Не климат выбирали, а судьбу(с)...
Шрифт:
Я так истосковалась по тебе, а в этом доме при твоём папе заниматься сексом больше не буду, а то, у меня возникло чувство, что здесь вовсе нет стен.
– Веруш, он тебя дразнит, а ты повелась на это, не обращай на него внимания, он ведь болтает без всякой злости.
– Знаю, что без злости, но я после его слов хожу рядом с ним словно раздетая.
Вера предложила свои услуги Гиле, но та заверила, что сама успешно справится с салатами, а они лучше пусть прогуляются
Вера видела в Гиле не столько мать жениха, сколько душевную подругу, только значительно старше возрастом.
Разве у неё были такими отношения с родной матерью и сестрой?!
Вера с Галем воспользовались советом Гили и выкатили за ворота особняка.
Девушка сзади подталкивала коляску, и они неспешно двинулись по поселковой улице.
Редкие прохожие приветливо им улыбались, здоровались и, казалось бы, машинально справлялись об их делах и здоровье.
Гиля в личной беседе объяснила Вере, что им с Галем нужно, как можно больше бывать на людях, чтобы привыкнуть к сострадающим взглядам и не обращать на них внимания.
Галь прервал раздумья девушки:
– Веруш, я хочу в ближайшее время выйти на работу...
Вера не дала ему договорить:
– Ты, чего, с ума сошёл, про какую работу ты заикаешься - почти год был в беспамятстве, сидя на морфии, тяжелейшая операция и полтора года изнуряющей реабилитации, а тут и полгода не понежился и работу ему подавай!
Вера только внешне сердилась, а в душе у неё, на самом деле, поднималась гордость за любимого.
– Веруш, я вчера утром заказал себе компьютер, завтра должны привезти и установить.
Нынче договорился по телефону с одним человеком из нашего посёлка, он студент последнего курса, изучает программирование.
Так вот, этот парень берётся меня понатаскать за эти два месяца, что он будет на каникулах жить у родителей.
– А что дальше, разве это решает все вопросы?
– Нет, не решает.
Завтра отец поедет в гараж, где продаются новые машины и закажет мне специальную с подъёмником, чтобы я мог заезжать в неё на коляске без посторонней помощи.
Кстати, на днях должна прибыть для меня коляска с электроприводом.
Здесь во дворе и эта бы вполне сошла, куда тут ездить, но если я хочу самостоятельно добираться на работу и обратно, посещать магазины, рестораны и путешествовать за границу, то должен максимально приспособиться к различным условиям жизни.
Ты, так не считаешь?
Вера молчала.
Через несколько секунд Галь оглянулся - девушка вцепилась пальцами в спинку коляски так, что у неё побелели суставы на пальцах, по щекам не прерывным потоком текли слёзы.
– Веруш, ну, чего ты плачешь, что я такого страшного сказал?
Вера обогнула коляску, встала перед
– Я знаю, ты это всё делаешь ради меня.
Ради меня ты готов истязать своё тело и приносить всевозможные жертвы, а мне этого не надо, мне нужен ты живой и здоровый...
– Нет, моя хорошая, я это всё хочу осуществить не только ради тебя, а ради нас, ради нашей большой любви, ради нашего счастливого будущего.
За последнее время я много передумал о нашем с тобой совместном будущем и признаюсь, не один раз у меня возникали мысли разорвать нашу помолвку и отпустить тебя в свободное плавание.
Не перебивай меня, моя золотая.
Галь нежно погладил девушку по разметавшимся по плечам волосам.
– Как ты, не понимаешь, я ведь полностью отдаю себе отчёт в том, что мы с тобой сегодня находимся на разных полюсах восприятия жизни.
Разве я теперь тот парень, который вскружил тебе голову, от него осталось только жалкое подобие.
Веруш, не плачь и не мотай головой. Я должен выговориться, поверь, мне это необходимо не столько для тебя, а, сколько для себя самого.
Ещё до вчерашнего дня я воспитывал в себе эти мысли, но после разговора с мамой, решил раз и навсегда...
Вера подняла голову с колен парня и всмотрелась в его чёрные горящие страстным огнём глаза.
– Если ты по-прежнему не против связать свою жизнь со мной, я не буду тебя прогонять от себя и останусь с тобой до того момента, пока не почувствую, что становлюсь тебе в тягость или обузой, и сделаю всё от себя зависящее, чтобы ты была счастливой, а любимой ты будешь точно у меня всегда.
Галь вдруг прекратил нежное поглаживание пышных волос девушки, а шутливым движением руки их растрепал:
– Ну-ну, целуй же меня быстрей, а иначе я засохну под этим жгучим солнцем и давай поспешим обратно домой, а вдруг наши друзья уже приехали.
Пропитанными солёной влагой губами Вера прильнула к горячим устам парня.
Затем, тяжело дыша, отстранилась и поднялась на ноги:
– Галь, милый мой, я не буду ни в чём клясться, потому что свою любовь к тебе обязательно разделю с другими людьми и интересами в жизни.
И увидев, как посерьёзнело лицо парня, заливисто засмеялась.
– Дурачок, с нашими детьми, работой и поэзией.
Спою тебе негромко под ноктюрн,
чтоб не спугнуть хрустальность нежных строчек.
Едва касаясь перебором струн,
о счастье нашем песней напророчу...
Осенний дождь не сможет заглушить
божественную ауру созиданья...
по строчкам льётся музыка души -
таинственная, жившая за гранью.