Невинная страсть
Шрифт:
Выкрасть драгоценности Ровены оказалось труднее, чем предполагал Ноуэл. Маунтхиты в тот день ужинали дома. У них в гостях была еще одна супружеская пара — лорд и леди Пламфилд. «Не пора ли этим людям возвращаться в свое поместье?» — раздраженно думал он, сидя на стене, окружающей сад, и наблюдая за тем, что происходило в столовой, в маленькую подзорную трубу.
На леди Маунтхит были надеты те самые украшения: серьги, колье и брошь с бриллиантами и изумрудами. А это означало, что он не сможет ничего предпринять, пока
Наконец дамы перешли в гостиную, а лорд Маунтхит, лорд Пламфилд и молодой человек, предположительно сын Пламфилдов, остались в столовой, чтобы выпить бренди и выкурить по сигарете. С его наблюдательного пункта гостиная была не видна, но это едва ли имело значение.
Когда мужчины перешли в гостиную, он решил уйти и вернуться позднее. В туфлях на тончайшей подошве он почти бесшумно спрыгнул со стены, правда, больно ушиб при этом пальцы. Осторожно перейдя в другой конец сада, Ноуэл нашел удобное место, с которого была видна гостиная.
Вновь вооружившись подзорной трубой, он стал наблюдать, как две девицы Маунтхит бессовестно флиртуют с молодым Пламфилдом, пока их родители поглощены каким-то, несомненно, скучным разговором. Ноуэл в свою бытность Котом в Сапогах довольно хорошо овладел мастерством чтения по губам и видел, что темы для разговора довольно быстро иссякли и Пламфилды стали прощаться. После ухода гостей лорду и леди Маунтхит, судя по всему, говорить друг с другом было не о чем, хотя Фанни и Люси, уходя из комнаты, подталкивали друг друга локтем и хихикали, наверное, обмениваясь впечатлениями о молодом человеке.
Ноуэл снова пересек сад, стараясь не упустить из виду леди Маунтхит. К сожалению, в спальне на верхнем этаже ему были видны лишь потолки. Однако поскольку никто не задержался внизу, можно было предположить, что драгоценности не были положены в сейф, а будут оставлены в спальне.
Пакстон вздохнул, приготовившись к утомительному периоду ожидания, пока в доме не погаснут все огни. Только когда дом погрузился во тьму, он начал действовать. Все двери и окна в доме были, конечно, заперты, но такое препятствие его не страшило. Воспользовавшись набором отмычек, он вскоре открыл боковую дверь и стал осторожно подниматься по лестнице.
Добравшись до коридора на верхнем этаже, Ноуэл по громкому храпу, доносившемуся из-за двери, определил местонахождение спальни лорда Маунтхита. Очевидно, следующая по коридору дверь вела в спальню его супруги. Он медленно повернул ручку, но дверь не поддалась. Интересно, чего боится эта женщина в собственном доме?
Неслышно вздохнув, Ноуэл снова вытащил отмычки и моментально открыл дверь. Одна дверная петля скрипнула, и он замер на месте, прислушиваясь. Все было спокойно. Однако, двинувшись вперед, он заметил на подушке физиономию с бакенбардами, принадлежавшую лорду Маунтхиту. Лорд в одиночестве спал на
Ноуэл, пятясь, вышел из комнаты и закрыл за собой дверь. Значит, это леди Маунтхит так храпит?
Он снова подошел к первой двери и открыл ее тем же способом. Храп стал еще сильнее, от него свербело в ушах. При слабом свете из окна Ноуэл разглядел на голове спящей чепец в оборочках. Значит, он попал в нужную комнату.
Подойдя к туалетному столику, он тщательно осмотрел многочисленные коробочки и баночки. Открывая их одну за другой, Пакстон понял, что может не слишком осторожничать, потому что из-за громкого храпа все равно не было слышно никаких других звуков. Неудивительно, что лорд Маунтхит спал в отдельной комнате.
Он осмотрел почти все емкости и ящики, с сожалением приходя к выводу, что драгоценности хранятся, видимо, в другом месте, как вдруг его пальцы нащупали что-то холодное и твердое на дне шкатулки с лентами. Извлекая одно украшение за другим, он достал брошь, колье и серьги. Ура!
Пакстон положил драгоценности в карман и немного помедлил: стоит ли… Потом оглянулся через плечо на спящую и усмехнулся. Быстро вынув из кармана визитную карточку, он положил ее под ленты, закрыл шкатулку и покинул спальню.
Ровена с трудом подавила зевок. Дискуссии, продолжавшиеся целый вечер, были, конечно, захватывающими, но она безумно устала. Когда ушел последний гость, часы на каминной полке показывали три часа ночи.
— Силы небесные, неужели они всегда так засиживаются? — спросила она у Перл, когда закрылась дверь за последними гостями.
— Не всегда, но частенько. А мне было показалось, что ты привыкаешь жить по-лондонски, — поддразнила ее подруга.
— Начинаю, но боюсь, что окончательно привыкну не скоро. Спасибо за великолепный вечер. — Ровена, несмотря на усталость, улыбнулась.
— Я знала, что тебе понравится. Не жалеешь, что не приехала в Лондон раньше? Я ведь говорила, что ты встретишь здесь множество интересных людей.
— Конечно, ты, как всегда, была права. А теперь не пора ли нам пойти спать?
Ровена так устала, что ей хотелось немедленно броситься в постель, даже не раздеваясь. Однако, увидев испуганную физиономию Матильды, она насторожилась.
— Что случилось?
Девушка трясущимися руками протянула ей какую-то коробку.
— Ах, мисс! Я вышла из комнаты на минутку — сходила в кухню за водой для вас, — а когда вернулась, это лежало на вашей подушке.
— Ты спрашивала у Молли? — Ровена, нахмурив лоб, взяла коробку. — Может быть, она что-нибудь знает?
Молли была горничной, которая приходила, чтобы перестелить постельное белье и вытереть пыль.
— Да, мисс. Это первое, что я сделала. Но она и понятия не имеет, как это сюда попало. Может, это грабители?
— Грабитель, который, вместо того чтобы красть, оставляет подарки? Это маловероятно. Ну что ж, посмотрим, что там внутри, — сказала Ровена, развертывая коробочку. — Ты уверена, что никого не видела, Матильда?