(Не) мой профессор

Сакру Ана

— Спасибо, — пробормотала задушено.

И дверь за мной тут же захлопнулась.

Я замерла в коридоре, моргая как слепой котенок. Будто попала в другой мир, только что пережив потрясение в прежнем. В голове каша. Что делать? Куда мне надо идти? Домой...Наверно домой, да...

Развернулась в сторону выхода и медленно побрела туда. Ноги не слушались, как-то странно расставляясь. Вокруг не видела ничего. Поэтому, когда Жаров, сидевший на подоконнике через три окна от аудитории, меня окликнул, я даже не сразу сообразила, с какой стороны донеслось мое

имя. С трудом нашла расфокусированным взглядом Андрея. Молча уставилась на него.

— Что, закончили? — он оскалился, прожигая меня черными глазами. Вот только сейчас это совершенно не трогало.

— Да, тебе чего? — устало спросила.

— Ничего. Кое-что еще в аудитории забыл, но решил вам не мешать. Вот...ждал...Хочешь, домой подвезу?

Его последний вопрос потонул в оглушительной трели звонка на перерыв. Вокруг все мгновенно ожило и зашумело. Хлопающие двери, вываливающиеся наружу студенты, в миг наводнившие коридор, толкучка, гомон.

Я отрицательно покачала головой и побрела дальше по коридору. Жаров больше меня не окликал. Наверно в аудиторию за своей вещью пошел.

20. Люда

– Лер, давай температуру измерим...
– я со вздохом присела край кровати, с тревогой глядя на дочь, завернувшуюся в одеяло по самые уши.
– Или, может, врача вызовем...

Лера психованно дёрнулась, демонстративно отворачиваясь к стене и продолжая пялиться в экран мобильника.

– Мам, я же сказала...
– она стиснула зубы, упорно не желая смотреть в мою сторону.
– Всё нормально! Я не заболела! Всё хорошо!

– Лер, ты сегодня даже в туалет не вставала...
– я шмыгнула носом, рисуя в голове страшные картины того, чем меня в молодости стращала мать - воспаление придатков из-за коротких юбок, цистит, возрастное недержание... Нет, ничего из этого не сбылось к счастью, но вбитый гвоздями страх, абсолютно не действующий на меня в юные годы, почему-то резко активизировался на дочери.

– И что?
– Лера наконец вскинула на меня раздражённый взгляд, но тут же снова посмотрела в сторону.
– Я поздно легла, перед сном ничего не пила... Да и сейчас ещё даже не обед! Не хочу я в туалет, понимаешь ты?

На глаза навернулись слёзы - она даже не задумывается о собственном здоровье! Ну как ей объяснить...

– Лер...

– Мам, просто оставь меня в покое, - на этот раз дочь вперила в меня полный тихой ненависти взор, не моргая и словно гипнотизируя своими огромными глазами.
– У меня выходной! Я хочу отдохнуть!

Поджала губы, как-то остро воспринимая собственную беспомощность в отношении своего единственного ребёнка. Бедная, как же ей хочется быть независимой...

Проговорила тихо, спокойно выдержав её взгляд:

– Пообещай мне, Лер, только одно - если что-то случится, ты обязательно расскажешь мне...

– Да хорошо, хорошо!
– она тут же опять взъерепенилась, отвернулась, накинула на голову одеяло.
– Уходи, мам...

Глубоко вздохнула, с жалостью глядя на её худую фигурку - неспокойно как-то

на сердце. Но и ругаться с ней вообще не вариант - потом и вовсе перестанет со мной разговаривать...

Поднялась с постели. Подоткнула край покрывала, невесомо погладила Лерин бок поверх одеяла... Вышла из комнаты.

***

...Звонок в дверь раздался совершенно неожиданно и абсолютно невовремя - я только припылила столешницу мукой и принялась раскатывать пышное тесто на вторую пиццу. Первая уже подрумянилась в духовке и пахла умопомрачительно, настолько, что даже Лерка наконец выползла из своей комнаты и уже пару раз приходила проверить, готов ли обед...

Отложила скалку. Быстро вытерла испачканные мукой руки об полотенце, стряхнула с фартука белое облачко. Торопливо направилась в прихожую, схватилась за ключ, на всякий случай сходу заглянула в глазок...

Замерла. Забыла как дышать, парализованная внезапным страхом, ощущая, как кровь сворачивается в венах...

Сделала медленный осторожный шаг назад. Ещё один... И ещё...

Нетерпеливая трель раздалась снова, двойное короткое нажатие...

Бросилась в комнату, едва не сбив в проёме зевающую Лерку...

– Мам?!
– дочь вытаращилась на меня как на привидение.
– Ты чего?

– Л-лер...
– я выдавила полубезумную улыбку, глядя в нахмуренное лицо Леры.
– Там... Там...

– Что?
– дочь сложила руки на груди, хлопая на меня глазами.

– Там сосед... Дядя Гриша...

– А...
– Лерка махнула рукой, сразу потеряв к незваному гостю всякий интерес.
– Так открой, мам. Он уже заходил на днях, кстати, тебя не было.

Он... заходил?!

– Лер!
– я метнулась вслед за дочерью на кухню.
– Погоди! Открой ты, пожалуйста... Скажи ему, что меня опять нету...

Звонок сработал снова, дважды по два коротких сигнала...

Она смерила меня недоумённым взглядом.

– Денег за ремонт машины опять торчишь что ли?

– А?! А, да... Типа того...
– я с надеждой закусила губу, сцепляя дрожащие руки в кулаки.

Дочь скептически пожала плечами, сменив траекторию движения и равнодушно направляясь в коридор. Нарочно громко щёлкнула замком под очередной звонок...

Затаилась за углом, вжавшись в стену. Задержала дыхание...

– Здрасьте... А мамы нету... А, ладно... Хорошо, да... До свидания...

Дверь с грохотом захлопнулась...

– На, - дочь насмешливо протянула мне большую шоколадку.
– Просили тебе передать.

Хлопнула глазами, как дура глядя на Милку с орешками в её руке.

– К-кто просил?

– Пффф, - Лерка закатила глаза, впихивая мне шоколад прямо в руки.
– Дядь Гриша, понятное дело. Пьяный опять в хлам...
– она обошла меня, направляясь в кухню.
– Ну что там, ма? Пицца готова?

Ошалело уставилась на фиолетовую обёртку в своих руках. Молочный шоколад с фундуком, вес двести пятьдесят грамм... Это реально мне что ли?! От... соседа?! Бред какой-то...

– Мам!

Ах да, пицца!