Небесный всадник 2
Шрифт:
— А мы-то думали, что он такой странный! Вроде и дикий, раз без седла, но вёл себя так, будто потерялся… — протянула Аэль. — А мы же его ещё гнали в горы, пока он отчаянно пытался повернуть на предзакат (юг), а он-то домой пытался вернуться…
— Какой кошмар… — протянула Серафина, прикрыв лицо рукой.
Ну а чего ей ещё оставалось делать? Можно сказать, что они собственноручно и обрекли меня на долгие скитания. С другой стороны, а кто ж знал? Вот я их не винил. Обидно, конечно, это как быть на необитаемом острове и наблюдать
— … что хорошо заканчивается, — закончил я свой рассказ известной присказкой.
— Это уж точно… — вздохнула Серафина, покосившись на Аэль, которая невинно хлопала глазками, после чего махнула рукой. — Ну-ка встань, покажи спину.
Ну я встал, задрал рубашку, показывая, куда меня ранили стрелой, после чего почувствовал там холодненькие пальцы Серафины, которые аккуратно и без стеснения ощупывали рану. У меня аж привставать начало. Да чего там, у меня вообще привставать начинает от каждого касания теперь, блин. Облом за обломом. У меня скоро фамилия станет Обломовым! Благо здесь куча девушек, и уверен, что кто-то да уж точно добровольно согласится встречаться с самим бароном…
Хотя стоп, там же детей настрогать тогда, а я чёт как-то… ну типа не по душе мне настрогать детей, а потом делать вид, что они не мои, как это делают обычно аристократы, создавая мини-армии из бастардов. Да и подхватить что-нибудь можно…
Да блин, нужен алхимик, короче.
— Серафина, слушай, а у нас есть хороший алхимик? — спросил я.
— Хочешь попросить у него зелье противозачатия? — мгновенно догадалась она, продолжая разглядывать мою рану, после чего отступила: — Ну, вроде всё в порядке.
— Ну вообще да… — протянул я, смутившись.
Ну вот зачем на всеобщее обозрение задавать этот вопрос? Но потом, оглядевшись, понял, что я тут единственный, кто смущается. Потому что Серафине двести два года, Рондо сто семьдесят один, а Аэль, пусть и полторашка, но ей самой уже было лет под пятьдесят или шестьдесят. Короче, этот вопрос смущал только меня, а они на фоне своих лет к нему относились спокойно, как к какому-нибудь обсуждению обычных житейских вопросов.
— Так а что тебе мешает? — удивилась Аэль, подтверждая мои мысли и ни капли не смутившись. — Они же все простолюдинки, никто слова не скажет. Любую бери, они и сами рады будут.
— Ну тут же ещё можно что-нибудь подхватить…
— По идее, твой нынешний иммунитет теперь должен справиться с подобным, — невозмутимо заметила Серафина.
— Да, но… если вдруг дети…
— Всем будет всё равно. Они простолюдинки, — каждый раз они отмахивались от них так, будто это были не люди, а так, вещи. А как же женская солидарность? Мне казалось, что Серафина уж что-что, а всё равно знала, что это такое, так как в первые мои дни сама пугала судом и женской солидарностью. А сейчас будто никто и не понимал, о чём я.
— Но не
Они молча уставились на меня, будто я сказал то ли какую-то великую глупость, то ли что-то такое, о чём никто пока ещё не задумывался.
— Какая прелесть, вы посмотрите на него, беспокоится о своих кровных детях… — проворковала Рондо. — Знаешь, с таким подходом аж самой под тебя лечь захотелось.
— Я тебе лягу, — предупредила Серафина, после чего посмотрела на меня. — Я поняла тебя, Самсон, и не буду отрицать, что такая забота — это похвально. Если так волнуешься, то потерпи немного, а там этот вопрос решим на раз-два. Договорились?
— Договорились… — вздохнул я.
— Вот и прекрасно. Думаю, тебе стоит пока отдохнуть, осмотреться у себя, да привести дела земель в порядок, а там мы вернёмся и заберём тебя. У нас ещё будут дела.
— Какие?
— Поверь мне, они тебе не понравятся. Ты ещё что-нибудь хочешь мне рассказать? — поинтересовалась Серафина.
— Хотел спросить по поводу подземелья, которое нашёл. Что это было за место?
— Сложно сказать… — задумчиво протянула она. — По твоему описанию, это был какой-то старый храм воинов далёкого прошлого.
— Всадников?
— Вряд ли, — покачала она головой. — Я никогда не слышала, чтобы были всадники-мужчины, только всадницы. Возможно, какой-то орден или что-то подобное, таких и раньше было много, и сейчас немало. Храмы и святыни многих, кто сгинул во времени, до сих пор встречаются то тут, то там, одни удивительнее другого. И да, иногда их действительно охраняют проклятия или даже некротические твари.
— Там просто что-то было про защитников и хранительниц, то есть воинами были и женщины, и мужчины, — припомнил я.
— Думаю, это лучше спросить у Мелиссы, она у нас хранитель древних преданий и легенд, — улыбнулась Серафина. — Но, если говорить конкретно про хранительниц и защитников, это считаются роли мужчины и женщины. Мужчина защищает и сражается за свой дом, а женщина его хранит и оберегает от всяких напастей. Можно сказать, что пока один на передовой, другая в тылу поддерживает его. Одни без других, как ты знаешь…
— Никак, — кивнул я.
— Именно. Но не бери в голову. Наслаждайся пока своим имением и спокойствием, потому что в ближайшее время вряд ли такое тебе представится.
Когда они шли через лес обратно к драконам, Аура весело заметила:
— Он так забавно смущается, когда вопрос касается женщин, — и тут же получила подзатыльник от Серафины. — Ай! За что?!
— За то, что не уследили, — произнесла она.
— Так я здесь при чём?! Он же сам потерялся!
— Ты была среди тех, кто прогонял дракона. Вы должны были проверить окрестности после этого.
— Так откуда мы знали, что он приручён? Мы же постоянно диких драконов гоняем!