Не горюй!
Шрифт:
Я сказала ей, что выглядит она очаровательно, что было чистой правдой. Она тоже сказала, что я выгляжу прелестно, но вот в этом я вовсе не была уверена.
Она ответила, что выглядит как старая кошелка, а я сказала, что выгляжу как собака. Еще я сказала, что она не выглядит как старая кошелка. Она тоже сказала, что я не выгляжу как собака.
Закончив обмен любезностями, я отправилась за выпивкой.
В пабе собралось миллион народу. Во всяком случае, такое создавалось впечатление. Было время, когда я жизнерадостно стояла с кружкой
Лаура хотела знать все про Кейт.
Когда я была моложе, я поклялась, что никогда никому не буду надоедать рассказами о своем ребенке. Ну, вы знаете — как она улыбнулась, какая она хорошенькая и смышленая и так далее, пока все вокруг не начинают умирать со скуки. Однако сейчас я именно так себя вела и ничего не могла с собой поделать. Все становится иным, когда речь идет о твоем ребенке.
Единственное, что я могу сказать в свое оправдание, — заведите себе ребенка, и все поймете сами.
Кто знает, может, Лауре и было дико скучно, но она умело делала вид, что ей интересно.
— Умираю, хочу на нее взглянуть, — сказала она.
— Тогда приходи в выходные, — предложила я. — Мы проведем день вместе, ты сможешь с ней поиграть.
Потом Лаура захотела узнать, трудно ли рожать, и мы некоторое время обсуждали неприятные подробности, пока Лаура не побледнела и едва не потеряла сознание.
Вот тут мы и вернулись к главному пункту в повестке дня. К тому, зачем, собственно, встретились. К главному герою. Звезде шоу.
К Джеймсу.
Общие детали Лауре уже были известны. Она получила эти сведения от моей матери, Джуди и разных друзей-приятелей. Так что объяснять ей. что случилось, не пришлось. Ее больше интересовало, как я сейчас себя чувствую и что собираюсь делать.
— Не знаю, Лаура, — призналась я. — Даже не знаю, вернусь ли я в Лондон или останусь здесь. Не знаю, что делать с квартирой. По сути, вообще ничего не знаю.
— Тебе обязательно надо поговорить с Джеймсом, — сказала она.
— Будто я не знаю, — вздохнула я — с некоторой горечью, надо признать.
Потом мы поговорили о моих обязанностях и попытались представить, каким будет мое будущее. Меня этот разговор расстроил, и я сменила тему, спросив Лауру, с кем она сейчас спит.
Позвольте вам доложить, говорить на эту тему значительно интереснее.
На данный момент счастливым получателем Лауриных сексуальных услуг оказался девятнадцатилетний студент художественного факультета.
— Девятнадцать?! — воскликнула я так громко, что стаканы задрожали в руках нескольких удивленных посетителей соседнего паба. — Девятнадцать?! Ты это серьезно?
— Да! — засмеялась она. — На самом деле это ужасно. У него нет ни пенни, так что мы не можем позволить себе ничего,
— Но разве ты не можешь заплатить за двоих, если вы куда-то идете? — удивилась я.
— Наверное, могла бы, — сказала она. — Но он выглядит таким непрезентабельным, что мне стыдно с ним где-нибудь показаться. Похоже, у него всего один свитер. И нет носков. И чем меньше будет сказано насчет его трусов, тем лучше.
— Фу, — заметила я, — не очень привлекательно звучит.
— Да нет, все не так плохо, — возразила она. — Он по уши в меня влюблен. Считает, что я потрясающая.
— Значит, вы только занимаетесь сексом? — с интересом спросила я. — И совсем ни о чем не разговариваете?
— Вообще-то нет, — призналась она. — Если честно, то между нами нет ничего общего. Он из другого поколения. Он приходит, мы заваливаемся в койку и немного смеемся. Он говорит, что я самая красивая женщина из всех, кого он встречал, — весьма вероятно, что я единственная женщина, которую он встретил, — и утром он уходит, прихватив с собой, как правило, пару моих спортивных носков. Еще он просит денег на автобус. Блеск!
«Надо же!» — подумала я, глядя на Лауру с восхищением.
— Ты настоящая женщина девяностых годов, — сказала я. — Такая крутая…
— Да нет, — возразила она. — Это все показное. Убежище в шторм, не более того.
— Но ведь он твой бойфренд? — спросила я. — В смысле ты пройдешь с ним по Графтон-стрит, держась за руки?
— Господи, конечно, нет! — ужаснулась она. — Вдруг я встречу кого-нибудь знакомого? Нет, этот маленький ангелочек — просто временная палочка-выручалочка. Греет мне постельку, пока появится мистер Тот Самый. Вот только понять не могу, почему он так медлит.
Хотя я была очень рада видеть Лауру, я все время чувствовала, что это мой первый выход в свет в качестве одинокой женщины, первый выход без обручального кольца. Без него я ощущала себя уязвимой и голой. Только сейчас я поняла, какую уверенность оно мне придавало. Казалось, я всем своим видом говорила: «Я вовсе не нуждаюсь в мужчине. У меня уже есть мужчина. В самом деле. Взгляните на мое обручальное кольцо».
Лаура рассталась со своим другом Фрэнком около года назад. Получается, что, если не считать ее подростка-любовника, мы с ней обе были одинокими женщинами, потягивающими вино в переполненном пабе в центре города.
Интересно, а мужчины способны уловить исходящие от нас волны отчаяния? Неужели я незаметно для себя оглядываю зал, подсчитывая, сколько заинтересованных взглядов было на меня брошено?
Ни одного, если быть честной.
Нет, разумеется, вы не подумайте, я не считала!
Я рассмеялась чему-то сказанному Лаурой. Только вряд ли это был натуральный смех. Скорее я просто хотела показать мужчинам, собравшимся в пабе, что я совершенно счастлива, у меня все в порядке и что без мужчины я не чувствую себя только четвертинкой личности.