Необычайно романтичный
Шрифт:
Отчетливые слова Леандера разбудили меня, и в тоже время я почувствовала себя, будто падаю в бездонную пропасть. Но он был прав - если нам все удастся, ему будет нужен паспорт и происхождение и да, также место, где он сможет жить. Только - где во имя Бога это должно быть?
– Бабушка Анни ...?
– подумала я вслух и сразу же снова отказалась от этой идеи. Леандер тоже покачал головой.
Дом престарелых никогда не потерпит, чтобы Анни взяла в свои апартаменты чужого подростка. Леандер будет без гроша в кармане, у него не было работы,
Была только одна возможность - чтобы он первое время оставался у нас. Или же жил на улице. А это я ни в коем случае не потерплю. Но представление о том, что он, являясь настоящим, живым человеком, будет жить в моей комнате, тоже показалась меня почти абсурдной. Хотела ли я этого?
Леандер кивнул, как будто смог прочитать мои мысли и подтвердить их.
– Вот дерьмо, - прошептала я и прижала ладони к двери шкафа. Мои пальцы стали липкими. Мне было всего лишь пятнадцать лет; я еще не хотела съезжаться вместе с моим парнем.
– Это было бы только временно. Пока я не найду работу и у меня будет достаточно денег, чтобы что-то себе арендовать. Обещаю. Мне ведь не обязательно спать здесь. Я мог бы использовать комнату, где вы гладите ... туда можно поставить узкую койку. Не так ли?
Хотя Леандер все еще стоял передо мной, как скала, я почувствовала его собственное замешательство. Нерешительно я шагнула к нему и опустила голову вперед, пока мой лоб не коснулся его груди.
– Но это я тоже не могу себе представить ..., - прошептала я.
– Что ты больше не спишь на диване. Я не могу все это представить. Ничего из этого.
Снова в моих вертящихся мыслях всплыло одно большое слово. Доверие. Нам нужно было верить в то, что мы найдем способы. Теперь моя щека была так близко от его шеи, что я могла слышать, как стучит его сердце. Невольно я улыбнулась, когда он поднял свою левую руку и погладил меня нежно обратной стороной ладони по щеке.
– Следующая сложная задача, Люси ... Ты должна преодолеть свой страх. Сегодня.
– Сразу же я отпрянула от него.
– Какой страх? Я ничего не боюсь.
– Нет, боишься.
– Леандер улыбнулся мне осведомлено, а я сопротивлялась искушению, положить кончик моего указательного пальца на его ямочку. Большим пальцем он указал вниз, в сторону пола. О нет. Он ведь не хотел, чтобы я ...
– Это твой страх, не мой. Я не боюсь папиного подвала, - соврала я. Между тем это стало снова так плохо, что я задерживала воздух, когда проходила мимо двери его офиса - еще хуже было, когда мне нужно было проходить мимо ступенек ведущих к комнате с трупами и гробами.
Кроме того я иногда, придумывая предлог, покидала кухню, когда папа рассказывал «кто» к нему снова «пришел». Тут не помогало даже то, что он своих трупов называл «клиентами» и говорил о них так, будто они были еще живы. По правде говоря, это делало все еще более жутким, чем и так уже было.
– Но это твое задание. Ты можешь убить двух мух одним ударом,
– Твой отец разочарован в тебе. Все еще. Ты это знаешь ... Если ты предложишь ему помощь, то преодолеешь свой самый большой страх, и возможно тебе удастся вернуть его доверие.
– Самый мой большой страх - это потерять тебя, - пробормотала я.
– Это одно и тоже. Потеря это смерть. Смерть это потеря. Потому что мы думаем, что тогда все заканчивается. Поэтому люди ее бояться. Убедись в обратном.
– Ты говоришь ерунду. О, черт ... Я не хочу туда спускаться.
– Еще чуть-чуть и я начну реветь.
– Разве нет другого пути? Я также боюсь ...
– Напряженно я искала другие страхи, но никаких не нашла.
Существовали вещи, которые мне не нравились, толстые пауки например или одна упрямая ворона, которая снова и снова прилетала на карниз моего окна. Но это не была паника.
– Ты не будешь одна. Твой отец будет рядом, а я здесь наверху. С тобой ничего не случится.
Какое-то время я оставалась, молча, стоять возле шкафа и ждала того, что что-то случиться, что освободит меня из этой ситуации. Но ничего подобного не случилось.
– А что, если ... если придет Хозяин времени и подумает, что должен меня забрать? Потому что я слаба и потому что один раз не получил меня?
– спросила я, когда думала, что не смогу больше выдержать дикое биение сердца, но в тоже время я также не могла сдвинуться с места.
– Он хотел меня, не тебя.
– Но ты только что еще касался меня!
– Я положила руку себе на щеку. – Возможно, он тебя учует!
– Вот. В качестве защиты.
– Леандер покопался в кармане своих штанов и вытащил круглый, серебряный амулет на кожаном ремешке, на котором был выгравирован глаз. Осторожно он завязал его вокруг моей шеи, где я все еще носила франковую монетку, которую подарил мне Леандер в прошлом году в конце школьной поездки.
Теперь на мне были уже одеты две цепочки, хотя я не особо любила украшения - все еще ничто, по сравнению с Леандером, на чьей груди в испытанном стиле Джонни Депа постоянно звенели по меньшей мере четыре подвески и цепочки.
– Что это такое?
– Третий глаз. Он представляет нашу интуицию и мудрость. С тобой не должно ничего случиться. Но если ты думаешь, что должна бежать, возьми амулет в руку. D’accord? (франц. Ладно)
Я только громко выдохнула, чтобы показать Леандеру, что даже духовная цепочка не может уменьшить мой страх. Но меня наполнило тепло из того, что он мне что-то подарил.
На мое день рожденье я снова осталась с пустыми руками - но эту цепочку я никогда больше не сниму с шеи. Все же я спрятала ее под моим пуловером, чтобы она не бросилась в глаза папе, и чтобы он не подумал, что я возможно «опять» своровала.