Немертвые самураи
Шрифт:
— Я все еще не могу поверить, что это реально, — сказала она, хотя ее тон выражал противоположное чувство. — Если эти твари были здесь всегда, разве мы не должны были знать об этом?
— Твари были мертвы, пока этот ублюдок не ударил в барабан, — выплюнул Тадатомо. — Что? Вы не слышали? — спросил он, когда все, казалось, уставились на него. Они слышали, но из-за всей этой суматохи барабан вылетел у них из головы. Во второй раз они услышали его лучше, он был громким и отчетливым и доносился снизу, из леса.
— Он здесь, — зловеще произнес Киба. — Кто бы ни призывал мертвых, он где-то рядом со своим барабаном.
— Синоби прав, — ответил Ронин. — Если мы будем действовать быстро, то…
Его голос внезапно оборвался; ему на смену пришло тихое бормотание, постепенно переходящее в гулкое ворчание и стоны. Они услышали, как мертвые возвращаются к жизни; трупы покинули свои мирные места упокоения. Они отделились от стволов деревьев, поднялись с земли и подобрали лежавшие поблизости ржавые клинки, и, хотя Ронин ничего не мог разглядеть в тумане, ему показалось, что лес надвигается на него.
Амэ, стоявшая чуть выше него, несколько раз стукнула двумя камнями, из которых вылетело несколько искр. Ронин увидел их сквозь сгущающийся туман, а затем кончик спички, ставший красным. Свечение подсказало ему о ее присутствии, а металлический звон ее фитильного замка заверил, что она готова. Но у мушкетера пока не было целей. Мертвецы собирались внизу, отрезая им путь к отступлению и защищая своего хозяина.
— Сколько их там? — прошептал Микиносукэ.
— Слишком много, — ответил Мусаси.
— Что нам делать? — спросила Цуки. Но никто не ответил.
Внезапно наступила тишина. Ронин перестал дышать, но его сердце билось так сильно, что, несомненно, все остальные могли это слышать. Киба бесшумно прошел мимо одинокого воина, вытянул свой кусок ткани и помахал им перед собой, чтобы разогнать облако. Первый из мертвецов протянул к нему руки, и все они, как один, возобновили свое ворчание, их жажда смерти придавала громкость их стонам. Синоби схватил кёнси за запястья и сумел удержаться на ногах, хотя то, как он отклонился назад, говорило о силе монстра.
Ронин бросился ему на помощь, готовый обнажить меч, но взрывной звук позади предшествовал его атаке, и голова монстра разлетелась на мелкие кусочки. Оглянувшись, Ронин увидел сквозь свежую дыру в облаке лицо Амэ, которая уже готовила новый пороховой заряд для своей аркебузы. Шумное вращение цепного серпа кусаригамы Кибы привлекло внимание Ронина, стоявшего сзади. Синоби не потребовалось много времени, чтобы прийти в себя, и он взмахнул серпом по дуге над головой, описывая с каждым оборотом все более широкие круги. Лезвие набрало скорость и рассекло туман, освободив достаточно места, чтобы одинокий воин смог увидеть толпу мертвецов, выходящих из леса. Киба застонал от внезапного усилия и натянул свою цепь. Она на мгновение выпрямилась, наткнувшись на что-то. Синоби тянул обеими руками, как рыбак, борющийся со своим уловом. Вскоре к его ногам упал кёнси, одетый в броню Оды, но кем бы он ни был при жизни, Киба завершил его воскрешение скупым ударом в шею.
— Что нам делать? — спросила Юки, подойдя к Ронину.
Пока что казалось, что мертвецы передвигаются достаточно медленно, чтобы с ними можно было бороться. Тот, кто ими управлял, вероятно, не мог видеть их в тумане, но каждый шум, каждый выстрел и каждый крик привлекали мертвецов все ближе и ближе. Девять могли бы вернуться к подножию горы, используя склон и внезапность,
— Мы должны выйти из этого проклятого облака, — сказал Тадатомо.
— Пойдем в замок, — ответил Ронин.
— Мы окажемся в ловушке, — сказала Юки.
— Но, по крайней мере, мы будем хоть что-то видеть, — возразил одинокий воин. Барабан зазвучал снова, и все пехотинцы, казалось, повернулись в их сторону.
— К замку! — крикнула Юки как раз в тот момент, когда ближайший из мертвецов, казалось, был уже в нескольких шагах.
Ронин подождал, пока она сделает первый шаг, а затем бросился вверх по склону, чувствуя, как ветер Кибы проходит мимо его. Он был последним среди них, но звуки мертвых, казалось, отдалялись. Живые могли обогнать их. Однако впереди послышались новые звуки: крики воинов и лязг клинков. Ронин услышал характерный звук раздавливаемой плоти и отражаемых доспехами лезвий, за которым последовал резонирующий удар. Он вырвался из облака и увидел замок, всего в нескольких шагах впереди, но между ним и воротами бушевала битва.
Мертвецы наступали с обеих сторон, окружая девятерых, прежде чем те смогли войти в замок. Мусаси, Микиносукэ и Тадатомо возились с дверями, пытаясь открыть их, несмотря на их толщину и засов, запиравший их с другой стороны. Слева от них Дзэнбо в одиночку сдерживал мертвецов, и при других обстоятельствах Ронин нашел бы время подивиться мастерству монаха. Он был замечателен. Наклонив голову, чтобы слышать своих противников, он вонзил копье в лицо кёнси и потянул его на себя, позволив телу упасть к его ногам, прежде чем он перехватил хватку и ударил рукоятью древка второго по лицу, вызвав взрыв давно отмершего мозгового вещества.
— В позвоночник! — крикнул Ронин, увидев, что труп у ног Дзэнбо извивается. — Целься в позвоночник.
Дзэнбо крутанул копье вертикально вокруг себя, развернулся на пятке и ударил древком по спине своей первой жертвы, раздавив ее с громким чмокающим звуком, хотя мертвец был в доспехах. Тот перестал двигаться, и монах вернулся ко второму, который, хотя и лишился большей части головы, продолжал наступать на него. Слепой монах снова нанес удар копьем, вонзив прямое лезвие в грудь своего противника, и с видимой легкостью оторвал его от земли. Вывернув туловище, Дзэнбо швырнул мертвого воина о каменную стену замка. Должно быть, что-то сломалось в теле кёнси, потому что оно больше не двигалось.
— Да откройся же ты, сука, — проворчал Тадатомо.
— Цуки, помоги им! — крикнула Юки, разрубая труп пополам мощным взмахом своей нагинаты. Лучница выпустила последнюю стрелу куда-то в группу мертвых самураев, приближавшихся к слепому монаху, но та лишь попала ему в горло, едва замедлив монстра. Ее стрелы не помогли бы против этих оживших трупов.
— С их стороны подходит еще больше, — сказал Дзэнбо Ронину, имея в виду онна-мушу и мушкетера. — Я могу справиться с ними здесь. — Доверившись ему, одинокий воин бросился к правой стороне ворот как раз в тот момент, когда Амэ нажала на спусковой крючок своей тэппо. В ушах Ронина зазвенел взрыв, но он должен был признать, что эффект от ее пуль был более убедительным, чем от стрел. Ближайший к Юки кёнси разлетелся на две половины, и даже тот, что стоял позади, упал навзничь.