Не трогай меня
Шрифт:
— Ты жалок, Тэ Сок, — говорю я, наблюдая за тем, как Чонгук медленно расплывается в улыбке. — Твоему поступку нет прощения. А ты… ты останавливался, когда я молила тебя, когда плакала и кричала?! Нет! Тебе было плевать! — срываюсь на крик, не отходя от Чонгука. — Я не прощу тебя никогда! — отрезала я, отвернувшись. Я долго думала о том дне, думала о том, что было — что пришлось перенести мне. — Но я не хочу отвечать на насилие насилием. Пусть тебя совесть мучает до конца жизни, если, конечно, она у тебя есть. — Все! Чонгук, уведи его, пожалуйста, с глаз моих.
— Сэ
Сэ И облегченно выдыхает — на душе стало легче. Чонгук видит состояние своей девушки и, попрощавшись со всеми, выходит вместе с ней из комнаты. Решено ехать домой, ведь на сегодня Сэ И много пережила. Она давно не видела своих родителей, поэтому, разумеется, соскучилась по ним.
Девушка застает родителей дома, что бывает очень редко. Мать и отец встречают дочь с распростертыми объятиями, заваливая ее вопросами:
— Как тебе у них жилось? Привыкла уже? — спрашивает отец.
— Тебя хорошо кормили? Не обижал никто? — словно почувствовав что-то неладное, спрашивает мать у дочери.
— Мама и папа, со мной все хорошо. Что со мной могло случиться? — смеется Сэ И, обнимая родителей. — Я так по вам соскучилась.
Семейный ужин: забота, уют, долгие разговоры. Что может быть лучше?
Выполнив домашнее задание на последующий день, Сэ И уже собралась спокойно лечь в кроватку и заснуть, как ее прерывает звук пришедшего сообщения.
Чонгук: Ты еще не спишь? Я тебя не разбудил?
Сэ И: Нет. Я только собиралась лечь.
Чонгук: Очень скоро мы с ребятами вновь отправляемся в деловую командировку. Может, проведем день или два всей компанией на природе? Лес, песни у костра, спальные палатки… Что думаешь?
Сэ И: Замечательная идея! Я только «за»!
Чонгук: Отлично. Обсудим все завтра. Спокойной ночи.
Сэ И: Спокойной ночи.
На следующий день Чонгук, как и обещал, озвучил идею ребятам. Все, кроме Чимина, с удовольствием поддержали идею. По-моему, объяснять причину, по которой Чимин отказался от отдыха на природе, глупо.
Чимин сидел в своем кабинете, загружая себя работой, думая, что это ему поможет, но все тщетно — все мысли его занимала Ха Рин.
— Она уже, наверное, с ними в лесу… С ней же ничего не случится? — Чимин, отложив надоевшие бумаги, говорил сам с собой. — Надо было поговорить с ней! Трус! Возможно, я боюсь увидеть некий укор в ее глазах, возможно, наоборот, я боюсь, что, заглянув в эти красивые глаза, уже не смогу сдержать себя, — стуча пальцами по рабочему столу, Чимин смотрел в одну точку.
Через минуту очень дорогая, редкая ваза с треском разбилась о стену, а за ней и большой монитор нового компьютера.
— Ну что делать-то, а?! — злится парень, ударяя рукой по столу. — Что ты со мной делаешь?! Как мне напряжение снимать?! Почему я везде вижу тебя?! Что мне делать теперь?! Как вести себя рядом с тобой после всего, что было между нами?!
Яркое солнце светит в глаза, в результате чего
«Снова она… Ха Рин не оставляет меня в покое даже во снах… Кажется, скоро я сойду с ума», — думает парень, направляясь в душ.
— Господин?! — удивляется девушка. — Вы вернулись?
— Болтать будешь или деньги отрабатывать? — невозмутимо спрашивает парень, снимая с себя одежду.
«Просто представь… Тебе нужно всего лишь представить».
Девушка бесцеремонно расставляет ноги, закусывая губу. Чимин смотрит на нее и лишь через несколько секунд начинает действия.
— Я ждала вас, Господин, — шепчет девушка. — Вы не забудете меня, Господин, — вторит девушка, толкая парня на постель и расстегивая черные брюки от известного дизайнера.
Девушке раздеваться не надо, ведь она всегда готова к работе. С парня же летит последняя вещь. Чимин предстает пред блондинкой во всей красе: вены на руках, рельефный пресс, хищный взгляд, мускулистые руки и больших размеров мужское достоинство. Осмотрев парня, девушка нервно сглатывает, тяжело дыша.
Чимин берет ситуацию в свои руки и нависает над блондинкой, а та послушно раздвигает ноги. Оставляя багровые засосы на шее девушки, Чимин жадно спускается вниз, к ключице и груди. Блондинка не может сдерживать своих чувств и эмоций и тихо постанывает, раззадоривая Чимина еще больше. Парень исследует тело девушки своими руками. Кажется, не осталось еще ни одного места, где не побывали бы его руки. Девушка запускает руки в его волосы и притягивает к себе, вовлекая в страстный и пошлый поцелуй.
Обычно Чимин не позволяет девушкам на одну ночь касаться его руками, но сегодня можно сделать исключение, сегодня все по-другому…
Громкие звуки совокупляющихся тел раздаются по всей комнате: громкие женские стоны, почти крики, шлепки тел друг о друга, тяжелое дыхание.
Чимин переворачивает девушку на живот, заставляя ту встать на четвереньки, и резким толчком вновь грубо входит в девушку, закрывая глаза. Блондинка давится своим стоном, выгибаясь, словно кошка. Темп Чимина быстрый, даже слишком быстрый. Кажется, он даже и не думает останавливаться, не думает сбавлять скорость и глубину проникновения.
— Ах! Господи… — стонет блондинка, сжимая простынь руками. — А-а-а-а-а-а! А! А! Да! А-а-а-а-а-а-а-а-а-а!
Девушка захлебывается в собственных стонах, из глаз льются слезы. Но ей не больно. Девушке до жути приятно, ей хорошо. Хорошо так, как очень давно не было.
— Господин! — кричит девушка, не удерживаясь на ногах и падая на кровать. — Ах! Оу! А-а-а… А! А-а-а-а-а! Черт, да!
Чимину не нравится это, поэтому он вновь поднимает ее, ставя на четвереньки.
— Господин! Ах, господи, мне так хорошо, — плачет девушка, срываясь на пошлые крики. — А-а-а-а-а!