Неуязвимая
Шрифт:
В моей голове пронеслась страшная мысль: неужели меня может ожидать подобная участь?!..
Очередная волна осознания того, что меня реально могут изнасиловать, а после беспощадно порезать на куски, сама мысль о том, что мои густые тёмные волосы точно так же могут висеть в виде сплетённого ожерелья на шеях каких-то моральных уродов, выдавила из моего горла непроизвольный крик. Я попыталась отстраниться от вцепившихся в мои ноги трапперов, но они держались за меня так крепко, словно от этого зависела не целостность их ушных перепонок, но будто я была их собственной жизнью, отпущение которой равнялось бы принятию ими смерти. Вены на их руках, шеях и даже лбах критически сильно
Я думала: после завершения Атаки им понадобится ещё какое-то время, чтобы прийти в себя, но когда они отойдут от Атаки, они станут ещё злее и тогда…
…Ужасающе громкий взрыв сразил мои перепонки своей силой и неожиданностью!
Сначала я решила, будто с чего-то вдруг тоже стала подвержена Атаке, но быстро поняла, что причина в другом: рыжий траппер, до сих пор державшийся за мои левые колено и плечо, вдруг буквально вписался в стену, в которую я упиралась спиной, и в следующую секунду неуклюже соскользнул с неё на пол. На стене осталось жуткое бордовое пятно крови, инкрустированное сгустками плоти и… Кажется… Раздробленными осколками кости…
Второй траппер на долю секунды раньше меня понял, что именно произошло, и, резко оторвав от меня руки, вдруг бросился к выходу… Всего в нескольких шагах от нас, у выхода из подвала, стоял неизвестный парень. В руках он держал двустволку траппера, которую тот, из-за неожиданности перед Атакой, оставил лежать на стеллаже.
Парень не успел перезарядить ружьё до того, как траппер приблизился к нему. Хотя незнакомец казался мускулистым и высоким, траппер всё же был заметно старше и крупнее него.
Траппер напал на стрелка.
…Началась стычка.
На стороне траппера было преимущество в габаритах, из-за которых он всерьёз казался способным одолеть парня. Он даже выбил из его рук ружьё. Но у незнакомца было одно значительное преимущество перед противником – парень был Неуязвимым. Он сумел сорвать с шеи противника артефакт, и сразу же получил перевес в схватке – оставшись без артефакта, траппер завопил и схватился за уши. Из-за уязвимости перед Атакой, сила траппера с каждой секундой всё отчётливей таяла. Он пытался схватить оппонента, чтобы переждать болезненные секунды подходящей к концу Атаки, но парень оказался достаточно быстрым и сильным, чтобы успеть врезать трапперу кулаком в лицо трижды и с такой силой, что тот мгновенно умылся хлынувшей из носа кровью.
Траппер почти сразу оказался на полу… Но последние секунды Атаки таяли… Неуязвимый схватил ружьё… И именно в этот момент Атака подошла к концу…
Траппер резко вскочил на ноги и… В этот момент прозвучал ещё один, едва не разорвавший мои перепонки своей силой, выстрел.
Траппер, обещавший изнасиловать меня, упал к моим ногам, при этом перекинувшись через труп своего напарника. Выстрел снёс ему половину лица: его прежде белоснежная челюсть превратилась в месиво из раздробленной кости, мяса и фонтанирующей крови. До тех пор я никогда не видела смерть настолько близко, тем более такую ужасную. Увиденное мной было настоящей мясорубкой, фаршем…
Меня неожиданно резко затошнило. Но не вырвало сразу. У меня был мощный вестибулярный аппарат, благодаря стойкости которого в прежней жизни я могла позволять себе часами безнаказанно кататься на самых безбашенных аттракционах. Лив от подобных “покатушек” могло затошнить в первые же пятнадцать минут с момента начала развлечения. Летом прошлого года, после посещения аттракциона высотой в сто десять метров, её стошнило прямо на мои новые ботинки…
Я не сразу поняла, что от пережитого впала в шок. До меня дошло это только после того, как я осознала
Рвало меня недолго – меньше одной минуты. И всё же дрожь меня пробрала до самого основания. Перед глазами заплясали чёрные точки, картина воспоминаний о брызгах крови смешалась с представшей перед глазами картиной из брызг блевотины… У меня определённо точно случился шок, и, как ни странно, я прекрасно это осознавала.
– Держи, – внезапно послышалось за моей спиной, и в следующую секунду в мой живот аккуратно врезалась та самая двустволка, из которой были расстреляны трапперы, навсегда оставшиеся в подвале. – Будет твоим трофеем.
Я вцепилась обеими руками в холодный ствол ружья и вдруг перестала дрожать.
– По-другому было нельзя, – внезапно произнёс незнакомец, как будто пытался объяснить мне то, чего объяснять ему вовсе не хотелось. – Если бы мы оставили их в живых, они бы в итоге выследили нас и добили бы. Или мы – или они. Таковы реалии нового мира. – Я замерла из-за услышанных обобщенных “мы” и “нас” – с чего бы вдруг мне и ему обобщаться? Потому что он тоже Неуязвимый?.. – Меня зовут Данте Торнхилл, – он вдруг похлопал меня по плечу. – Ладно, смотрю ты не разговорчивая, так что можешь поблагодарить меня за своё спасение позже. Уходим. – Вот! Снова обобщение! Он ведь сказал “уходим”? Не “ухожу” и не “уходишь”? – Выстрелы могли быть услышаны ещё кем-то, а в этом городе, судя по всему, трапперов хватает. Держи свою добычу, она тебе ещё может понадобиться, – с этими словами он вручил мне мой рюкзак, заставив взять его в свободную от ружья руку. Не понимая, что происходит, я продолжила стоять на месте и пялиться на парня, непринуждённость которого буквально выбивала меня из колеи – шок только обострялся.
Вблизи я смогла лучше рассмотреть незнакомца, сумевшего расстрелять двух трапперов не моргнув и глазом. Парень выглядел года на четыре старше меня, был лишь на полголовы выше меня, его телосложение было хотя и не крупногабаритное, но крепко сложенное, с выступающими из-под тонкой кофты мускулами, густые волосы русого, словно выгоревшего цвета заметно отросли и были неровно подстрижены (видимо в последний раз он стриг себя самостоятельно), щеки заросли недельной щетиной, кожа смугловатая, глаза неопределённого цвета.
Заметив, с каким любопытством я рассматриваю его, он вдруг продемонстрировал мне свою улыбку: не широкая, но заразительная. Впрочем, в тот момент заразить меня ей ему не удалось – в конце концов, всего в паре метров позади меня валялись два свежих трапперских трупа.
В тот день я приняла возможно не до конца обдуманное, больше импульсивное, но по итогу оказавшееся вроде как верным решение – я привела Данте Торнхилла в наше убежище. Вела его продираясь через оголенные кусты, по заброшенным задним дворам, дважды перелезала через заборы, но длинный путь того стоил – хвоста в тот день мы за собой не привели.