Несознательный

Каталкин Василий

Прогрев двигателя сержант делал при закрытом фонаре, иначе кабину летчика залило бы, и только он успел это сделать, как к самолету подошел старший лейтенант Шибалин:

— Все в порядке? — Спросил он у техника и, получив утвердительный ответ, полез сам осматривать самолет.

Так повелось, как бы он не был уверен в технической службе, осмотр самолета проводил всегда сам. Люди терпеливо ждали, накрывшись плащ-палатками, пока летчик не закончит осмотр и не залезет в кабину. Но вот все закончено, летчик завел двигатель, немного подождал, пока мотор войдет в режим и махнул рукой, чтобы вытащили упорные колодки. Самолет медленно сдвинулся с места в сторону рулежной дорожки.

Сержант

с напарником быстро привели в порядок место стоянки самолета и нырнули под натянутый тент.

— Вроде под плащ-палатками были, а все равно мокрый, — пожаловался напарнику сержант, и не переоденешься, пока старлей не вернется.

— Это да, — вздохнул напарник, выражая согласие.

При дежурстве покидать свой пост было нельзя, так что ждать придется около полутора часов, по крайней мере, столько времени проходило при разведывательных полетах.

— Что-то дождь вроде сильнее стал, — забеспокоился Меньшов, спустя час, — вот как старший лейтенант аэродром найдет?

Осталось только надеяться, что за оставшиеся полчаса дождь прекратится. Но полчаса прошло, а дождь и не думал затихать, небо как провалилось.

— Плохо, — бормотал сержант, — все это очень плохо.

Он пытался прислушаться, но в шуме дождя это было бесполезно. Прошло еще полчаса, и когда техник решил, что его подопечный где-то пошел на вынужденную посадку, раздался звук работающего мотора.

— Ну, наконец-то, — облегченно вздохнул Меньшов, — это же надо столько переживать.

Вот только удивительно было, как старший лейтенант сумел разглядеть аэродром с воздуха, когда здесь и в низу ничего не видно? Хотя, разглядел и ладно, может быть сверху все лучше видно. Шибалин время терять не стал, сходу зарулил на стоянку, заглушил двигатель и, выскочив из кабины, чуть ли не бегом кинулся в штаб.

— Видал? — Напарник кивнул в спину лейтенанта. — Видимо, что-то важное привез.

* * *

А привез я действительно важные сведения, все же 49-ая армия не выдержала натиска третьей танковой группы немцев, те прошли ее порядки как нож сквозь масло и теперь рвутся напрямую к Вязьме. То есть, немцам до этого города осталось всего пятьдесят километров. А это уже считай, что они там. Значит, снова будет Вяземский котел?

Вот с этими сведениями я и спешил в штаб.

— Да ну, не может быть, — скривился Ершов, — чтобы немцы сходу прорвали оборону. Покажи еще раз, где ты их обнаружил?

— Вот здесь, — тычу я в карту.

— Ерунда какая-то, — снова отказывается верить командир полка, — может ты неправильно местность определил? Заблудился?

— Нет, — мотаю головой, — если бы я заблудился, то обратную дорогу не нашел бы, а я точно на аэродром вышел.

— Да, это аргумент, — в конечном итоге был вынужден согласиться майор, — хорошо, сейчас сообщим в штаб, но там вряд ли поверят.

— А зря, товарищ майор, — делаю вид, что оскорблен до глубины души, — я эти танки с бронетранспортерами хорошо сверху рассмотрел, так что сведения точные.

Естественно в штабе эти сведения приняли, но тоже удивились, думаю, получится как всегда, пока будут уточнять, и проверять станет поздно, и немцы выйдут к Вязьме. А ведь еще и с южного направления тоже четвертая танковая группа давит.

На следующий день меня опять попросили отправиться в разведку и уточнить нахождение передового отряда немцев, которые нацелены на Вязьму. Видимо не поверили тем сведениям, которые я добыл вчера. Ладно, это можно, тем более, что дождь прекратился, редкая морось не в счет. Полчаса подготовки и я снова в воздухе. Вот оно то место где я вчера видел

немцев. А сейчас их нет, остались только следы на поле. Ладно, продолжаем идти по следам… что за черт, следы через километров десять закончились, а немцев нет. Очень интересно. Неужели встали и замаскировались? И точно, внимательно присматриваюсь и вижу, что часть следов ныряет в лесок, который оказался на пути. Понятно, либо ждут подхода пехотных частей, либо закончился бензин, и они ждут подвоза топлива.

Все, что вижу, докладываю в штаб полка по рации, благо связь отличная, так что можно сказать режим онлайн. А ведь это хороший шанс успеть организовать оборону. Разворачиваюсь и лечу по их следам обратно, надо посмотреть, где находятся их снабженцы, от этого зависит наступательный порыв немцев. Пролетев в обратном направлении километров двадцать, вижу первую колонну автомобилей высокой проходимости Хеншель 33 с бочками в кузове. Ага, вот и бензин, что подтверждает мою версию нехватки топлива у передового отряда. Сообщив о немецкой колонне, начинаю ее обстрел, сильно резвиться не планировал, так разок причесать, пока они зенитные средства не развернули.

А хорошо так пушками прошелся, три машины из двенадцати полыхнули знатно, может и еще на какую огонь перекинется? Делаю круг на большом расстоянии, теперь уже близко к колонне не сунешься, можно от зенитных пушек получить, а меня это не устраивает. Нет, огонь на других не перекинулся, дистанцию гады хорошую держали. Все пора обратно на аэродром.

Сажусь на размокшую полосу, заруливаю на свое место, а в части переполох, готовятся к вылету шесть пар на штурмовку той колонны, которую я увидел. Какая к черту штурмовка, когда облака чуть ли не по земле ползут, и это я там могу ориентироваться, а другим худо будет — если туда еще путь найдут, то обратно вряд ли. Иду в штаб полка к Ершову, и предупреждаю, что будут потери как на штурмовке, так и при возвращении, истребители могут не найти аэродром.

— Но ты же нашел, — следует убойный аргумент, — да и не наша это инициатива, а приказ командования.

— Хорошо, — скрипнул я зубами, — побуду я проводником, но район нашему летному составу незнаком, наверняка кто-то потеряется.

— А ты постарайся никого не потерять.

Три круга пришлось сделать на малой высоте, прежде чем удалось всех собрать, дальше взял курс на тот лесок, в котором замаскировались немецкие танки, если прикинуть время, то колонна как раз должна подъехать туда. И точно, когда мы подлетели к тому месту, колонна машин с бензином как раз подъезжала к этому леску. Штурмовку проводили с низкой высоты, так как подняться повыше не позволяла низкая облачность, да и здесь снова начался дождь, видимость опять упала. Накатывались на колонну тремя волнами, первый раз наш штурм оказался для немцев неожиданным, зато во второй раз мало нам не показалось, лупили по нам с земли, чем только можно. И четверо пострадали от этих зениток, один наш истребитель был сбит вдогон, а трое получили попадания. Хорошо хоть третий заход не понадобилось делать, по причине поражения всех целей.

И все же собрать всех не получилось, еще один истребитель видимо отлетел далеко и потерял нас из вида, попытка сориентировать его по рации закончилась неудачей, так и прилетели на аэродром без двоих товарищей. Кстати летчики потом вернулись без своих машин. Тот, которого подбили, сел на поле, не выпуская шасси, в трех километрах от места штурмовки, а другой, который заблудился, тоже пошел на вынужденную посадку на приглянувшееся ему поле, но не учел, что во время дождей оно раскисло, в итоге передняя стойка зарылась в землю и самолет перевернулся.