Не святой
Шрифт:
Нас встречает начальник участка.
— Мистер Сэйнт, — говорит он с шоком на лице, прежде чем его красные глаза переходят на меня. — Мисс Дойл.
— Миссис Сэйнт, — Габриэль поправляет.
— Вы взяли жену?
Его рука скользит по моей талии. Ему не нужно ничего говорить, чтобы лицо начальника побледнело.
— Сэр, мы говорили о том, что это будет означать для нее…
— Хватит. Миссис Сэйнт все понимает, — я ничего не понимала, но это было нормально. — Вы вызвали сюда мою жену, зачем?
— А, — сглотнул
Мы идем за старым грузным мужчиной по длинным старым коридорам участка к комнате в задней части здания. Он предлагает нам войти первыми, приглашая присесть на старые диваны перед потертым журнальным столиком.
— Мисс Дойл… точнее миссис Сэйнт, — сглатывает он. — Боюсь, у меня плохие новости, — я ничего не говорю. — Сегодня утром полицейские получили сигнал о том, что на окраине города обнаружен труп. Было найдено тело.
— Мой отчим, — констатирую я.
— Да, — он вздыхает. — Я понимаю, что это может вас огорчить.
Я открываю рот, чтобы заговорить, но Габриэль кладет ладонь на мою руку, едва заметно покачивая головой, прежде чем сам заговорит.
— Как долго вы работаете здесь?
— Много лет, мистер Сэйнт.
— Итак, вы понимаете, что мы не терпим жестокого обращения с детьми, сексуального насилия, издевательств в семье и тому подобного?
— Да, сэр, — кивает шеф. — В нашем городе такого не терпят.
— Тогда, что насчет моей жены? — брови начальника хмурятся, когда Габриэль откидывается в своем кресле, одной рукой держась за мою, а другой задумчиво потирая подбородок. — Девять лет назад вы получили тревожный звонок от девушки. Она утверждала, что подвергается насилию. Вы выслали офицеров, которые четко зафиксировали признаки и доказательства, но дело было закрыто. Спустя несколько месяцев поступил еще один звонок от кричащей девочки, но звонок был отключен и больше не возобновлялся. Через год позвонила женщина и попыталась объяснить, что она подвергается насилию, но ее звонок был прерван. Так было и далее.
— Господин Сэйнт, вы должны понять…
— Что понять? — он рычит со всей присущей ему ядовитостью. — Понять, что вы позволили женщине страдать от рук отчима, позволили ей пройти через годы насилия, когда знали, какой ужас она переживает?
— Он сказал полиции, что знает Сэйнтов! — мы оба замерли. — Я никогда не расследовал за это дело, — вздыхает шеф. — Иначе я бы знал. Это был обычный звонок, ничего сверхъестественного не бросалось в глаза.
— Я слушал эти звонки, — заявляет Габриэль. — Это не был обычный звонок.
Я поворачиваю к нему голову так быстро, что, клянусь, слышу хруст шеи.
Как!?
Начальник вздыхает.
— Что вы хотите от меня
— Моя жена страдала долгие годы! — он бьет кулаком по столу. — Я ожидаю, что вы будете выполнять свою работу!
— Он утверждал, что работает на вас! — отвечает мужчина. — Я никогда не занимался разбирательством!
Габриэль напрягся рядом со мной.
— Что?
— Мисс Дойл… Миссис Сэйнт, — поправляет он. — Ее опекун заявлял о связях с Сэйнтами. Мол все, что он делал, было одобрено вами.
— И вы не подумали проверить?! — крикнул Габриэль.
Я почувствовала его ярость, как он хочет взять всю ответственность за произошедшее на себя.
Поэтому резко встаю.
— Я знаю, что мой отчим, мой опекун мертв. Нет, я не сожалею об этом. Я опознаю его тело, а потом хочу уйти.
— Мы подвели вас, миссис Сэйнт, — я почувствовала тяжесть сожаления в его словах, в том, как он смотрит на меня. — У меня есть дочь, — признался он, глядя на свои руки, сплетенные на столе. — Меня ужасает мысль о том, что она когда-нибудь может пережить это.
— Мои мольбы были проигнорированы, начальник, — говорю я. — Меня бросили. Я надеюсь, что ни одному человеку не придется пережить это, несмотря на преступления его родителей.
— Мне жаль.
— Я здесь для того, чтобы опознать тело моего отчима, — вздыхаю я, чувствуя внезапную усталость. — Не для того, чтобы принимать извинения за совершенные преступления. Позвольте мне подтвердить, что этот ублюдок мертв, и уйти.
— Мне жаль, миссис Сэйнт, что мы вас подвели.
— Еще бы, — хмыкает Габриэль, когда нас вводят в холодную комнату. Передо мной лежит тело.
— Миссис Сэйнт, здесь нет давления. Его тело… ну, оно не будет похоже на то, что вы помните, — говорит начальник профессиональным голосом. — Не торопитесь.
Я и не тороплюсь.
Я подхожу к фигуре, скрытой под белой простыней, и поднимаю ее. Передо мной лицо моего отчима.
Бледное.
Лишенное жизни.
Глаза широко открыты.
Я ничего не почувствовала. Я лишь была рада, что он мертв.
— Все ли цело? — спрашиваю я, зная своего мужа.
— Нет, половой орган отрезан.
Я улыбаюсь, зная, что он страдал, и, взглянув на Габриэля, обнаруживаю, что он тоже улыбается.
Глава 38
Амелия
На обратном пути мы не говорили об отчиме, пока Габриэль не загнал машину в гараж.
— Спасибо, — тихо говорю я.
— Я дам тебе обещание, leonessa, которое ты должна запомнить, — я смотрю на него и вижу, что он уже смотрит на меня. Он протягивает руку и заправляет прядь волос мне за ухо. Те же руки, что изуродовали моего отчима, касаются меня так нежно, ласково.