Не трогай меня
Шрифт:
Все закончилось. Чимин сразу проваливается в сон, получая очередную взрывную порцию наслаждения. Ха Рин всхлипывает и переворачивается, наблюдая, как окрашивается шелковая простынь кровати — кровь, смешанная со спермой.
«Грязная шлюха… Грязная».
Голова раскалывается. Ха Рин плачет. «Почему?» — спросите вы. — «Ведь все закончилось».
«Использовал, как шлюху… Позор, какой позор… Даже не освободил».
Теряя сознание, девушка тяжело дышит, вспоминая лицо матери.
«Удивительно, как легко у тебя могут отобрать то, что ты так долго и бережно хранила».
Ха
Глава 34. Unknown
— О-ой, идио-о-от, ой, придуро-о-ок… — парень растерянно хватается за голову, вспоминая события вчерашнего вечера.
Как оправдать свой поступок? Никак. Возможно ли обернуть время вспять? Нет.
«Надеюсь, я уже умерла…» — думает девушка, нехотя приоткрывая один глаз.
Тела словно нет, словно оно существует отдельно от головы Ха Рин. Девушка не чувствует ничего — ее словно парализовало. Единственное, что сейчас ощущала она, — мокрые дорожки слез, которые, казалось, за ночь только приумножили свое количество.
Чимин трясущими руками отвязал девушку, отбросив веревки, освободил запястья от наручников, также выбросив их. Руки не слушались, а сердце упало в пятки. «Неужели, это Ха Рин?» — думал парень.
— Т-ты в порядке?
«Идиот, конечно, она не в порядке!»
Укутав девушку в одеяло, парень тут же отошел от кровати. Больше ни прикасаться, ни приближаться парень не желал. Почему? Потому что не хотел причинить еще больше боли. Как он себя чувствовал, кем считал? Ответ: монстром. Монстр, движимый только своим эгоизмом, — вот кем считал себя Чимин.
Что делать и как быть? Чимин метался по комнате, не зная, что делать. Воздуха катастрофически не хватало, тело пробило на мелкую дрожь. Думаете, он о себе заботился, за себя переживал?
— Почему же ты не встаешь, Ха Рин? — задавал вопрос в тишину парень. — Проснись, пожалуйста, проснись… Встань и скажи, какой я подонок, скажи, какой я ублюдок, выскажи все и бей меня, но только встань… очнись, прошу тебя…
«Ненавижу, ненавижу… Как я мог? Как посмел?»
Несдерживаемый поток вопросов и требований плавно переходил в поток мольб и просьб. Чимин на миг представил, что Ха Рин больше не проснется, больше не улыбнется и не засмеется, и сразу же прогнал страшные мысли, которые пугали парня, заставляя сердце учащенно биться.
Девушка молчала, грудь ее вздымалась медленно и будто лениво. Волосы были растрепаны и, собственно, и на волосы-то перестали походить; на руках кровавые ссадины и следы трения; шея из-за укусов и засосов приобрела красновато-бардовый оттенок; на белом шелковом покрывале кровавое пятно, причем, слишком большое по площади.
«Слишком много крови для потери девственности», — подумал Чимин и тут же медленно сглотнул собравшийся комок страха. Страха за жизнь девушки.
Перейдя уже на довольно громкие зовы, парень не решался подходить к девушке близко. Как же ему хотелось, чтобы она, наконец, очнулась, встала и влепила ему пощечину. «Пускай обнимает другого, целует другого, улыбается другому, но живет… Очнись, Ха Рин, и унизь меня, как унизил тебя я», — думал парень, злясь на
Вызвав прислугу, Чимин приказал набрать теплую, расслабляющую ванную немедленно. Упав на колени возле кровати, парень устало опустил голову на кровать рядом с девушкой. Взяв ледяную ладонь девушки, Чимин приложил ее к своей щеке и закрыл глаза. Только сейчас, закрыв лицо руками, парень дал волю эмоциям, которые так и разрывали его душу и требовали свободы.
— Уже утро? Почему так быстро… — хнычет девушка, не желая воспринимать реальность. — Не хочу тебя отпускать, ненавижу, когда тебя нет рядом.
— Я вернусь очень быстро, ты даже и не успеешь заметить, — прозвучал в ответ хриплый и низкий голос только что проснувшегося парня. Чонгук ласково обвил руками талию Сэ И и погладил кончиком своего носа щеку девушки. — Мы отвезем вас по домам, а затем уже двинемся в путь. Как прилечу, я тебе сразу же позвоню, хорошо?
— Конечно, позвонишь, куда денешься, — безапелляционно ответила девушка, подняв одну бровь.
Желания выбираться из палатки и прощаться с любимым человеком совсем не было. Сэ И, пересиливая себя, выпустила парня из своих цепких рук и вслед за ним вылезла из палатки, встречаясь с ярким и палящим утренним солнцем.
— Это последнее спокойное утро перед трехнедельной командировкой, — глубоко вздохнул Чонгук, выбравшись из палатки.
— Вы пока пакуйте вещи в машины, а мы пойдем прогуляемся с Джихи, — Сэ И потянула подругу за собой по тропинке.
— Никуда ты не пойдешь, — приказным тоном ответил Чонгук. — Не хватало еще, чтобы вы заблудились. Неизвестно, кто и что обитает в этом лесу. Ни шагу от меня.
— Хорошо, — не возражая, Сэ И подошла к Чонгуку и обняла со спины. — Как пожелает молодой Господин.
Парень ухмыльнулся, взглянув на девушку. Подруги уселись на траву и наблюдали за работой парней. Юнги, Хосок и Джин складывали палатки в машины, за оставшуюся еду отвечали Намджун и Чонгук, Тэхен же, собрав вещи, принялся за то, чтобы от костра не осталось и следа. Ну и кто догадается о том, что здесь были люди?
— Не ехать бы ни в какую командировку, остаться дома с девушкой — валяться на кровати, смотреть фильмы, есть вместе. Даже родителей дома нет, — задумчиво произнес Хосок, сидя на заднем сидении автомобиля Чонгука.
— Вы только послушайте его, — засмеялся Чонгук. — Владелец сети элитных ночных клубов по всей стране и за рубежом говорит нам, что устал от жизни и хочет себе домашнюю девочку. Ну неужели, готов променять толпу опытных стриптизерш и куртизанок на невинную и хрупкую девочку?
— Кто бы говорил! — возмутился Хосок. — У тебя вон какая девушка, — приподнявшись с сидения, Хосок указал на Сэ И, сидящую на переднем сидении. — Знаешь, как скучно бывает дома одному? Думаешь, эту кучу вот этих вот «роботов», вторящих одно: «Как прикажете, молодой Господин», заботит что-то, помимо денег? Никто не возразит, не огрызнется, не ответит, как надо, не рассмешит, так как боится, что уволю или лишу зарплаты. Иногда, не смотря на кучу незнакомых тебе людей, кажется, что ты совершенно один в огромном доме, стены которого, казалось бы, давят. Вот я и бегу от одиночества.