Не ставший героем
Шрифт:
– Такси отрабатывали?
– Кость, какое такси? Нам семья позвонила, сказать во сколько часов? В 11. Утра. Сегодня. Он, считай, уже больше суток где-то гуляет. Какое такси? Осмотрели дом, повезли мать в участок, пообщались, она подала заявление, мы только дозвонились до отца. Пока с ним общались, одно, другое. Сюда только приехали. Осмотрелись, вызвали вас. Мы пока тут стоим, я думаю, он скоро сам выйдет.
– Понятно. И правда долго стоим. – Откланялся Константин и вернулся к машине.
Утро не выглядело особенно добрым. Суматоха на дороге и тревога, висевшая в воздухе. Ему требовалось собрать картину воедино, но всё,
Спортивный комплекс стоял к дороге по участкам спиной – сюда не выходило ни одно окно от него. Соседские дома спускались рядком, в котором выше всех лидировал дом семьи Коли. Не представлялось возможным вытянуть информационную ниточку с этого места, какой-то след.
– Мария! – подозвал к себе пышную девушку координатор. – Надо выдвигаться. Сколько у меня людей?
Милая, но от того не менее организованная женщина вновь смахнула тёмные волосы за спину и в два шага оказалась перед Константином.
– Нас 45 человек, это примерно 15-18 групп, готовы выдвигаться. – Рвался в бой её нежный голос.
– Спасибо. Поиск поделим на две части сразу. – Теперь он обращался ко всем волонтёрам, прибывавшим всё ближе к его авто. – Мне нужны 10 групп в город и остальные в лес. Кому одежда позволяет, составьте, пожалуйста, мне тройки и регистрируйтесь. Гусь, напиши в чат – нужен лес. – Отвлёкся он на девушку с просьбой. – Город, отмечайтесь сразу, какой берёте район. Сегодня второй день пропажи. Ориентируемся, что парень банально ищет еду. Он хочет есть, он хочет пить. Он хочет сходить в туалет, он устал, не выспался. Он хочет домой. Важно – ориентировки не клеем: подходим, показываем, ведём опрос. Раздаём в магазинах, в автобусах тоже оставьте парочку, на заправках, в кафе. Всё, идём. Лес! – обратился он к другой группе – Кто у меня лес? – откликнулись четыре готовые команды по трое. – Отлично. Подойдите сюда.
Константин подозвал оставшихся к раскладному столу перед машиной. Отсюда шла выдача листовок на поиск, здесь записывались добровольцы в группы по номерам. Первая тройка – Шестакова Ирина, Федотов Михаил, Камышев Иван – пригородный мост. Вторая тройка, третья. Город разбит на зоны поиска подростка, который предположительно ищет укрытие и еду. Вторая часть добровольцев заняла правую половину стола над картой города. Та была рассечена чёрными прямыми на равные квадраты.
– Вы, первая тройка, берите первый, второй, третий квадраты. Справитесь?
– То есть мы три квадрата берём? – указал как бы на ошибку мужчина, вырвавшийся в первый ряд в бурном желании помочь.
– Да.
– Хорошо. Справимся.
– Время есть? – Константин не сомневался в нём, и спросил в форме смягчения.
– Да-да, мы будем искать.
– Хорошо. Вы – вторая тройка, вы берёте четвёртый, вот этот, – небольшой закуток деревьев на карте, врезающийся рельефом в поля, – Пятый и шестой. Или… Или сможете взять шестой?
– Да, берём.
– Хорошо. Третья тройка. – Он визуально прикинул идею на смирно стоящих людях и отошёл на шаг, чтобы открыть багажник машины.
Оттуда он достал ещё одну карту. Более масштабированная версия выделенной части города. Её он расстелил поверх прежней.
– Вы будете смотреть здесь. Смотрим очень внимательно, на отклик работать не будем. Мне нужны ваши глаза
– А почему мы здесь ищем? – притормозил координатора парень с несколько сконфуженном видом. Сперва он окинул рукой лес за их спинами, – Это же Овражный лес, – и далее ткнул ладонью в раскрытую карту, – А карта Ленинского.
– Да, я знаю. Мне нужно, чтобы вы там поискали. Сейчас на тебя мать пропавшего смотрит, я тебе потом скажу, почему ты туда поехал искать, хорошо?
– А… – протянул волонтёр ещё более растеряно, но решил довериться старшему, – Понял. Хорошо.
– Спасибо. Ещё раз. Это очень важно. Чья-то куртка, выброшенная салфетка валяется, кто-то, может, увидит чужую сим-карту… – перечислял Константин, призывая к внимательности, и одна из девушек усмехнулась, – Ничего смешного, у нас пропал ребёнок. Мы с вами сейчас будем искать следы. Если вы увидите какой-то ботинок, даже явно не детский, увидите сломанную сосновую ветку, которая не должна здесь лежать в берёзовом лесу, я хочу, чтобы вы мне об этом сказали. Понимаете?
Отряд стоял в лёгком непонимании, говорит ли координатор всерьёз. Своими следующими словами, он развеял сомнения.
– Или увидите вскопанную землю. Я хочу, чтобы вы мне сказали об этом.
– А почему мы увидим вскопанную землю? – подала голос девушка, которая минуту назад улыбалась.
Координатор на какое-то время замолчал, но ему пришлось быстро сообразить, как ответить команде.
– Потому что есть информация, что такое может произойти. Это будет очень хорошо, если вы её не найдёте. Но можете и найти. Ваша группа, – указал он на девушку, а затем на карту, – Чешет первый, второй квадраты. Я с вами на связи. Ваша группа, пятая тройка. – На секунду он возвращается к девушке и напоминает ей: – Вы четвёртая тройка. – И снова переключается на последнюю группу. – Вы возьмите пока третий и четвёртый квадрат. Людей нет, я надеюсь, что мы или ничего не найдём, или найдём в первых же четырёх. Всё, работаем?
Сам Константин отвернулся от лиц отряда на карту, где был размечен Ленинский лес. Согласно карте, он располагался сразу за коротким рядом домов, которые были подписаны указателем – ул. Пирогова.
Комната. Жёлтый диванчик, гитара, шкаф для одежды, письменный стол, не-окно, за которым темно. Коля растеряно садится на кровати и замечает на своей ноге цепь, приковавшую его к стене в постели.
– А? – глупо протягивает парень. – Что за дерьмо? – он встаёт на ноги и крутится на месте, но тут же спотыкается и только неубедительно пытается смахнуть цепь.
– Эй! – злобно берётся он руками за кандалы, хочет снять их, но ничего не выходит. – Эй, вы обалдели!? Идите к чёрту! Вы нормальные!?
Претензии разлетаются в стороны и глухо падают, разбиваясь о бетонные стены.
– Эй! Паша! Это ты!? – оглядывается парень снова, и движения его становятся ещё более резкими – нарастает волнение.
Он пытается покинуть пределы, лимитированные цепью, хватает её и дёргает из стены, но ничего не происходит. Его движение сильное. Должно быть, на ладони останется болезненный след. Где ещё останется подобный? Парень снова огладывается себе за спину, вертится на одном месте и оборачивается снова. Разумного в его действиях мало, но он выбирает не сидеть на уготовленном месте. Выкрикивает ругательства, делает свой голос громче.