Небесный всадник 2

Кири Кирико

— Молитва, конечно же. Надо же почтить тех, кто пал, защищая империю, — удивлённо ответила всадница.

— И… вы всегда читаете такие молитвы? — уточнил я.

— Иногда. Если есть время, почему бы не прочитать? Мёртвым будет приятно, что их жертва не забыта, и их души будут свободны. Ты тоже можешь выучить их, это полезно, поднимает дух.

Я бросил взгляд на форт, который теперь был действительно мёртв. Нет людей — нет жизни. А ведь все они были обычными солдатами, заступившими на смену, думая, что вернутся домой к семьям. Обычный день стал последним.

Наверное,

им бы было приятно, что сама небесная всадница почтила их память. Не отмахнулась, и признала их заслуги.

Мы подошли к драконам.

— Сейчас мы полетим на север, — произнесла Аэль. — Если те не ушли далеко, мы их уничтожим. Если ушли — вернёмся потом с другими всадницами и разыщем их. Надо будет всех сжечь, чтоб знали, как на наших нападать! А вообще, это странно, конечно…

— Что именно? Ты говорила, что такое происходит иногда.

— Да, но… в этот раз они прямо постарались. Довольно нетипичное поведение для дикарей. Обычно ничего хорошего это не значит.

Мы взлетели, оставляя за спиной форт и уходя в холодные земли. С одной стороны, это могло показаться опрометчиво, полететь следом, не предупредив других. С другой — всадницы трезво оценивали риски (я надеюсь), да и мы были на высоте, где достать нас будет сложно или вовсе невозможно.

Этим местам действительно не было конца. Просто тундра, и чем дальше, тем больше было снега, а следов нападавших было не видать. По крайней мере, взгляд Аэль был острее моего, но и она, опускаясь до самой земли, не могла найти, куда те ушли. И только пока снег не укрыл вообще всё, мы таки смогли найти их направление, несколько часов оглядывая округ.

— Уже поздно, — произнесла Аэль, склонившись над следами десятков ног и саней. Мы спустились как раз получше разглядеть их получше.

— А много их?

— Около шестидесяти орков-альбиносов и есть с пятёрку стуж, но сложно сказать точнее, — потрогала она след. — Обычно шестьдесят человек — это не проблема, даже орки, но стужи… они могли изменить ситуацию. Плюс, такое слаженное действие — это точно есть вождь, и опытный. Возможно, их и больше, — Аэль подняла голову и бросила взгляд вдаль, теряющуюся в снежной дымке.

— Летим дальше?

— Да нет, вернёмся и переночуем, после чего с утра полетим вперёд. Теперь мы знаем, куда надо двигаться.

— За нас не хватятся?

— Хватятся, если сильно опоздаем. В крайнем случае полетим прямо в столицу, там всё объясним.

Лады. Я даже рад, что Аэль не бросилась дальше, учитывая её характер. Мы вернулись к лесам, забравшись чуть глубже, после чего всё так же разложились, готовясь к ночёвке.

— А что это за духи, которых всех упоминают? — поинтересовался я, скидывая вещмешок с Бегемота, который буквально жрал кору. Он кажись всеядный, когда голодный.

— Я думала, что даже потеряв память, ты о них будешь знать! — удивлённо воскликнула она. — Это же Великие духи или Духи-Покровители. Это знаешь, такие могущественные существа, но не как люди или существо с разумом и без. Они… они просто есть, мы их не видим, а они всё равно тут, вообще везде. Как…

— Как аура? —

подсказал я.

— Да, как аура! Или как воздух, вот! Они влияют на всё вокруг. Животные стали агрессивными? Это духи их раззадорили! Холодная погода? Духам что-то не нравится! Женщины рождают много крепких детей, и никто не умирает? Духи милостивы, вот! А ещё они могут дать тебе сил и помогут обрести храбрость, надо лишь помолиться за это!

— И как? — поинтересовался я.

Ну всё, Аэль была счастлива. Она могла поделиться мудростью с тупым мной. Она откашлялась, после чего так же тихо, как тогда при молитве у форта, начала говорить.

— Мне страшно, и это нормально. Я сомневаюсь, и это приемлемо. Я хочу убежать, и это естественно. Но пока надежда теплится, я не отступлю. Я не буду знать пощады и не забуду о милосердии. Моя жизнь — это борьба, моя судьба — это сражения, мой страх — это слабость. Я не дрогну, я не сойду с пути, я не убоюсь смерти, и тьма расступится перед храбрыми, и мир наполнится светом, прогоняющим тьму, пока вера горит во мне, — а потом подняла взгляд и улыбнулась. — Вот!

— Воодушевляет, — кивнул я.

— А то! И духи, если ты готов пойти до конца, а твои помыслы чисты, помогут тебя.

— Или не помогут.

— Но согласись, приободряет. Не плохо бояться, Самсон — плохо смалодушничать.

Звучит довольно прикольно, прям молитва, как у самураев. Мне даже понравилось, надо запомнить.

Ночёвка прошла без приключений, а на утро с первыми лучами мы уже летели туда, где обнаружили следы этих альбиносов и каких-то загадочных стуж. Дымка так и не рассеялась, мешая обзору, из-за чего мы летели на малых высотах, но уже хлеб, что снегом не замело следы (что странно). Мы заметно быстрее продвинулись вперёд, когда Аэль скомандовала.

«Впереди. Враг. Нападаем».

Я с трудом разглядел впереди точки, которые сливались со снегом. Да и выдавал их отнюдь не они сами, а их постройки, темнеющие даже несмотря на то, что были припорошены снегом. И чем ближе мы приближались, тем отчётливее я их видел. Не меньше восьмидесяти, а то и сотни — я ещё не набил глаз оценивать количество, просто скользнув по ним взглядом. Но это и не было нужно — мы сверху, а они снизу.

В этот раз у меня не было ни сомнений, ни сочувствия, было достаточно вспомнить то, что они сделали там, в форте. Да и убивать не себе подобных всегда полегче, будет откровенно.

Поэтому, ещё до того, как Аэль подлетела к ним, я нацелился на самый большой шатёр, и Бегемот рыгнул туда фаерболлом. Тот промчался через дымку, врезался, мгновенно заставив вспыхнуть постройку ярким пламенем, разбросав пламя по округе. А вскоре над лагерем, заливая пламенем, как из огнемёта, промчалась и Аэль, оставляя за собой полосу пламени, которая быстро затухала на снегу.

И пока она носилась, выжигая их, я просто летал по кругу, устроив бомбардировку по площади и добивая убегающих. Сражение началось и закончилось за какие-то минуты, не оставив им шанса. И лишь после того, как Аэль сделала пару пролётов на низкой высоте над лагерем, мы решили спешиться.