Нэйт
Шрифт:
Я встала и пошла к байку, бросив ещё напоследок.
— Если этот разговор не получился, это не значит, что нам не нужно обсудить более важные вещи. Нужно собраться с Теном и проговорить совместный план выступления перед МГС.
— Ты тоже там будешь? — снова удивился Гайл, и наконец, посмотрел на меня. — Зачем?
— Мне есть, что им сказать.
Гайл заморгал:
— Я вспоминаю что-то похожее. Кажется, ты сама уже принимала какие-то решения.
— Да, и ты разрешал это делать, полностью мне доверяя.
Он снова замолчал, а я развернулась
Я уже одевала шлем, когда он выбил его у меня из рук, развернул к себе и приподнял, подхватив под бедра. Он накрыл мой рот своим, и подробно и страстно изучал меня языком. Словно всё было в первый раз. Для него — наверное. Но не для меня. Закрыв глаза, я ощущала только «своего» прежнего Гайла, сейчас не было никаких преград. Все было как раньше, может быть даже лучше, пронзительнее, смелее. Я застонала ему в рот, и он только сильнее прижал, аккуратно облокотив о высокие гладкие валуны, заботясь о том, чтобы я не ударилась.
Он легко подхватил моё тело ещё выше, держа мои колени на своих локтях, запуская руки под юбку, когда понял, что ему мешают узкие военные штаны.
— Черт, — выругался он, разрывая их на две половины, как бумажную салфетку, оставляя меня полностью открытой и обнаженной перед ним.
— Подожди! — я остановила его, а он непонимающе глядел осоловелым взглядом. — Ты поверил мне? Это важно, Гайл. Я не хочу по-другому.
Он закивал, продолжая целовать мою шею, но я снова остановила его.
— Я хочу тебя. Но важнее всего на свете сейчас, чтобы ты мне поверил. Иначе это будет просто секс и больше ничего. Иначе ты снова будешь смотреть на меня с презрением, а я не выдержу, понимаешь?
Я, наконец, добилась от него осмысленного взгляда. Он ещё мучил меня некоторое время своим молчанием, безотрывно глядя в глаза стальным взором, который теплел и теплел с каждой секундой.
— Я тебе верю. Я тебе верю… верю… — он, наконец, тепло улыбнулся мне. Совсем как прежде.
Гайл вошёл до упора, не отрывая от меня взгляда. Быстро, аккуратно, сильно, но бережно. И только когда убедился, что я закрыла глаза лишь от удовольствия, начал медленное и сладострастное движение, которое нарастало с каждой секундой. Но мы не могли делать это медленно и неторопливо. Не сейчас. Каждым движением бедер я давала ему понять, что он может быстрее, стремительнее, грубее, и он понимал мои сигналы без слов.
Я так долго его хотела, что не выдержала первой, распугивая своими стонами мелких птиц, прятавшихся в валунах. Он сделал ещё несколько движений,
— Кажется, это всё, что спасало меня последние месяцы. Мысль о том, как я снова буду окружен твои теплом. Мне каждую ночь снилась ты… снилось, как я двигаюсь в тебе, — он хрипел и говорил с длинными паузами, тяжело подбирая слова. — Я не знал, кто ты. Но ты спасала меня. И всё, о чем думал… чтобы снова однажды хотя бы увидеть тебя. Просто узнать, кто ты.
Он открыл глаза и ласкал моё лицо ладонью, смахивая с него волосы.
— Но это даже больше того, на что я мог надеяться, когда просыпался, — он снова начал медленно и мучительно меня целовать, захватив в плен мои руки и прижав их к мягкой податливой гальке над моей головой.
Глава 45. Финал
Эргору удалось назначить заседание только на вечер. Мы незримо присутствовали при всех его многочисленных и порой даже скандальных конференциях с членами Управляющего совета. Он был очень убедителен. Несмотря на то, что прекрасно знал, кто из его голографических визави сегодня уже не выйдет с заседания, понять это по его лицу было невозможно.
Каждый, кого я встречала на своём коротком жизненном пути был величественен, иногда хладнокровен и бесстрастен, но у каждого была своя аура.
От Тенемхета веяло силой, самодовольством и юмором. От Айко — добротой, и в то же время отстраненностью и неимоверной высотой духа. От Йера — глубиной миллионов лет и вытекающим из этого многомудрым шутовством. От Тайра — молодостью и первобытностью, огнём и легкомыслием. От Гайла — мудростью закаленного в боях воина, и он был вне конкуренции.
Но Эргор — словно сам был духом камня и холодом льда. Льда, который не сможет растопить никакой огонь, не сможет сокрушить ни один меч. Если его совесть и мысли так же кристальны, как лёд, то да — он достоен того, чтобы стать самым главным существом в Третьей Вселенной. Он был как машина: холодная, бесстрастная, логичная, но при этом кристально справедливая. Что ж. До некоторой степени, он мне нравился, как лидер нашего мира.
Я поймала себя на мысли, что всерьез думала о том, кого привести к власти в МГС, я — маленькая избалованная, лишенная всяких гражданских прав бывшая тусовщица из Нитер-Райи. Эргор перехватил мой хитрый взгляд своими стальными глазами, и коротко улыбнулся в ответ, хотя его мимика не дрогнула ни на йоту.
На входе в Цитадель Моар-Ра меня обыскивали несколько раз. Под платьем теперь уже ничего не было, кроме высоких ботинок, что не укрылось от внимания двух живых мужчин, проверяющих всех не-членов МГС.
Эргор разделил нас с Гайлом, категорически запретив находится рядом, кидать друг на друга нежные взгляды и тем более — объединять наши выступления в одно. Он просил строго выполнять все его требования и условия, и все мы, переглянувшись с Тенемхетом, решили положиться на того, кто знал МГС изнутри.