(не) Обручённые
Шрифт:
Третье – в Восточном крыле либо резко в результате загадочной эпидемии вымерли все женщины, поэтому послать было больше некого с посольством, либо меня в очередной раз пытаются сосватать.
Нет, я мужественно терпела!
Целых полчаса.
Но когда очередной юный, прекрасный и ослепительно самоуверенный лорд Оствинга проигнорировал мои отказы идти с ним танцевать и попытался взять меня за руку, вспылила.
Просто-напросто переместилась прямиком в личные покои брата, как он и просил. По
– Прекрати своё идиотское сводничество!! – я даже ногой притопнула от злости.
– О! – брат оторвался от надраивания очередной острой железяки. – Лиловый тебе и правда к лицу.
Я зарычала от бессилия. Вот же дубина непрошибаемая!
– Раз ты так, то я возвращаюсь в Саутвинг прямо сейчас.
– Что, неужели все были настолько плохи? – обречённо вздыхает Дункан, откладывая меч и замшевую тряпочку, пропитанную какой-то вонючей гадостью, от которой мне даже здесь хочется чихать.
– Отвратительны! – с чувством отвечаю я и кривлюсь при одном воспоминании о белобрысом лорде и его холодных, как лягушки, руках.
– Н-ну хорошо. – Брат внимательно смотрит на меня и задумчиво потирает подбородок. И как раз, когда у меня уже появляется иллюзия, что он небезнадёжен и в этот раз хотя бы понял, что я настроена серьёзно, вдруг добавляет. – Тогда почему бы не Алан Фостергловер?
Вот же… мастер коварных ударов под броню противника. В такие моменты я отчётливо понимаю, почему брату нет равных на поле битвы.
– Донесли уже? – вспыхнула я и отвернулась.
– Я просто за тобой приглядываю. Слегка. Ты же не думала, что мне всё равно? Ты – моя любимая сестра. Ты – моя семья. Я за тебя беспокоюсь.
Судя по тому, что это единственное, на предмет чего Дункан меня допрашивает, речь всё же не о слежке. Он действительно «просто приглядывал» и не знает всего, что со мной происходит. Иначе разговор был бы уже совсем другим. И всё-таки я пытаюсь посмотреть на ситуацию его глазами и понимаю, что наверное тоже бы беспокоилась, отправляя единственную младшую сестру в незнакомый город. Тем более, такую упрямую. Я прекрасно знаю, что я у себя не подарок.
Мне вдруг становится стыдно.
Вздыхаю.
Подхожу к брату и обнимаю, неловко к нему наклонившись. Он в ответ укладывает здоровенную лапищу мне на голову и ворчит что-то, как медведь в берлоге. Нам становится уютно и тепло, как в детстве. Остро вспоминается, как драгоценные мгновения разговоров и шуток с братом было единственное, что хоть как-то скрашивало моё существование в детстве.
Смущенно целую его в кончик уха.
– Прощаю, так и быть. Только больше чтоб никаких женихов!
– Больше никаких женихов, - соглашается Дункан. – В этом году.
Пихаю его локтем под дых, он изображает, что больно,
Пока ухожу, в спину несётся, пополам с усмешкой:
– Насчёт Фостергловера хотя бы подумай! Если что, я вам своё благословение дам!
Неожиданно это выбивает из колеи.
Настолько, что едва закрыв за собою толстую дубовую дверь, прислоняюсь спиной к стылым камням, которые немедленно впиваются могильным холодом в тело под тонким платьем.
Ну да, конечно он не против! Алан же племянник его лучшего друга, лорда Закатного края, Финбара Фостергловера… Самая лучшая кандидатура в женихи для меня по всем статьям, если так подумать.
Почему так тошно на душе от этой мысли?
Бью затылком об камни и сама же морщусь от боли.
Ты же знаешь, почему, дурочка Мэг!
Потому что сердце всё ещё плачет и тоскует по тому, кандидатуру которого твой брат не одобрил бы никогда и ни за что.
Разворачиваюсь порывисто и упираюсь горячим лбом в камень. Обеими ладонями – на грубую поверхность едва обтёсанных крупных валунов. Словно так могу почувствовать… словно камень может мне сейчас рассказать… Это обман слуха, конечно же, но мне и правда чудится тихий шёпот от обломков древних скал, из которых сложен холд Нордвинг. Сковывающий по рукам и ногам, тянущий вниз, вниз, вниз колдовской призыв.
Скоро ночь. Наше время.
Её приближение по-прежнему ощущаю всем телом. По огню на коже, по вздыбленным волоскам на затылке, по тому, как острее чувства и запахи, как быстрее бьётся сердце предвкушением – глупое, глупое сердце, никак не желающее забывать эту привычку.
Пальцы сжимаются в кулаки.
Две недели, как я не видела Бастиана. Две недели, как умираю заживо от желания увидеть.
А сейчас… он впервые настолько близко от меня. И я не знаю, где взять сил, чтобы своей жажде противостоять.
9.19
==дорогие читатели! Глава от Мэг (девятая) получается гигантской) так что в ближайшее время я планирую ее разделить на несколько глав, могут приходить лишние уведомления о продах из-за правок текста!==
***
***
***
Я не знаю, что сделала бы в следующий момент – быть может, поддалась бы, наконец, самоубийственному зову.
Но скрипнула дверь, и я испугалась, что в коридор выйдет Дункан, а я не знаю, как буду объяснять, почему стою тут до сих пор.