Нечего прощать [СИ]

Кулаков Антон Анатольевич

— А что не так? — испугался Тимофей.

— Все в порядке, — скрывая волнение сказала Ирина, — езжайте за Соней.

Братья вышли из комнаты, а Ирина задумалась над тем, как все сказать Анастасии. И не могла придумать.

* * *

Андрей смотрел на Антона. Прошло несколько мгновений с последней его реплики:

— Знаешь. Я очень дорожу твоей дружбой, Тош.

— Я знаю, Андрюша, знаю, — мягко сказал Антон.

— Я хочу сказать тебе, что когда ты уходишь домой, я очень скучаю. Я ощущаю как сильно завишу от того, что ты рядом.

— Что ты хочешь этим сказать, — не понял Антон.

— А

то, Тош, — что когда тебя нет, — все валится из рук. Не хочется ничего делать, пока не вижу тебя хотя бы в сети.

— Послушай, со мной происходит абсолютно то же самое.

Правая нога Андрея под одеялом проделала движение и оказалась под одеялом Антона. Антон почувствовал как их ступни соприкоснулись. Антон в свою очередь осторожно провел большим пальцем ноги по своду стопы Андрея. Тот в ответ улыбнулся от удовольствия:

— Когда я касаюсь тебя меня пронизывает разряд. Во мне все переворачивается и клокочет. Я весь дрожу, когда пожимаю твою руку. Мне не хочется ее отпускать.

Антон продолжал осторожно водить большим пальцем по ступне Андрея.

— Не переставай это делать. Мне очень это нравится.

— Я знаю, — сказал Антон, — я часто дожидался когда ты уснешь и делал тебе легкий массаж. Не один раз и не два. Почти всегда когда оставался у тебя. А впервые сделал это, когда ночевал в первую ночь.

— Постой, — не понял Андрей, — ты делал это со мной во сне?

— Да, — ответил Антон, — я не один раз видел это во сне еще до того, как ты появился. А потом понял, что сделаю это. Мне нужно было понять, почему этот сон меня преследует. А сегодня я понял, что хочу больше, хочу быть рядом с тобой.

— Но. Я хотел сказать тебе, что испытываю… И мне кажется, что это уже не дружеское чувство. Это не назвать дружбой.

— Я просто жду, что ты это скажешь. И если ты скажешь, я приму решение что мне ответить.

— Ты ждешь моего шага? — Андрей придвинулся поближе к Антону, их плечи соприкоснулись.

— Да. Ты старше, тебе и говорить первому.

— Я понял. Антоша. Я…

Ох, сколько мыслей крутилось в голове Андрея в этот момент. Продолжало шуметь в голове. От прикосновений Антона к его стопе возбуждалась и поднималась его плоть, он очень боялся выдать себя, но рано или поздно тот все поймет. Была не была, пан или пропал, в конце концов — живем один раз.

— Я люблю тебя, — произнес Андрей.

Антон повернулся к нему лицом и посмотрел в глаза. Увидел смятение и страх и сразу ответил:

— Андрюша. И я тоже люблю тебя.

Андрей обнял Антона и уперся лицом в его грудь. Он плакал:

— Я. Я не верю своему счастью. Я так боялся тебе это сказать, раскрыть перед тобой мою душу, мое сердце. Я боялся услышать нет.

— Ты бы его не услышал, — Антон продолжал орудовать ногой под одеялом, а правой рукой гладил Андрея по голове и успокаивал, — не плачь. Все теперь будет по другому. И намного лучше чем сейчас. Ты не представляешь как я счастлив, что ты мне это сказал. Мне очень дороги эти слова. И не знаю как описать то что я сейчас чувствую. Я возбуждался, прикасаясь к твоим стопам. Я хочу сделать тебе приятно, раз тебе это так нравится. Хочешь?

Андрей посмотрел на Антона и сказал:

— Мне никогда еще не было так приятно, как сейчас. Я просто не знал, что такое возможно. Я думал мне это снится.

— Расслабься. Сейчас сон станет явью.

Антон спустился в ноги. Он прикоснулся пальцами к своду левой стопы и осторожно провел рукой

вниз до пятки. Андрей закрыл глаза и выдохнул от удовольствия. Его плоть продолжала нагреваться и расти, он не знал как с этим справиться и в этот момент увидел, что Антон опустился на живот. Одной рукой он разминал его стопы, а другой. О боги, другая рука его была там. Значит и он может сейчас позволить себе это. Ему нечего стесняться того, что он хочет. Правая рука медленно нырнула под одеяло и очень скоро оказалась там. Сладостная истома охватила его, подхватила и понесла вверх. Это знакомое ощущение в новых обстоятельствах оказалось гораздо сладостнее, чем раньше. Присутствие Антона и его действия поднимали все происходившее на совершенно иной уровень. Андрей впервые делал это не представляя что–либо, он не думал. Он видел и весь выброс энергии происходил от того удовольствия, что он получал и удваивал это ощущение через свои действия рукой.

А от стоп струились энергетические импульсы, он ощущал то, с какой любовью это делал Антон и в следующий момент задумал задействовать свою левую руку и потянулся к ноге Антона.

После первого прикосновения тело Антона вытянулось как струна и он застонал от удовольствия, дернулся и тут Андрей понял, что Антон испытал почти то же, что только что произошло с ним — в руку хлынуло что–то жидкое и не было конца этой сладостной истоме удовольствия:

— Я люблю тебя, Андрюша, — простонал Антон, — это было неповторимо. Я так люблю тебя.

Антон поднялся и вернулся в изголовье кровати, лег на бок и обнял Андрея:

— Теперь мы с тобой единое целое.

— Я люблю тебя, — сказал Андрей, — это было бесподобно.

— Я никогда не думал, что смогу сделать это при постороннем человеке. Но сегодня во мне все перевенулось.

— Со мной то же самое. И я не знаю, как описать то, что чувствую. Я не смогу сегодня заснуть, — сказал Андрей, — я до сих пор помню твои прикосновения. Это как наркотик. Я завишу от тебя как от наркотика. Я принадлежу тебе.

— Я тоже принадлежу тебе, — ответил Антон, — только тебе. Я убью ради тебя. Кого угодно. Я люблю тебя.

И в этот момент Андрей прильнул к Антону и нежно прикоснулся губами к его губам. Они слились в самом первом поцелуе в своей жизни. Андрей впился в Антона и их языки переплелись. Оба от удовольствия снова разгорячились, а над ними продолжали плясать блики на потолке от оптического волокна на телевизоре подсвеченного светодиодами.

А виновница всего этого наивного, детского, но эротического действа в это самое время карабкалась по карнизу собственного дома, выбирая место для прыжка. Сначала Соня бросила в траву рюкзак, потому сумку через плечо, а потом прицелилась и прыгнула. Вполне удачно приземлившись под деревом, она отыскала рюкзак, сумку и быстро побежала к выходу с территории вокруг дома. С улицы был слышен храп Виктора, уснувшего в гостиной.

Соня вышла на улицу, пересекла проезжую часть и осторожно пошла по тенистой стороне дороги, которая вела прямо к станции. Пройдя линию деревьев, накрывавших весь тротуар, Соня спустилась в подземный переход и вышла со стороны станции. Там ее ждали в машине Тимофей и Женя. Она села на заднее сидение. К ней обернулся Женя и они обменялись поцелуями:

— Милая, с тобой все в порядке? Я так волновался?

— Хвоста я вроде бы с собой не привела.

— И на том спасибо, — отозвался Тимофей, — Здравствуй, Соня. Ну что, — обратился он к брату, — едем?