Нейросеть
Шрифт:
Неожиданно Жомбаев рассмеялся. И правда, её слова звучали как-то напыщенно и немного глупо.
– Как тебе сказать, Светка? Можно измерить человеческую жизнь, только в других единицах - в человеческих жизнях. Если одну потеряли, а хотя бы две спасли, то уже есть смысл. Ио - это энергия. Энергия - значит жизнь. Будь у нас эта электростанция мы могли бы держать в этом районе несколько сотен патрульных станций-автоматов, одно это сколько людей бы спасло. У нас пока катер подлетит, часто уже спасать некого. Два года назад большая удача была, что мимо летел "Альбатрос", а то было бы теперь полсотни именных кратеров на астероидах в честь погибших при исполнении долга. Только вот экспедиция "Альбатроса" сорвана и в исследовании Урана потеряно несколько лет.
– А куда нам так спешить? Ну не получилось
– Построить энергостанцию на Ио - значит освоить всю систему Юпитера, освоить систему Юпитера - освоить Солнечную систему. Без этого мы действительно сто лет только по самому первому уровню будем ковыряться. Сколько ненужных жертв будет за это время? Так что жизнь одного-двух не самых молодых и не самых нужных вполне удачный размен.
Света не знала, что сказать, - а стоит ли?
– без всякой надежды спросила она.
– Как тебе сказать?
– продолжал старый поселенец, - мы стоим на берегу космического океана и решаемся заходить в воду только по колено. Ты никогда не думала, сколько человеческих жизней отдано, чтобы освоить моря на Земле? Сколько жизней стоило, чтобы подняться в воздух? Прогресс забирает жизни в оплату, но спасает потом намного больше.
– Ну мне пора уже, ты прости, болтлив я стал к старости, - внезапно сказал он, - Розка заждалась уже. Да, а как Сашка твой поток проходил посмотри лучше замедленно на большом голоэкране, это стоит того. Он у тебя настоящий батыр! Небось всю информацию по событию соберёшь и оближешь, не отнекивайся, знаю я вас, - он усмехнулся. Спокойной ночи!
– Спокойной ночи, Эскен Кайсарович!
– заставила улыбнуться себя Света. На Поселениях не было слабонервных - космос не терпит слабаков, а жена пилота по определению готова ко всему. Она была благодарна к Жомбаеву за то, что он подошёл.
Света ждала, когда Корсарыч уйдёт к лифтам. Чтобы мозг не захлестнули неконтролируемые эмоции, надо было плавно сдвинуть концентрацию внимания со страха за любимого человека на связанные вещи, потом отодвинуть его дальше, разделить себя с эмоциями пока полностью не восстановится самоконтроль. Светлана плавно переходила от мыслей о смерти и постоянно связанной с ними работе пилота к более абстрактным вещам. Чем более отвлечённая картина, тем меньше эмоций, заодно и полезно подумать.
Ио - гигантский конденсатор энергии, крутящийся внутри мощной магнитносферы Юпитера, потенциально Ио может дать энергии столько же, сколько генерируют все электростанции Земли. Энергию можно собирать прямо из атмосферы в виде тока. Вместе с ионно-динамической в комплексе строилась приливная электростанция. В тех местах можно дистанционно запитывать автоматические станции, их можно построить хоть тысячу - энергии столько, что не убудет. Все другие способы - солнечные батареи, зеркала и атомные реакторы и близко не сравнимы в тех условиях по эффективности. Но так считалось в теории, а в реальности наполовину готовый комплекс никак не удавалось достроить из-за недооцененной хаотической мощи гигантских приливов, поднимающих и опускающих поверхность Ио на несколько десятков метров. Казалось вот-вот закончат и опять всё срывалось. Это было самое трудный объект за всё время Поселений, строительство станции и поселения на Ио уже унесло жизни несколько десятков человек. Два года назад при попытке спасти людей во время очередной катастрофы погиб Абай - сын Корсарыча, один из лучших друзей Саши и его бывший напарник. И людей не спас, и сам погиб. Теперь для Жомбаева Ио - вызов, он готов построить эту станцию даже ценой своей жизни. Это его месть слепой жестокой природе. Наверняка он что-то придумал, без сомнения, очень рискованное.
Мудрый батыр прав. Любое крупное движение вперед оплачивается человеческими жизнями. Космос безжалостен - в нем гибли, гибнут сейчас и будут гибнуть в будущем. Задыхаются при внезапной разгерметизации, взрываются вместе с реакторами, превращаются в куски льда при авариях систем обеспечения, получают смертельную дозу радиации, разбиваются при маневрах и в метеоритных потоках, пропадают без вести...
Особенно опасна работа разведчиков и первопроходцев, но поток желающих никогда не прекращается. Риск, предельные нагрузки, ответственность, годы добровольного заключения в тесном
"Захочет ли Саня возвращаться на Землю?", - подумала Светлана. Странно, они почти не говорили об этом. Там, на Земле, его, без сомнения, ждёт ответственная и уважаемая работа на высоком посту, особенно если он решит остаться в Союзе. В космосе, он вполне достойно показал себя. За почти два десятка лет он был на Земле один раз, она с детьми - три. Могут ли они решать за них? Хотя, когда они вырастут, то могут сами решить, где им жить.
Комфорт жизни на Поселениях не сравнить с жизнью на Земле, но такой близости между людьми, непередаваемой атмосферы творчества, воли, культа поиска, открытий, самосозидания на Земле нет и если будет, то очень нескоро. Даже на Острове.
Только 5-10% людей, которым это всё интересно от природы, тех, для кого естественно творить, искать, изобретать, открывать неизведанное, совершенствовать себя. Ещё 20-30% надо серьёзно стимулировать, чтобы они шевелились. А для многих только страх близкой смерти и жестоких страданий или жажда вожделения может сподвигнуть говорящую одомашненную обезьяну что-то искать, изобретать, создавать.
Даже в России, конечно, не мир корпораций, превращающих массы людей в толпы манипулируемых полузомби, но всё равно получается не совсем то, что объединяет всех. Когда война, беда, смерть за плечами, голод и холод, то приматы класса "венец эволюции" быстренько сбиваются в стаи, заплывшие жирком мозги начинают бешено искать выход из очередной катастрофы. Откуда ни возьмись появляются такие прошитые в подкорке программы коллективного поведения, героизма, стойкости и самопожертвования, что, глядя на ленивую безволосую обезьяну, только диву даёшься. А как опасность минует, опять старая история. Очень быстро оказывается, что, когда тепло, сытно и комфортно, особо не нужны, в смысле, прямо сейчас, ни друзья, ни страна, которую очередной раз отстроили после очередных глупостей. Трудно признать, что самые человечные черты: сопереживание, честность, долг и прочее включаются очень неприятными внешними обстоятельствами - голодом, болью, холодом, смертельной опасностью. На самом деле, нисколько не удивительно, солидарные человеческие качества как раз и появились для преодоления всех этих неприятностей.
"Ну, хватит философствовать," - сказала себе Света. Уже прошло достаточное время, чтобы можно было идти, не показывая невыдержанности.
Заколов волосы, будто ничего не произошло, она вприпрыжку сбежала по лестнице смотровой площадки к выходу монолифта. Индикатор показывал, что её нить свободна. Защёлкнув крепления пояса и "куртки поселенца" на мононитях лифта и страховки, молодая женщина шагнула с двухкилометровой высоты.
Она скользила по монокристаллической нити со скоростью 60 километров в час к точке крепления в двухстах метрах от своего дома. Внизу проносились тусклые огни осветительных панелей огромных зданий, тёмные, едва поблёскивающие пятна небольших озёр, полоски дорог, светло-зелёные пятна стартовых точек монолифтов, разбросанных тут и там. Уже лет семь ездят на монолифтах, а до сих пор удивительно, как в детстве. Монолифт плавно затормозил у точки спуска. Нить саккумулировала кинетическую и упругую энергию при спуске, которую могут использовать соседние мононити огромной, практически невидимой транспортной паутины, заполнявшей Купол.
Люминесцирующая дорожка становилась ярче, следуя шагам человека, постепенно тускнея за спиной. Света подошла к шлюзовому входу в тридцатиэтажное здание и система распознавания открыла внешнюю дверь. Впрочем, система открыла бы дверь перед человеком всё равно, если не активированы коды внешней опасности. Датчики давления и состава воздуха оставляли внутреннюю дверь домашнего шлюза открытой. Для жителей Поселений очень странно было заходить в дом вообще без шлюза. Даже под Куполом системы безопасности многократно дублировались и если вдруг что-то разрушит Купол, то каждый дом моментально станет отдельной крепостью. "Мама, - а что здесь правда шлюзов нет? И у бабушки! И в школе? И в магазине?!" - не верили дети, когда они в первый раз прилетели на Землю.