(не) Обручённые
Шрифт:
– Что – почему? – колдунья сверкнула зеленью глаз.
– Почему не сказали всё сразу? Что за тайную игру вы ведёте?
Милисента улыбнулась и накинула капюшон серебряного плаща на голову.
– Какая ты, всё-таки, ещё маленькая! До настоящей колдуньи тебе расти и расти. Настоящая колдунья никогда не
Я молча смотрела ей в спину, когда она уходила с площади.
Эпилог
Лишь спустя время я поняла, в чём была цель Милисенты.
Когда в благодарность за спасение сестры и зятя, король ответил согласием на прошение колдуньи снова возродить Орден.
А Бастиан отгрохал им новую Школу на месте Совиного дома – огромное здание в самом центре города, напротив дворца. В нём теперь учится множество волшебниц со всего королевства и живёт множество сов.
Новый повелитель Полуденного крыла полностью пришёл в себя и все силы посвятил налаживанию жизни в Саутвинге. Ну и воспитанию наследника, разумеется.
Очень скоро в городе по вечерам стали снова зажигать фонари.
А в маленьком дворике внутри отстроенного дворца вновь зажурчал старый фонтан.
Я много времени уделяла помощи городской лечебнице для бедняков. А вдову того несчастного, Стефана, что напал когда-то на меня и умер в тюрьме, вместе с крохотной дочерью забрала к себе во дворец.
А ещё я всё-таки уломала Бастиана позировать. И мы нарисовали новый портрет. Повесили его в кабинете рядом со старым. На нём – мы все трое. Потому что Бастиан больше не один. Теперь у него есть семья.
В конце концов, жизнь в городе наладилась до такой степени,
***
– И ни капли не похож! – убеждённо заявляет Бастиан.
– А я говорю, тот что с лютней, вылитый ты! – возражаю ему.
Он морщит нос и продолжает спорить. Эту привычку Дамиан точно унаследовал от папы.
– Ма-а-м, ну может пойдём уже! – ноет сын и тянет меня за руку.
Мы оставляем цветы у памятника Старым королям, разворачиваемся и идём прочь.
Туда, где в гавани Саутвинга корабль уже заждался своего капитана.
***
– Сто лет не касался штурвала, - говорит Бастиан с сомнением.
– Всё получится! У тебя отличная команда на подстраховке. А если что, Дамиан нас всех отсюда быстренько перетаскает.
Наш сын унаследовал мою магию.
Но она у него многократно более сильная. Стоило ему подрасти, мы с удивлением обнаружили, что он умеет не только перемещаться в пространстве, но и забирать других людей с собой. Сейчас, в пять лет, у него получалось уже троих за один раз. Уверена, когда-нибудь ему и целый корабль будет по силам. А пока…
Ладонь Бастиана медленно проводит по штурвалу, как по коже любимой женщины.
И уверенно, крепко его сжимает.
Опускаюсь на колени на тёплые доски палубы, обнимаю сына обеими руками, и мы вместе смотрим с капитанского мостика на то, как солнечные лучи рисуют на воде сверкающий узор из танцующих бликов. Он у нас чёрненький, наш мальчик, весь в отца.
– Мам, а почему папа плачет?
Я бросаю быстрый взгляд наверх.
Глажу сына по голове.
– Он не плачет. Это просто ветер попал ему в глаза.
Ветер свободы.