Не трогай меня
Шрифт:
— Как ты? — пищит Джихи. — С тобой все хорошо?
— Я так рада тебя видеть! — вопит Ха Рин. — Нас к тебе не пускали.
«А я-то как рада их видеть!»
Все учителя улыбаются мне, говорят, что рады тому, что я вернулась в школу. Я и сама рада этому, ведь уже соскучилась по этим нравоучениям, длинным урокам, вечным контрольным и проверочным.
Уроки пролетают незаметно. Вот уже закончился последний урок, мы идем с девчонками по коридору, они рассказывают мне все, что произошло в последнее время. Вдруг нас останавливают Тэхен и Чонгук и говорят идти за
Уже знакомая комната, которая не внушает ничего хорошего. По крайней мере, у меня нет хороших воспоминаний, связанных с ней.
— Сэ И, прежде, чем ты пойдешь домой, ты должна кое-кого выслушать, — холодно отзывается Чонгук, взяв меня за руку. — Заводи по очереди, — говорит он кому-то, не спуская с меня глаз.
Дверь открывается, какой-то рослый мужчина, — видимо, охранник Чонгука, — буквально кидает на пол передо мной троих парней.
— Ты думаешь, я забыл об этом? — спрашивает у меня Чонгук, пнув ногой одного из парней.
— Кто они? Не бей их! — беспокоюсь я.
— Не помнишь их разве? — Чонгук подходит к одному из парней и поднимает его голову, хватая за волосы.
Я долго всматриваюсь в лицо незнакомого мне парня, на котором живого места нет. Я вижу шрам на его лице, и моя память постепенно восстанавливается.
— Вижу, ты вспомнила, — ухмыляется Чонгук. — Что же мне с ними делать, а? Решай, Сэ И.
— О-они говорили, что хотели отомстить тебе через меня. Чонгук, это значит, что ты тоже в чем-то виноват. Так, Чонгук? — смотрю на него в ожидании ответа.
— Ну, да. Но это не моя вина. Их девушки сами отдались мне за деньги, а своим парням, то есть вот этим валяющимся телам, наплели, что я их изнасиловал. Я не виноват, что всех интересуют только деньги, — сказал Чонгук, подняв руки вверх. — Я тут ни при чем.
— Отпусти их, — смотрю на измученных парней. — Хватит с них. Они получили по заслугам.
— Слышали? — обращается Чонгук к троим парням, лежащим на полу. — Вам повезло, что моя девушка — добрый человек. Если бы не она, я б вас давно в землю заживо закопал, — Чонгук выпрямляется и смотрит на меня. — Увести их. Глаза б мои их больше не видели.
Я думала, что на этом все, но нет. Дверь вновь открывается, и в комнату заводят целую толпу людей. Кажется, я поняла, кто они, по тому, как напряглась Ха Рин.
— А этих. помните? — тянет Чонгук. — Помнишь, Ха Рин?
Ха Рин молча кивает, подходя ко мне. Я смотрю в ее глаза и понимаю, чего она хочет.
— Ты что ж, мусор, думал, что ударишь мою девушку, и тебе за это ничего не будет? — спрашивает Чонгук у парня, который в свое время влепил мне сильную пощечину. — Может, тебе руки отрезать, чтоб больше девушек не бил?
— Н-нет, не надо! — трус, сразу видно. — Я ж не знал, что она ваша девушка, Господин!
— Мне они ничего не делали, — сказала я, сжав руку Ха Рин. — Но ты видел, что они делали с Ха Рин. Они должны понести наказание.
— С удовольствием! — оживился Чонгук, злобно ухмыльнувшись.
Как и должно быть: посыпались извинения от каждого:
— Прости нас, Ха Рин!
— Помилуй!
— Я тебя не бил ни разу!
— Прости
— Извини! Помилуй! Не надо!
— Увести, — сказал Чонгук. — Следующий!
Я ждала около пяти минут и думала, кто же будет следующим.
— Знакомься, любимая, — сказал Чонгук, взяв девушку за волосы и подняв ее голову, — это До На. Ну, ты, наверное, уже знаешь ее. До На — та, что не раз пыталась заставить тебя усомниться во мне, а меня — в тебе. Я думаю засунуть ее в бордель. Ты как думаешь? Ей ведь там самое место, да? — задумчиво спрашивал Чонгук, нарезая круги вокруг девушки.
— Не надо, Чонгук, — шепчу я ему на ухо, укладывая свою голову на его плечо. — Безответная любовь ужасна. В любом случае, она не осознавала своих действий. Все, что она делала, — это попытки вернуть тебя. Оставь ее в покое. Она уже достаточно настрадалась.
«Безответная любовь — это очень больно. Бывают такие ситуации, когда душевная боль заглушает все, что есть в тебе. Когда ты любишь, ты забываешь обо всем, делаешь все, чтобы любимый человек обратил на тебя внимание, чтобы был рядом с тобой. Порой люди перестают быть людьми, наступая на свою гордость, забывая о дружбе, о семье и морали».
— Я не оправдываю поступков До На, но, Чонгук, я и не виню ее ни в чем, — обнимаю его крепче.
«Когда есть хоть малейшая возможность привлечь к себе внимание любимого человека, ощутить его тепло рядом, уловить одобрительный взгляд, ты ухватишься за него. До На легко отдавалась Чонгуку, думая, что так она удержит его возле себя. Нет, это неправда. До На решилась на крайность, переспав с другом Чонгука, зато привлекла к себе его внимание. Нет, это неправильно. До На думала, что, если меня не станет, Чонгук вернется к ней. Нет, это не так».
— Хорошо. Если ты так хочешь, то я оставлю ее в покое.
— Со мной ты н-никогда не был ласков, — подняла голову До На, — на меня ты никогда так не смотрел, меня ты никогда не обнимал. Ненавижу тебя, Чон Чонгук… Ненавижу и себя за то, что люблю тебя…
— Заткнись! — грубо ответил ей Чонгук. — Увести ее! И приведите следующего!
Я с ужасом наблюдала за тем, как открывается дверь, и показывается тот, кого я хотела видеть меньше всех. А если говорить точнее: не хотела видеть вообще.
— Чонгук, зачем ты его сюда привел? — дрожащим голосом спрашиваю я, прижимаясь к нему сильнее, ища защиты.
Чонгук окутывает меня своими руками, и я успокаиваюсь:
— Он больше никогда не причинит тебе вреда, Сэ И. Я с тобой здесь и сейчас. Никто больше не обидит тебя, — гладит мою щеку, смотря прямо в глаза.
— Каким-то ты слишком романтичным стал в последнее время, — смеется Юнги.
— И не говори, — недовольно подмечает Чимин.
— Слушай, Сэ И, прости меня. Я не знаю, что произошло со мной на тот момент, не знаю, чем я думал. Я дурак, и мне нет прощения. Но ты все же постарайся меня простить. Обещаю больше никогда не появляться в твоей жизни, — как-то слишком нервно говорит Тэ Сок, пытаясь не смотреть мне в глаза. — Хочешь, я встану на колени?