(Не) люби меня
Шрифт:
— Надеюсь, ты одумалась и проявишь благоразумие, — сказала настоятельница перед тем, как отправить меня в комнату, где ждал гость.
— Несомненно, — заверила я ее. — Порка прекрасно располагает к благоразумию.
Двери комнаты открылись, я переступила порог, и двери закрылись. Я находилась в небольшой комнате, обставленной довольно бедно, но простолюдинке, вроде Пешиенс, это и в самом деле могло показаться несказанной роскошью. В стенной нише тускло горел светильник, а на постели сидел мужчина
Я подождала, пока в коридоре затихнут шаги моих тюремщиц, а потом сказала негромко, но веско:
— Если вы человек чести, то не притронетесь к женщине, которая оказалась в этом ужасном месте не по своей воле. Помогите мне, и небеса щедро отблагодарят вас за благородный поступок.
Мужчина поднялся мне навстречу и снял шапку.
— Жозеф?! — ахнула я, отступая и прижимаясь к двери спиной. — Как ты здесь оказался?
— Узнал, что ты здесь — и приехал, — сказал он. — Печально, что ты оказалась здесь, Ди.
— И опять не по своей воле, — усмехнулась я, хотя мне стало по-настоящему страшно. — Имей в виду, если посмеешь дотронуться до меня, я выцарапаю тебе глаза. А когда король узнает о твоем поведении…
— Его величество под арестом, — перебил он меня. — И вряд ли окажется на свободе.
Сердце мое забилось, но я постаралась сохранять хладнокровие.
— Он здоров? — спросила я холодно. — Ты видел его? Ты ведь его камердинер.
— Нет, не видел, — Жозеф подошел к нише и загасил светильник. — К нему никого не пускают, а в столице торопятся с коронацией наследного принца.
— Значит, мятеж — дело рук его высочества? — сказала я презрительно. — Не дождался, когда отец передаст ему власть по закону, решил идти потайными дорожками. А зачем ты гасишь свет? Я же сказала, что не позволю тебе…
— Когда выйдешь из монастыря, — сказал Жозеф. подойдя ко мне вплотную и понизив голос, — свернешь вправо. Там будет ручей, пойдешь вниз по течению. Тебя ждут и проводят до границы.
— Что?.. — я потеряла дар речи, а Жозеф уже снимал камзол и штаны, жестом предлагая мне переодеться.
— Ты приехал, чтобы помочь мне бежать? — я все еще не могла осознать этого.
— Я виноват перед тобой, — сказал он, подтаскивая мне сапоги. — Вот, пытаюсь загладить вину. К тому же, хочу заслужить благодарность небес, как ты сама сказала. Переоденься, а потом надо разыграть маленькое представление.
— Представление? — я никак не могла поверить ему. Вдруг он решил избавиться от меня каким-то хитрым способом? Я выйду из монастыря (если выйду), а там меня поджидают головорезы. Хотя… что стоило ему прирезать меня прямо здесь? Когда мы одни?..
— Переодевайся, — он почти силой стащил с меня рубашку и втиснул в камзол.
— А ты? — только и спросила я.
— А что они со мной
Я не стала играть в благородство и быстро натянула штаны. Сапоги оказались мне велики пальца на четыре, но если не бежать, то вполне сойдет.
— Кто будет ждать меня? — спросила я, застегивая пуговицы камзола до самого горла.
— Сэр Стефан и его люди, — Жозеф достал нож и проколол в ремне дырку, чтобы с меня не сваливались штаны, слишком широкие в поясе.
— Их послал король? — я не смогла справиться с волнением, и голос дрогнул.
Даже в полумраке, при свете луны, заглядывавшей в окно, я заметила, что Жозеф внимательно на меня посмотрел.
— Давай убежим вместе? — вдруг предложил он. — Бросим все Я выкуплю тебя отсюда, у меня кое-что есть в запасе. И убежим, Ди. Только ты и я.
Он осторожно положил руки мне на плечи, но я так же осторожно освободилась.
— Я хочу убежать, Жозеф. Но не с тобой. С тобой — никогда. Забудь про меня, а я про тебя уже забыла.
— Ты жестока, — сказал он, словно через силу. — Ты назвала меня своим мужем перед небесами, а потом предала. И меня, и свою честь.
— Сначала ты предал меня, — отрезала я, заплетая волосы в косу, чтобы спрятать их под шапку. — Так что не тебе читать нотации. Лучше скажи, что с королем? Почему мятежники не убили его сразу? Почему его рыцари разбежались?
— Ты беспокоишься о нем? — спросил Жозеф, помолчав.
— Да, — ответила я резко. — И не понимаю, почему его люди вместо того, чтобы спасать своего господина, притащились сюда вместе с тобой.
— Говоришь так, как будто его полюбила.
Слова Жозефа совершенно неожиданно поразили меня в самое сердце. Только что я готовилась к бегству, пылая огнем, и готовая промчаться без остановки до самой границы, и вот — пустота, и ледяной холод в груди. И страх. И этот страх вовсе не за собственную жизнь.
Я молчала долго, а потом произнесла, как зачитала приговор самой себе:
— Да, полюбила. И полюбила по-настоящему, не так, как тебя.
Жозеф горько усмехнулся и потер лицо ладонями:
— Конечно, он же король!
— Боюсь, я полюбила бы его, будь он даже дровосеком, — сказала я. — Тебе не понять. Ты так же далек от любви, как от небесных звезд. Мне жаль. что мы встретились. Хотя, нет. Не жаль. Если бы ты не привез меня сюда, я бы не узнала, что такое настоящая любовь.
Он опустил голову, стискивая зубы до скрипа, но возражать и доказывать ничего не стал.
Я попыталась спрятать волосы под шляпу, но моя шевелюра никак не желала помещаться под войлочный верх, коса была слишком толстой. Жозеф оторвал манжет, чтобы я могла подвязать волосы, но и это не помогло.