Немцы в городе

Оутерицкий Алексей

– Тоже восемнадцать.

Они опять переглянулись.

– Что ж, спасибо, – сказала Наташа.

– За что?

Она промолчала.

– Ну, а тебе? – неожиданно спросила Тамара и я обрадовался, потому что это было первое ее обращение ко мне. Так, чтобы она сказала, не отвечая на вопрос, а без принуждения, по своей инициативе.

– Двадцать пять, – не раздумывая, сказал я.

Подруги переглянулись и одновременно, с неподдельным весельем прыснули.

– С ним не соскучишься, – сказала, отсмеявшись, Наташа.

Она

потянулась к вещам, порылась в большой сумке, достала стеклянную поллитровку лимонада, попробовала стянуть пробку, но та не поддалась. Она молча протянула бутылку мне. Я сделал шаг вперед, наклонился, и у меня распахнулся пиджак. Девчонки стрельнули глазами в проем, затем так же быстро переглянулись. Тамара слегка покраснела, потом едва заметно, словно оправдываясь перед подругой, приподняла тонкие брови и пожала плечиками – мол, что тут поделаешь.

Я тоже покраснел. Потом распрямился и занялся бутылкой. Она уже была раскупорена, просто потом металлическую крышечку пристроили на место и сейчас ее можно было снять пальцами.

Наташа приняла у меня лимонад и пробку, отпила небольшой глоточек, протянула Тамаре. Та тоже отпила немного, хотела закупорить бутылку, но, поколебавшись, протянула ее мне.

– Будешь?

Я отрицательно покачал головой. Потом неохотно оторвал взгляд от Тамары, обернулся, посмотрел на своих. Серега с Виталем стояли, остальные сидели. Все курили и молча наблюдали за нами.

«Прощай, уже вдали встает заря и день приходит в города; прощай, под белым небом января мы расстаемся навсегда»…

– Ладно, пошутили и хватит, – сказала Наташа, пряча бутылку в сумку. – Мальчик, у тебя что, нет девушки?

– Нет, – поколебавшись, сказал я.

– Но все равно. Почему бы тебе не найти ровесницу.

– Да ну, ровесницу, – опять поколебавшись, сказал я. – Чего с ней делать.

Наташа в показном удивлении тоже выгнула брови.

– Интере-е-есненько… А с Тамарой, выходит, есть, чего?

– А то! – с энтузиазмом сказал я.

Девчонки опять быстро переглянулись. Лицо Тамары залилось краской, она опять обняла себя за колени, как бы в стремлении хоть как-то укрыться от моего восторженного взгляда, а блондинка нахмурилась.

– Или мне кажется, или у молодого человека чрезмерно бойкий язык, – сказала она как бы никому, просто рассуждая вслух.

Я по-настоящему испугался.

– Да нет, – торопливо сказал я, – я же ничего такого… Наверное, просто неправильно выразился.

– Н-ну л-ладно… – теперь как бы в сомнении медленно сказала Наташа и посмотрела на Тамару. – Простим на первый раз?

Тамара ничего не ответила. Она опять нацепила очки и вернула руки на место. В этом положении, когда она склонялась вперед, мне оказывалась недоступной для разглядывания ее грудь, наверное поэтому она так и делала. Лицо Тамары до сих пор горело, видно было, что я своей репликой сильно ее смутил.

– Я на ней вообще-то жениться хочу, – сообщил я Наташе,

чтобы исправить положение.

– Да-а? – сказала она. – А на мне не хочешь?

– На тебе Викентьич женится, – сообщил я. – Ты ему здорово нравишься. Ну, как мне Тамара.

Тамара приглушенно хмыкнула и уже во второй раз не смогла сдержать улыбку. Кажется, она на меня не злилась и я обрадовался.

– А кто у нас Викентьич? – с любопытством поинтересовалась Наташа. Она тоже с трудом сдерживала смех, но видно было, что ей по-настоящему интересно.

– Мастер мой. Он Саша вообще-то, как и я, просто его так в цеху все зовут.

– А сколько ему лет?

– Двадцать пять.

– Как и тебе?

– Нет, по-настоящему.

– А он красивый?

Тут я замялся.

– Ну… да, наверное. Вообще-то на него девчонки смотрят, я сам видел. Ну, когда мы с ним в столовую… или там по территории…

– Ну хорошо, – сказала после паузы Наташа. Похоже, ей, в отличие от Тамары, нравилось со мной общаться. Наверное, девица была общительной по натуре или просто ей было скучно и она развлекалась. – Допустим, даст тебе Тамара свой телефон. И что ты будешь делать?

– Позвоню ей, – сказал я.

– Это-то понятно. А дальше что? – Я молчал и Наташа подсказала: – Наверное, попробуешь куда-нибудь ее пригласить?

– Ну да.

– А куда? На трамвае покататься?

– Почему… Можно где-нибудь посидеть.

– Где? На лавочке?

– Почему… – опять сказал я. – Можно в ресторане.

Наташа с трудом сдержала смех, посмотрела на Тамару, но та смотрела вперед, мимо меня. Кажется, ее опять начал тяготить этот диалог и я заволновался.

– Я нормально зарабатываю, – поспешно сказал я, глядя, конечно, на нее. – Правда.

– Учеником слесаря? – насмешливо спросила Наташа. Тамара быстро ткнула ее локтем в бок и она прикусила язык. – Просто твои документы через нас проходили, – тоже слегка порозовев, пояснила Наташа и это прозвучало так, словно она оправдывалась. – Мы с Тамаркой их оформляли, поэтому и запомнили случайно.

– А чего, – сказал я. – У вас и вправду нормально платят.

– А почему ты тогда в чужом пиджаке ходишь? – поинтересовалась Наташа.

Я машинально посмотрел на свой пиджак и пожал плечами.

– Просто не успел шмотки подходящие прикупить. Я как-то неожиданно это… ну, в плечах, в общем, раздался.

– Ну, это мы уже заметили, – весело сказала Наташа, а Тамара недовольно поджала губы и опять легонько коснулась ее локтем.

– Говори за себя, – едва слышно попросила она.

– Можем прямо сейчас куда-нибудь сходить, – сказал я, запуская руку в карман. – Вот, видели? – Я нагнулся и положил на покрывало между ними пачку трехрублевок.

Девчонки посмотрели на деньги, потом друг на дружку, потом на меня, и Тамара опять сняла очки. Она положила их рядом с собой и опять обняла колени. Вид у нее был озадаченный.