Нейропсихоz
Шрифт:
Она отвела взгляд, глядя на тлеющий в пальцах окурок.
— Я сорвалась. Начала кричать, требовать объяснений. Сказала, что не уйду, пока не увижу тебя.
Я внимательно смотрел на неё.
— А Вик?
Она усмехнулась, но в этой усмешке было столько горечи, что мне стало не по себе.
— Он просто стоял и ухмылялся. А потом дал знак охране вышвырнуть меня. Я успела дать ему пощёчину, прежде чем меня схватили.
Яра подняла на меня глаза.
— Видимо, это произвело на него эффект. Не знаю, что он собирался сделать,
Я сжал челюсти.
— Он любит ломать людей. Это я уже понял.
Снова оглядел комнату: дорогая отделка, мягкий полумрак, медленные отблески неона на лакированных поверхностях. Всё было выверено до совершенства. Всё было роскошно. Всё было… мёртвым.
Мысли в голове начали выстраиваться в цепочку.
— Ты сказала, что живёшь здесь уже год?
Она кивнула, не поднимая на меня глаз.
— Что-то я не понимаю… Ты же говорила, что хочешь от него отделаться. Даже просила меня… — я понизил голос, понимая, что в комнате может быть прослушка, — убить его? А теперь, оказывается, у тебя тут роскошные апартаменты. Как так получилось?
Яра усмехнулась, но в этой усмешке не было ничего весёлого.
— Как так получилось? — повторила она с лёгким сарказмом. — Да просто. Мне надоело быть одной. Надоело тащить всё на себе. Я искала свободы, безопасности, поддержки. Вик показался мне тем, кто может это дать.
Её слова задели меня. Глухо, неприятно, прямо под рёбра.
— А я? — спросил я, чувствуя какое-то странное раздражение. — Разве от меня ты не чувствовала поддержки?
Яра вздохнула и, наконец, посмотрела на меня.
— А она была? — в её взгляде читалось разочарование. — Ты хоть раз интересовался мной дальше вопросов типа «как прошёл день» и шуточек о том, что нам пора бы переспать?
Её губы дёрнулись в кривой усмешке.
— Да что там обо мне… ты даже о себе ничего не рассказывал. Кроме грузных историй о работе. Я не знала, какой ты на самом деле. Чем увлекаешься, где живёшь, что тебе нравится, что бесит. Только работа, работа, работа. То, как прошёл твой день. Потом мой. Потом снова твой. Это, по-твоему, поддержка?
Её словно прорвало. Я открыл рот, чтобы сказать хоть что-то, но она уже отвернулась, смотря куда-то в сторону, словно отгораживаясь от меня.
Я сглотнул.
— Прости, — сказал я наконец. — Я думал, что нам не стоит раскрываться больше. Думал, что тебе самой это не нужно.
— А ты спрашивал?
Я промолчал.
Она качнула головой, взяла с подлокотника сигарету и, не спеша, прикурила.
— Всё сложно, Макс, — произнесла она, делая глубокую затяжку.
Потом поднялась и шагнула к мини-бару. Изящным движением открыла бутылку тёмного рома, налила в стакан, сделала глоток. Провела пальцем по краю стекла.
— И началось это далеко не вчера.
Я внимательно следил за её лицом.
—
Она подошла к окну, остановилась, глядя в темноту.
— Сначала всё было банально. Обычный постоянный клиент. Брал меня на встречи и мероприятия, показывал «нужным людям». Я была чем-то вроде аксессуара, понимаешь? Как часы за миллион или редкий винтажный спорткар. Символ статуса, но всегда в пределах досягаемости.
Пауза. Тяжёлая.
— А потом он начал проявлять внимание, — продолжила она. — Спрашивать, как дела. Интересоваться, что я думаю, что хочу. Он был жесток, тоталитарен, но в то же время… заботился.
Она сделала ещё один глоток.
— Это подкупало.
Я нахмурился.
— А ты не думала, что он просто тобой манипулирует?
Она резко обернулась, в глазах мелькнула вспышка раздражения.
— Думала. И даже понимала. Потому что Вик — это не тот человек, который способен расчувствоваться.
— Но ты всё равно была с ним. Я не понимаю.
— Конечно, не понимаешь, — резко ответила она. — Потому что для тебя отношения — это совместно выпить и потрахаться.
Я сжал губы. Было неприятно, но… она не особо ошиблась.
— Любая женщина хочет верить в лучшее, Макс, — продолжила она, устало глядя в свой стакан. — Я тоже хотела. Верила, что, может, несмотря на всю свою жестокость, он способен на что-то настоящее.
Она слегка усмехнулась.
— Это ведь он предложил мне уйти из профессии. Ещё задолго до всей этой ситуации с долгами. Так что, когда всё это произошло, я согласилась на его «подарок». И даже не подумала, что всё может обернуться вот так.
Яра молча покрутила бокал в механической руке, ловко играя с ним тонкими стальными пальцами. Свет из окна пробегал по холодному металлу, отливая мягким блеском.
— Правда, к тому моменту я начала от всего этого уставать, — она снова усмехнулась, но в этой усмешке не было ни капли радости. — Работать нормально он мне не давал. Вся его забота была какой-то… ограниченной. Всё время он больше контролировал меня, чем давал что-то взамен. Но при этом совершенно не спешил решать вопросы с моим «продюсером», который буквально выедал мне мозг.
Она сделала глоток, накрутила прядь волос на палец, а потом быстро распустила, будто сама не осознавала, что делает.
— С учётом того, что к тому моменту я уже успела закрыть часть выкупных, это просто уничтожало меня.
Я вздохнул и покачал головой.
— Думаю, на это и был расчёт.
— Да, ты прав, — Яра криво усмехнулась. — Поэтому, когда он неожиданно «подарил» мне деньги, я поняла, что это шанс: бери и беги. Но убежать не получилось. Он просто поставил перед фактом, что теперь я ему должна. Я хотела спорить, но… с кем я вообще собиралась спорить? С Виктором Радаевым?