Нефтяник

Рыжая Соня

— Пусти меня, — попросила, совсем не похожим на мой, голосом.

— Прекрати спорить и начни уже слушаться меня, — подхватывая на руки, сказал.

Он вышел из кабинета и на руках понес по коридору. На встречу вышла из кабинета докторша.

— Вот рецепт, — сказала она, несколько удивленно глядя на нас, вручила листок бумаги мне в руку.

— Спасибо за заботу, будем обращаться если что. — Подмигнул игриво, а я готова была стукнуть его по бестолковой голове.

Проходя мимо регистрационного стола, остановился и взглянул на медсестру. — У вас, кажется, были какие-то вопросы к нам?

— Я…

да. Да, в самом деле. Как насчет ее медицинского полюса?

— Лана Михайловна работает в компании «Руснефть». И эта компания, могу вас уверить, не сможет сейчас оплатить. — Он взглянул на меня. — Разве я не прав? Ты без меня не справишься.

— Иди ты к черту, засранец! — прошептала.

— Вот видите, она подтверждает мое предположение, — вежливо сказал этот покоритель женских сердец. — Меня зовут Левин Мансур Леонидович президент компании «Лев-ойл». Пришлите все расходы моему секретарю и вам все оплатят.

— Хорошо.

— Прекрасно, — сказал, улыбаясь, и пошел к выходу.

— Я верну эти деньги, — прошипела ему на ухо.

— Каким образом? — Засмеялся он. — По пятьдесят рублей в месяц в течение следующих ста лет? В этой частной клинике прием у терапевта стоит, как твоя месячная зарплата.

— Ты придурок, самонадеянный, нахальный придурок! А ну-ка, отпусти меня сию же секунду. Слышишь? Отпусти!

— Не искушай меня, — отрезал он, плечом открывая входную дверь и спускаясь с ней на руках по лестнице. — Если я отпущу, ты тотчас же грохнешься носом о землю, и тебя унесут обратно в палату. — Он улыбнулся и зашагал к УАЗику, стоявшему у обочины. — Сейчас мы полетим домой. И я за тобой буду присматривать. Это не обсуждается.

— Ну и тиран же ты, Ленин, абсолютный, законченный тиран.

Заметив нас, Владимир выскочил к нам на встречу, и обойдя машину, торопливо открыл дверь.

— Как она? — обеспокоенно спросил он, пока Мансур забирался внутрь и устраивал меня у себя на коленях.

— Она по-прежнему ядовита как змея, упряма как телец и твердолоба как коза.

Мастер с облегчением улыбнулся и сел к водителю вперед.

— Это значит, что с ней все в порядке, так ведь?

По мере того как больница оставалась все дальше, чувствовала себя спокойней.

— Да, — сказал он, — с ней все будет отлично, перевоспитаем.

Подняла свою здоровую руку, также как и мои брови в удивлении, и стукнула его по твердому как камень плечу.

— Черт побери, тебя Левин! — Зашипела. — Не говорите обо мне так, словно меня тут нет!

— Я хочу отвезти ее домой как можно скорее.

— Конечно. Я понимаю. — Кивнул водитель в зеркало заднего обзора.

— Вы меня слышите? Я же здесь и вполне способна…

— Вертолет нас ждет на площадке, — продолжал он, не обращая на мое недовольство внимания.

— Нет проблем, босс, — ответил Владимир.

Босс — подумала с горечью. Тот самый мастер, который только и делал, что игнорировал мои распоряжения все время, теперь лебезит перед Левиным.

Отвернувшись к окну, смутно припоминаю себя — лежащую у него на руках, когда он высасывал яд из раны. Его испуганный голос, когда он торопил водителя, и ласковый шепот мне — что все будет хорошо, все обойдется, что он здесь, рядом, и не позволит ничему плохому случиться со мной,

что любит и не сможет без меня жить. Уже нет.

По-видимому, яд скорпиона может вызывать такие галлюцинации! Тогда как быть с теми словами, что сказал в больнице?

Закрыла глаза и прошептала:

— Я тебя ненавижу, Левин!

— Ну что ж, ненавидь меня, — чуть слышно прошептал он, и, рукой зарылся в моих волосах на затылке, притянул к своему лицу, коснулся губами губ в нежном поцелуе, выдохнул мне в рот. — От ненависти до любви один шаг, и мы его уже сделали.

21 глава

Мое пробуждение с первыми лучами утреннего солнца, не радовало от слова категорически. Резкая боль в ладони отдавалась до самого плеча, голова, словно пустое ведро в котором гудит ветер. Эти симптомы понять можно, а вот сладкая боль между ног вызывает недоумение. Застонала и приподнялась, с усилием вдавив локоть левой руки в мягкий матрас, но властные грабли мужчины сгребли в охапку и притянули к своей голой груди.

— Куда собралась, Рябина? А как же утренний поцелуй для удачного дня? Соня, я из-за тебя проспал разминку в спортзале. — Игриво на ушко.

Удивлению моему не было галактического предела, когда увидела, что рядом лежит мой личный мучитель абсолютно голый, как и я.

— Ты что тут делаешь? Почему я без одежды? Где мы? — Ошарашенно осматриваюсь по сторонам и понимаю, что это не моя спальня, а хоромы королевского дворца.

Почему он здесь? Воспоминания о прошлой ночи были очень расплывчаты. Будь они прокляты, эти предательские обезболивающие таблетки! Могу воззвать к памяти и вспомнить только крошечные эпизоды о полете и поездке на машине к дому. Левин несущий мое обмякшее тело в дом и потом вверх по лестнице в чью-то спальню, раздевающий меня в постели. После этого провал и сон — как я выхожу замуж за отца Мансура, хотя в жизни его ни разу не видела. Господи, присниться же такая ерунда, ничего себе игры подсознания. Надеюсь, я не разговариваю во сне?

Вспыхнула, вдруг вспомнив все. Любимый мужчина, кладущий меня на кровать. Голая я, притягивающая его за руки, яростно сдирающая с него джемпер и поцелуи страстные, заставляющие забыть о боли. Жар его губ и рук… Мое собственное желание… Боже в кого я превратилась? Откуда такие познания в позах? Готова отдаваться снова и снова. Краснею как рак.

Вот опять чувствую его внушительное возбуждение, не могу сдержать дрожь, он знает и этим пользуется. Пристроившись сзади ласкает грудь, спускается на живот и ниже, пробираясь между бедер умелыми пальцами возбуждает до предела, а я дышу словно последние глотки воздуха остались в комнате.

Когда готова выбросить все напряжение, сжавшее внутри каждую частичку, он убирает руку и входит на всю свою длину, от чего я взываю к Богам, стону как профессиональная легкомысленная девка. Пара толчков и моя финишная перекладина покорена до головокружения и яркого свечения звезд. Ему хватает всего выйти и войти снова, когда изливается в меня. Блин он опять без резинки, но это так приятно ощущается чувствовать мужскую силу и знать, что он не бросит своего ребенка. Согласна даже воспитывать одной лишь бы это был его малыш. Я точно совсем и окончательно спятила.