Немцы в городе

Оутерицкий Алексей

– Ничего, посмотрим, – проворчал Виталь для проформы, а я молча встал и пошел к подругам, на ходу продевая руки в рукава пиджака.

– Эй, ты куда, – спросил Колян, а Серега, догадавшись, громко заржал.

– Лапсердак-то не потеряй! – крикнул он мне в спину, но я не прореагировал.

Я остановился в метре от красного покрывала или пледа, или как там называлась эта их штуковина. Глаза Тамары закрывали черные очки и непонятно было, заметила ли она, что кто-то подошел. Интуиция подсказывала мне, что заметила, просто не подала виду, не выдала себя

ни единым, даже самым малым, движением, продолжая изображать полудрему.

Все тело девчонки было темным от загара, кожа, смазанная кремом, блестела, а фигура оказалась просто потрясной. Ногти на ногах были покрашены вишневым лаком, а на руках – посветлее, розовым. Помада на губах тоже была розовой, в тон. На ее теле оказалось немало мелких, рассеянных там и сям родинок, а на левом бедре, сбоку, ближе к заду – одна покрупнее, с двухкопеечную монету. Еще из-за определенного угла освещения солнечными лучами, на этой ее согнутой в колене ноге с родинкой, на задней стороне бедра, образовалась полутень и было видно, что кожа в этом месте слегка неровная, в едва заметных бугорках и впадинках.

Все это показалось мне очень возбуждающим. Я вдруг почувствовал, что у меня зашевелилось в трусах, невольно покраснел и сложил кисти рук, чтобы придержать пиджак над оттопырившимися трусами. Если мне не показалось, уголки губ Тамары на какую-то неуловимую долю секунды дрогнули, словно она едва сумела справиться с улыбкой.

Я так и разглядывал ее не меньше минуты, пока блондинка не перевернулась на спину и не увидела меня. Она изумленно выгнула брови и осторожно прикоснулась локтем к боку Тамары.

– У нас гости, подруга.

– Опять малолетки, знакомиться? – лениво проговорила Тамара.

– Да нет, мужчина, – с трудом сдерживая смех сказала блондинка и присела. – Серьезный. – Она неопределенно покрутила в воздухе рукой. – Ну, такой, знаешь…

Она потянулась к лежащей возле сумочек пачке «Космоса», закурила, и, с прищуром глядя на меня, тонкой струйкой выпустила в мою сторону дым из накрашенных красным губ. У блондинки тоже была отличная фигура и классные ноги, она тоже была красивой и холеной, с маникюром и педикюром, но с Тамарой ее было не сравнить. Я бы даже затруднился сказать, в чем заключалась разница, но Тамара была до того шикарной, что от нее невозможно было оторвать взгляд.

– Какой? – спросила она.

– При костюме, – сказала блондинка, не отрывая от моих глаз насмешливого взгляда. Хотя, как удалось мне заметить, чуть раньше этот ее взгляд за мгновение просканировал меня с головы до ног, и оценка была положительной. – Только галстука не хватает.

– Ого! – все так же лениво сказала Тамара. – Посмотреть, что ли…

Она плавным движением подняла тонкую руку, сняла очки и тоже посмотрела мне в глаза. Ее глаза оказались карими, мне удалось рассмотреть их только сейчас, потому что раньше я сразу же начинал пялиться на ее ноги. И в этих глазах не было отторжения, хотя девица в показном недовольстве слегка поджала губы. И еще я почувствовал, что она меня узнала, хотя никак

не дала это понять. А еще я уловил, как в какой-то момент ее взгляд молниеносно метнулся по моей фигуре сверху вниз и обратно, точь-в-точь так же, как минутой назад у блондинки, и результат осмотра тоже оказался со знаком плюс, я мог в этом поклясться.

– Кажется, я его где-то видела, – сказала Тамара. – Такое может быть?

Это она спрашивала у блондинки.

– По телевизору, – уверенно предположила та. – Точно. Недавно какой-то фильм показывали, так он там кого-то играл.

– Нет, по-моему, он что-то пел на каком-то концерте, – сказала Тамара. – В дуэте с Леонтьевым, кажется.

– Да нет, я с «Текстиля», – сказал я.

– А-а-а! – обрадовалась блондинка, – точно! Это новый замначальника второго ткацкого.

Это она обращалась к Тамаре.

– А разве не начальник? – спросила та. – Мы же сами недавно оформляли его перевод.

Я понял, что надо мной попросту потешаются и сглотнул.

– Так и будем молчать? – спросила блондинка.

– Да нет, почему, – сказал я.

– Ну так скажи что-нибудь.

– А… что?

– А зачем ты к нам подошел?

– Познакомиться.

– Ну так представься, что ли, – с усталым вздохом предложила блондинка.

Она в последний раз выпустила дым, погасила сигарету в песке, а бычок спрятала в спичечный коробок, в котором уже были окурки.

– Саша, – сказал я. И поспешно поправился: – Ну, Александр, то есть.

– Я Наташа, – сказала блондинка.

Наступила пауза. Блондинка склонилась к Тамаре, шепнула что-то ей на ухо. Та с протяжным вздохом присела, обняла руками колени.

– Тамара, – поколебавшись, неохотно сказала она.

– Я знаю, – зачем-то сказал я.

– Ого, – сказала Наташа и со значением посмотрела на Тамару, а та подняла брови и с очередным вздохом покачала головой, показывая, до чего ее тяготит весь этот дурацкий разговор. – Товарищ тобой интересовался, оказывается.

Тамара не прокомментировала и опять повисла пауза.

– Что дальше? – спросила Наташа.

– Ну… – я замялся. – Может, дашь телефон?

Конечно, я обращался к Тамаре. За все время разговора я взглянул на блондинку всего несколько раз, бегло, а так все время пялился на Тамару.

– Я? – спросила блондинка.

Я перевел на нее взгляд и она прыснула, давая понять, что это была шутка. Я опять стал смотреть на сидящую неподвижно Тамару, а она безразлично смотрела в сторону. Возникла очередная пауза.

– Зачем? – наконец спросила Тамара, не выдержав.

– Ну как… – я тоже вздохнул. – Чтобы созваниваться.

– А ты знаешь, сколько мне лет?

– Знаю.

– И сколько? – с неподдельным любопытством спросила Наташа.

– Восемнадцать, – сказал я.

Девчонки переглянулись и я впервые увидел, как Тамара улыбается. Улыбка у нее оказалась очень милой, улыбаться ей шло. Вся ее надменность сразу улетучилась и она стала на миг простой красивой девчонкой.

– А мне? – спросила Наташа.