Нелады со звездами
Шрифт:
Секретарша издала истерический смешок.
— О, мисс Блэк, вы такая шутница!
Белинда сердито скрестила руки на груди. Она вовсе не собиралась шутить. Разве она не одна из ведущих журналисток Великобритании? А если шампанское для клиентов не предусмотрено, то руководству банка стоит об этом подумать, черт побери.
Секретарша мялась с ноги на ногу и не уходила. По едва заметной дрожи в руках Белинда догадалась, как она волнуется.
— Надеюсь, вы позволите спросить…
— В чем дело?
— Я просто хотела узнать, — запинаясь, выдавила секретарша. — Вы та самая Белинда Блэк, которая пишет в «Светиле»? Кажется, сегодня утром я читала
— Да, та самая, — высокомерно подтвердила Белинда.
В последнем номере «Светила» интервью с Шампань Ди-Вайн было отведено целых четыре страницы.
— Очень смешно, — робко произнесла секретарша, задержавшись у двери в просторный кабинет Виньолса. — Подождите, журнал лежит у меня на столе.
Метнувшись в свой закуток, она вернулась, размахивая журналом, раскрытым на странице с ярким заголовком: «ПОЛНЫЙ ОТПАД: КАК У ШАМПАНЬ СЪЕХАЛА КРЫША В СТРАНЕ ГРЕЗ».
— Просто поразительно, правда, как она съездила в Голливуд и спятила? — хихикнула секретарша. — Я давилась со смеху! Шампань заставляет наливать себе фруктовый сок через воронку и каждый день делает иглоукалывание в ягодицы, чтобы снять стресс. А ее любимый напиток — коктейль из минеральной воды… — Она наморщила лоб, вспоминая. — Как там было? Три части газированной воды «Бадуа» на две части негазированной «Эвиан»? Или наоборот? И еще как она спит, положив на лицо филе трески, чтобы очистить поры, но иногда ночью на нее нападает кошка…
Белинда усмехнулась. Наверное, Шампань имела в виду не совсем это, говоря, что сырая рыба является важной составляющей рациона здоровья и красоты, предписанного ее гуру по правильному питанию. Но всем известно, что иногда возможны мелкие недопонимания.
— А потом рассказ про то, как она погрузилась в кабриолет…
— В каббалу, — любезно поправила Белинда. — Это древняя наука жизни. Многие люди предпочитают изучать мудрость минувших веков, вместо того чтобы терять время на мелочные неурядицы повседневной жизни.
Язвительно усмехнувшись, она подумала, послушается ли сегодня утром этого совета Шампань.
— А еще ее глупая болезнь йогамортис, когда все тело оказывается парализованным из-за чрезмерных занятий йогой…
Белинда натянуто улыбнулась. Конечно, Шампань подорвалась на своей же мине, но все же Белинда, не удержавшись, добавила несколько сочных анекдотов собственного сочинения.
— А сейчас она посвятила себя проблемам загробной жизни, — возбужденно продолжала секретарша. — Я чуть не умерла со смеху, прочитав, как она подарила больному, умирающему от рака, книгу о переселении написав на форзаце: «Пусть в следующий раз тебе повезет больше»…
Натянутая улыбка превратилась в гримасу. А не перестаралась ли она?
— А ее актерская карьера! — восторженно захлопала в ладоши секретарша. — Как она привела на кинопробу свою собаку, а режиссер сказал, что из собаки выйдет больше толку, чем из нее. Я обхохоталась!
— Мм…
Улыбка полностью сползла с лица Белинды. С другой стороны, учитывая полное отсутствие у Шампань актерского мастерства, юрист «Светила» наверняка сможет квалифицировать эту фразу как «справедливое замечание».
Секретарша вытирала слезы.
— А потом ее стремление сделать приятное незнакомому человеку. Определенно, мне она принесла много радости. Я так никогда в жизни не смеялась. Что касается рассказа про пластическую операцию в самом начале…
— Послушайте, — резко оборвала ее Белинда, — я не могу торчать здесь весь день. Черт побери, где мой поверенный?
Секретарша
Поднявшись в номер, я застала Шампань с ее свитой за изучением чего-то похожего на меню. То и дело звучали такие слова, как «бедро», «грудь», «голень», перемежающиеся глубокими паузами. Сперва я предположила, будто Шампань выслушивает рекомендации своего гуру по здоровому питанию, и лишь затем до меня дошло, что на самом деле она изучает перечень операций, предлагаемых ведущим голливудским центром пластической хирургии. Взглянув на нее по-новому, я пришла к выводу, что никогда прежде не видела столько пластических операций под одной крышей. Губы Шампань (несомненно, накаченные силиконом) стали такими огромными, что теперь она похожа на Дональда Дака. Все это никак не вяжется с ее стремлением обрести древнюю мудрость, о котором столько трубили. Я поинтересовалась у Шампань, не противоречит ли погоня за внешним совершенством духовному очищению. Она нахмурила (с трудом) свой перекроенный пластическими операциями лоб. «Разумеется, не противоречит. Ведь на самом деле главное — очиститься от морщин».
Что ж, с вызовом подумала Белинда, это должно быть правдой. Кто-то когда-то должен был это сказать. В любом случае Белинда выполнила возложенную на себя миссию. Теперь репутация Шампань — какой бы она ни была — лежала в дымящихся руинах. В глазах всего мира она теперь выглядела полной дурой и, можно надеяться, будет выглядеть таковой в глазах Реда Кемпиона, если он прочтет эту статью. Так или иначе, интервью получилось горячим; настолько горячим, что местами над абзацами вился дымок. Неудивительно, что довольный Грейсон выделил для интервью четыре страницы.
Белинда самодовольно улыбнулась. Она определенно преподала глупой, избалованной сучке урок. Никто — абсолютно никто не устоит перед Белиндой Блэк!
Щелкнув по клавишам ноутбука, мистер Виньолс пристально уставился на счета Белинды.
— Увы, мисс Блэк, ваши дела идут не слишком хорошо.
«Ты за себя говори», — раздраженно подумала Белинда. Мистер Виньолс был маленький, толстый, в очках и с вытянутой лысой головой, а сама она выглядела как никогда хорошо. Свое новое назначение Белинда отметила, полностью сменив гардероб, и если при этом она заставила поработать свою кредитную карточку, кому какое до этого дело, черт побери? Расправив жакет от «Версаче», Белинда рассыпала по плечам шелковистые черные волосы.
Хотя первоначально встречи Белинды с ее банковским поверенным проходили в неформальной обстановке его «гостиной», примыкающей к кабинету крошечной комнаты с кожаным диваном в одном углу и креслом в другом, в последнее время ей все чаще приходилось общаться с мистером Виньолсом, будучи отделенной от него зловещим простором письменного стола. Поерзав своей аккуратной попкой по маленькому жесткому стулу, Белинда закинула одну затянутую в переливающийся нейлон ногу на другую. Черт бы его побрал за то, что он снова заставляет ее сидеть вот так, словно провинившуюся школьницу перед строгим учителем. Главным преимуществом «гостиной» была возможность показать Виньолсу свои ноги. Впрочем, и у письменного стола были свои плюсы. Сдвинув локти, Белинда подалась вперед так, что ложбинка у нее на груди поднялась чуть ли не до самого горла. Ослепительно улыбнувшись, она провела пальцем по нижней губе, с трудом подавив зевок.