему под дых. Ничья что ли или разминка?
***
Молодой человек, проходя мимо цветочного салона, внезапно остановился и стал придирчиво осматривать себя. Предстоял непростой визит, и он должен был выглядеть соответствующе.
– Вроде бы все как нужно, - Рафаэль прошелся взглядом по строго черному костюму, идеально начищенных штиблетах. Поправил прическу, придавая ей вид аристократической небрежности.
– И цветы…
В руках держал серый
– Надеюсь, княжна будет поадекватнее своего мужа, - задумчиво пробормотал парень, вспоминая погибшего князя Голицына. Как раз сегодня минуло три дня, как Станислав Голицын сгорел в своем новомодном автомобиле.
– Думаю, с ней, как с опекуншей Елизаветы, не будет никаких проблем.
Кивнув этим мыслям, Рафи прибавил шаг. Очень хотелось наконец-то «закрыть этот вопрос» окончательно.Его сестре Лане жизненно важно было находится рядом с Елизаветой Голицыной, и, кажется, теперь препятствий для этого больше не будет.
Оказавшись у знакомой двери с золоченным гербом старого имперского рода на фасаде, он остановился и в очередной раз смахнул несуществующую пылинку с рукава пиджака. На княжну нужно было произвести впечатление благоразумного молодого человека, с которым можно общаться.
– Эх, нужно было сначала все разузнать о ней, - едва коснувшись бронзового молоточка на двери, с досадой пробурчал он.
– Я ведь о ней вообще ничего не знаю…
Удивительно, но при его частых визитах в этот дом (не раз и не два здесь встречался со старым князем, потом с его сыном) он ни разу не встречался с княгиней Голицыной. Признаться, сейчас это немного настораживало. Уж не специально ли ее скрывали? А зачем?
Однако вскоре все стало ясно.
– Кажется, кто-то идет…
Из-за двери, в самом деле, послышался шорох - тихий, едва уловимый. В прошлые его визиты все было наоборот: швейцаром выступал один из личных охранников князя, мордоворот под центнер веса, с такими шагами, что их за версту было слышно.
– Сударь?
– скрипнула дверь, а на ее пороге оказалась невысокая женская фигурка, с ног и до головы одетая в темное: строгое черное атласное платье в пол, черные перчатки, такого же цвета кружевная мантилья, полностью скрывающая лицо. Единственной деталью, несколько выбивающейся из траурного образа, был перстень с невероятно крупным алмазом на одном из женских пальцев.
– Барон Мирский Рафаэль Станиславович, - парень коротко поклонился, подозревая, что перед ним сама княжна. Ведь служанка или даже домоправительница такое украшение не оденет.
– Прибыл с визитом к ее сиятельству княгине Голицыной, чтобы засвидетельствовать свое почтение и высказать слова соболезнования. Это такая утрата…
Женская фигура дрогнула. Вдобавок, как он смог заметить через полупрозрачную мантилью, искривилось ее лицо. Кажется, покойного здесь не очень любили, что, собственно, и не удивительно.