Небо № 7
Шрифт:
— Не со зла — ты просто козел!
— А если я ей песню напишу? У меня есть рэпер знакомый — он куплеты отчитает, я припев спою… Я даже текст почти придумал…
— Она этого стоит?
— Мне не важно, я все равно попробую ее вернуть.
— А как же Сашка? Она же так влюбена в тебя!
— Сашка — замечательная, я уверен, что еще не раз буду думать о ней и тоже пытаться вернуть. Но я без Женьки не могу. То ли тюфяк совсем стал, то ли привычка… Женька хочет жить вместе, а я не могу
— Как это не можешь? У тебя бизнес оценен в два лимона, ты тратишь в день не меньше трех штук рублей ни на что, это не считая клубов, шмоток… И не можешь позволить себе снять квартиру?
— Ну я же не полный баран — я не хочу жить с женщиной и ограничивать ее в чем-то. Моя женщина будет получать все самое лучшее, она не будет экономить. Вот ты сейчас позвонишь Максу и скажешь, что ты хочешь сумку Birkin — он же тебе не откажет???
— Не знаю, может, и откажет! Но я не буду просить!
— А я хочу, чтобы моя женщина, если хочет — просила и получала. Я хочу, чтобы она была счастлива. Да и потом, я не уверен, что завтра все будет также… Что про меня не появится разнос-статья в «Коммерсанте», не появятся молодые и новые и не скинут меня с моей полочки Интернета. Где мне уже очень хорошо сидится.
Я поцеловала Друга из Бронкса в нос, взяла телефон Женьки. Взгрустнула за Сашку (девочку).
Уже выходя, я положила в ладонь Друга из Бронкса икону. И сказала правду:
— Все будет зашибись!
— Ну фиг знает, — сказал он свое коронное выражение.
Я остановилась у ближайшего мало-мальски приличного салона красоты, достала из кошелька кредитную карту, дополнительную к счету Макса… До этого мне было стыдно ей пользоваться — ведь это не мои деньги. И слово «наши» я не любила употреблять, мне казалось, что «наше» — это ущемление прав человека.
— Как думаете, мне пойдет быть брюнеткой?
Девушка кивнула головой и пошла смешивать краску. Я смотрела на себя в зеркало и прощалась с прошлой жизнью с улыбкой. Срезать ногти — оставить аккуратный бордовый маникюр, стать такой, какой нравится ему…
Замужем — это всегда за кем-то, за плечом, за человеком, за его веским словом… «за» — это забота.
Я заехала в ЦУМ — раньше это место выпадало мне только, если мама провинилась или у меня глубокая депрессия, а советов, как жить дальше, у родителей нет.
Мне нужна была мужская помощь. Нравиться себе — важно, нравиться любимому мужчине — еще важнее. Я прибегла к достаточно странной помощи — Эмиля.
Как мужчина, знающий меня, он точно посоветует нужное.
— Что любят мужчины в женщинах? — спросила я его, примеряя шелковое платье молочного цвета.
— Слабость! — ответил Эмиль и протянул мне рельефную рубашку с рукавами-воланами, из
— А как же откровенная сексуальность, сила, мужчин же тянет к самкам???
— Смотри, какое дело, кричащую самку хочется трахнуть, иногда отужинать и трахнуть, иногда сделать это дважды. Вот посмотри, что выбирают женщины — нечто кричащее, вопящее и не всегда приятное на ощупь. Мужику главное, чтобы оно было мягкое и облегало… Чтобы хотелось дотронуться.
Эмиль просто обезвредил биологическую парфюмированную атаку (тут опять же мнения мужчин и женщин не совпадают) — даю бесплатный совет, хотите дольше, больше и сильнее — для секса лучший запах Dior «Midnight Poison» или D amp;G «The one».
— Смотри как, всего за полдня мы привели тебя из неотесанного подростка в приличную девушку! С тебя домашний обед, чтобы все по-взрослому: на первое — солянка, на второе — фаршированные рисом с мясом перчики или лучше картофельное пюре и рыбные котлеты, и непременно компот из сухофруктов!
— Я с некоторых пор боюсь кормить мужчин, после этого они начинают предлагать мне руку и сердце, но, право, что я могу приготовить из руки, и тем более из мужского сердца?
— Котлеты! — радостно сказал Эмиль. — А теперь тебе надо в солярий и там же переоденешься. И помирись с Максом, твой вчерашний номер отвратителен. Уйти во время секса спать к бывшей девушке мужа…
— Мама рассказала?
— А кто еще?
— Кстати, он мне пока не муж. Слушай, а почему ты новое кино не снимаешь?
— Буду снимать. У меня сейчас тот возраст, когда безумно хочется свалить из этой страны к чертовой матери. Я же приехал в Россию транзитом — думал, чуток тут отсижусь, а потом в Штаты свалю… А затянула она, Москва…
— Ты хочешь уехать?
— Предложили бы — уехал… Но там я никому не нужен, да и здесь уже на пятки наступают. Так что думаю, снова буду снимать пару клипов в месяц, а остальное время бухать и любить твою мать.
Заманчивая перспектива.
— А почему ты не сказал матери про сына?
— Ты как про него узнала?
— Какая разница…
— Да я его не видел, она забеременела от меня случайно, аборт делать отказалась и сама решила воспитывать, а у меня тогда не было сил вмешиваться… Мне кажется, я не отец — вон глянь, я собственную падчерицу хочу трахнуть, а ты про детей…
Женские биологические часы мне напоминают бомбу. Отсчитывающую желания как секунду: хочу замуж, хочу детей. Пора-пора-пора!
В машине Шарль Азнавур исполнял свою «Вечную любовь», конечно же не собственной персоной. Женщина во мне менялась с каждой секундой до неузнаваемости.