Несносная Херктерент
Шрифт:
— Угадала. И в самом деле, используется винтовочный патрон. Ещё кобуру к рукоятке пристегнуть можно, и очередями бить.
— Здорово, но я без кобуры хочу попробовать.
— Учти, спуск тугой.
— Ты говорил.
Марина снимает оружие с предохранителя. Стреляет.
— Да, сильная отдача, но я бы, пожалуй, такой себе завела.
— До совершеннолетия и не мечтай.
— Ладно уж. Вечно мне чего-то ждать приходится.
Пистолет Марина возвращать не торопится.
— А давай по мишеням постреляем.
— Сперва
— Кидай!
Сордар швыряет банку. Воздух рвут два выстрела. В упавшей банке четыре дыры. Марина довольно ухмыляется.
— Неплохо. Теперь моя очередь.
Сордар идет к песчаному склону. По дороге подбирает прутик. Втыкает в склон.
— Ветку видишь?
Марина чуть щурится.
— Да.
— Смотри!
Раз за разом делает пять выстрелов. С каждым от прута отрывает по кусочку в пару сантиметров.
У Марины даже рот от удивления открыт.
— Я не только с крупным калибром хорошо обращаться умею.
— Дай попробовать.
— На. Только учти — пять выстрелов, как и я.
Марине удалось только один раз отстрелить кусок от прутика.
— А патронов в обойме сколько? А то столько уже стреляли.
— Двадцать, не волнуйся, у меня запас ещё есть.
Только теперь Марина рассмотрела пистолет повнимательнее. На рукоятке над эмблемой неизвестной Марине фирмы "Тур" обнаружился золотой значок "За меткую стрельбу".
— Я и не знала, что у тебя есть наградное оружие.
— С формальной точки зрения, нет. По статуту этого знака, разрешено его ношение на оружии. К тому же, знак этот у меня ещё с курсантских лет.
— А что это за "Тур" такой, я что-то про такой завод не слышала.
— Да есть в Приморье такой — Херту принадлежит. Специализируется на спортивных пистолетах, да на всяких чудных стволах для любителей больших пушек. А ты, насколько я помню, гражданским и спортивным оружием никогда не интересовалась. Этот-то "Зубр-120" — почти стандартная модель из каталога. Для любителей извращений есть "Зубр-240", тоже с пристежной кобурой, но со стволом чуть ли не в метр и оптическим прицелом. На заказ могут откидной штык поставить. Иногда штыки к пистолетам бойцы штурмовых групп приделывали в ту войну. Но это тогда, а сейчас… Зачем этот охотничий пистолет нужен — ума не приложу.
— Мне на совершеннолетие подарить.
— Я тебе как-нибудь их каталог пришлю, может, ещё что присмотришь. К примеру, пистолет в зонтике.
— А я зонтиками не пользуюсь!
Сордар пристегивает кобуру, и, уперев в плечо, четырьмя очередями расстреливает обойму по кустам. Падают срезанные ветки.
— Ух ты! Здорово!
— Ты и в самом деле думаешь, что "Зубр" очень хорошее оружие?
— Ну да. Мечта просто.
— Тогда, почему оно на вооружении не состоит?
— Ну… Э-э-э… Дорогое, наверное?
— Это тоже. Но главное — излишне мощное, громоздкое
— Но ты же с ним ходишь.
— Хожу. Я и кортик ношу, но это не значит, что ими пользуюсь; это символы моего статуса, как офицера. Это я стрельбой увлекаюсь, а многие из пистолета стреляли только на сдаче нормативов в училище.
— Ты хочешь сказать, что и в морских десантных отрядах тоже стрелять не умеют?
— Вот уж не думал, что ты настолько сообразительна. Десантники, разумеется, стрелять умеют отлично. Но и для них пистолет не более, чем вспомогательное оружие.
Марина недоверчиво посмотрела на пистолет.
— Такие громадные стволы пользуются спросом у богатеньких бездельников, демонстрирующих свою значимость с помощью папенькиных денег, дорогих шмоток и престижных машин. Таким и стволы или клинки тоже нужны самые лучшие. Вроде как я весь такой особенный, престижный, модный и современный. Весь мир мне должен.
— Но ты же не такой!
Адмирал щелкнул сестру по носу.
— По происхождению я самый что ни на есть такой, и ты, и Софи. И народ, особенно сейчас, таких богатеньких бездельников не очень любит. А они своим поведением зачастую провоцируют…
— Что именно?
— Да так, ничего хорошего. — буркнул адмирал и замолчал.
Марина поняла, что Сордар сказал что-то, чего не должен был говорить.
— Всё-таки, зачем тебе такой пистолет, раз он не боевой вовсе?
— Да так, просто я пострелять люблю. — сказал адмирал с такой интонацией, что Марина, кажется, поняла, почему мама, будучи в благодушном настроении, как-то раз назвала Сордара "огромным ребенком".
Потрескивает огонь, Марина ворошит палкой угли.
— Ты думаешь, линкоры уйдут?
— Да. И довольно скоро. На морях начнется новая эпоха, где не будет места закованным в броню колоссам.
Парус верой и правдой служил людям тысячи лет- и всего за сто практически сошел на нет.
Гиганты уже сейчас могут вести бой, даже не видя противника. Дистанции боя всё растут.
— Ты думаешь, самолёты?
— Думаю, не только они. Что будет, если бомбой весом в несколько сот кило станет возможно управлять?
— Ничего хорошего, для тех, в кого она попадёт.
— Ты неисправима… И как почти всегда, права. Управляемые бомбы уже делают. Они пока не совершенны, но это только пока…
То же и с самолётами. Скорости машин непрерывно растут, если удастся довести до ума реактивные двигатели — то скорости вырастут на порядок. Тогда и тактика боя, и всё, что хочешь, изменится. Бывшие повелители морей, в лучшем случае, останутся в роли огромных кораблей поддержки десанта.
— И думаешь, скоро будут такие времена?
— Такие какие?
— Ну… Такие… Практически без наших любимых тяжелых артиллерийских кораблей.