Небесный всадник 2
Шрифт:
— Не сложно… — согласился я отстранённо.
— Нормально?
— Да.
— Отлично, продолжай.
А чего продолжать, лагерь почти опустел. Те, кто не убежал, уже давно поняли, что тут только два варианта — или через пламя дракона, или на нас, и выбор, на их взгляд, был очевиден. Они бросились на нас в какой-то безумной попытке одержать верх, даже не потрудившись напасть всей гурьбой.
Первый, кто бросился на меня, зачем-то запрыгнул на ящик и уже с него сиганул на меня с каким-то копьём. Во-первых, что он хотел сделать им против доспеха, во-вторых,
Смахнув тело, я обернулся к двум следующим. Так совпадало, что они нападали одновременно, один с мечом, другой с топором. Под меч я просто подставил руку под углом, от которой тот просто отскочил, а вот топор я уже отбил — принял на клинок в районе древка, сделал круговое вращение, заставив топор соскользнуть, после чего ткнул остриём в шею мужику.
Не обращая уже на него внимания, кулаком влепил первому и сразу схватился со следующим. Ударом отвёл молот и тут же ткнул вперёд. Да, человек был в кольчуге, да, был в шлеме, да только ноги были открыты, и на секунды он оказался обездвижен. Как раз на те секунды, которые мне потребовались, чтобы взмахом отбить удар меча, крутануться юлой и снести голову самому первому.
Остался тот чел с молотом, но пока он раздуплялся после раны в ногу, я уже был рядом. Стоя на одном колене, он взмахнул молотом, но промахнулся, а в следующую секунду я уже был перед ним. Меч вошёл сверху вниз, прямо в район ключицы, и последний противник осел.
Пять человек, и я… всё равно ничего не чувствовал. Нет, вру, я чувствовал некоторое отвращение, когда меч шкрябал по костям, как от скрежета зубов, но не более. Ни жалости, ни терзаний, ни сомнений. Они бежали меня убить, я убил их — всё.
И это меня смущало. Даже ночью я не сразу уснул, думая, почему? Почему я, хрен с горы, которому-то и мышку жалко убить, убил человека и ничего не чувствую? Все говорили, что ты испытаешь что-то, что первое убийство отпечатается в тебе на всю жизнь, ты будешь чувствовать смятение, ужас, апатию и кучу всего, но…
Единственное, что я почувствовал — это сопротивление меча, когда он втыкается в тело.
Ирис закончила раньше, успев порубить в два раза больше народу и потом ещё наблюдая за моими успехами.
— Ну как? — спросила она с интересом.
— Что как?
— Чувствуешь себя лучше?
— В плане? — никак не мог понять я.
— Лучше этого сброда? — кивнула Ирис на тела. — Что ты сильнее, быстрее? Что ты не человек, а небесный всадник?
— Не совсем… — пробормотал я.
— Значит скоро почувствуешь, — хмыкнула рыжеволосая. — Все проходят это пьянящее чувство силы. Потом привыкаешь, конечно, но когда в первый раз осознаёшь масштаб своих сил, понимаешь, какая пропасть между людьми и тобой, и что почти любой твой противник уже тебе не ровня… Эй, Тефея, помнишь своё первое чувство победы? — крикнула она мне за спину.
Тефея уже успела спешиться, оставив на входе сторожить дракона, и прогуливалась по уничтоженному лагерю.
— Да, помню.
— И что ты испытывала? — спросила Ирис с интересом.
—
— Да, вот осматриваемся только, подсчитываем, сколько нарубил у нас Самсон.
— И сколько?
— Пятерых! Хорошее начало, да? — Ирис радовалась как за собственного ребёнка. — Натренируем его, и будет настоящим воином! А как характер закалится, и вовсе вырезать вообще всё живое!
По правде говоря, это не я отлично сражался — это противники дрались из рук вон плохо, а на мне была почти неприступная броня. Мне кажется, что они действительно были контрабандистами. Всё же в моём понимании пираты умеют сражаться… или просто мне так кажется. Как бы то ни было, будь здесь солдаты, да та же стража, так легко мне бы не было.
Зачистив лагерь, мы осмотрели содержимое лагеря. То ли воды остановились набрать, то ли дичи настрелять, но интересного, кроме небольших сбережений погибших, мы не нашли. Зато я обнаружил кое-что любопытное.
— Как ты думаешь, кому мог принадлежать такой большой лежак? — спросил я, кивнув на подстилку из веток и листвы, которая была длиной, как два я.
— Великан, — ни мгновения не раздумывая, ответила Тефея.
— А откуда у них великан? — спросил я.
— На предзакате (юге) есть великаны, как я слышала, — после некоторых размышлений ответила она.
— Не с предвосхода (севера)?
— Учитывая, что они с юга почти все, — бросила Тефея взгляд на труп, — вряд ли. Но это значит, что один враг ещё жив, и мы должны его отыскать, — после чего обернулась. — Ирис. Один враг ушёл.
— Ну как ушёл, так и нагоним! — крикнула та в ответ.
— Предположу, что это великан.
— Великан? Здесь?
— Да.
— Слушай, а что, если великан с предвосхода (севера)? — спросил я.
— Вряд ли есть какая-то разница, откуда он, — негромко и спокойно ответила библиотекарь. — Мы найдём и устраним его. Только предадим это место огню.
Всадницы явно отталкивались от правила выжженной земли. Ничего после себя не оставлять, кроме пепла и трупов, чтобы другим неповадно было. Жечь продолжала Ирис, укрыв всю площадь ледяным огнём, который лизал деревья, заставляя их рассыпаться, как будто стеклянные, после чего так же всё и затушила, оставив после себя только голую землю.
После этого мы выдвинулись на поиски последнего.
Вот что я заметил сейчас — у всех драконы как драконы, могли взлетать с места, а моему засранцу требовалась взлётная полоса, которой в густом лесу не оказалось.
— Самсон, ты будешь взлетать?! — крикнула сверху Ирис.
— Ему разгона не хватает!
— Так с места!
— Он так не умеет!
— А как он умеет?!
— С разгона!
Звучит супер тупо, но он и зависать на месте не умел, как другие. Нет, другие висеть долго тоже не могли, но буквально на пару секунд всё же были способны удерживаться на месте. Этот просто падал вниз. С другой стороны, Бегемот умел плавать и нырять, но в бою, как по мне, эти способности были бесполезны от слова совсем.