Не для меня
Шрифт:
Она посеменила в сторону корпуса, я шёл рядом.
— А что отец ребёнка? Ты ему так и не сказала?
— Нет.
— Ну и зря.
— Он женат, я не хочу, чтобы у него из-за меня были неприятности.
— Откуда ты знаешь, что у него будут неприятности? Может, он обрадуется?
— Сомневаюсь. Я — не та женщина, от которой приличные мужчины мечтают иметь ребёнка.
— И чем же ты им так не угодила?
— Тем, что раньше я работала у Ганеева. Меня узнают. И от клейма уже не отмыться.
— Глупости.
Разговор повис, потому что мы подошли к входу в отделение, санитарка заставила меня купить и надеть бахилы, набросила мне на плечи халат. Настя постучалась в ординаторскую.
— Галина Сергеевна, можно вас на минутку?
Врач вышла и удивлённо посмотрела на меня.
— Расскажите, пожалуйста, Александру, что с моим Витей и какие нам ещё нужны обследования. Я не уверена, что всё правильно поняла и смогу объяснить.
— А вы, простите, кем ему приходитесь?
— Я — друг Насти. Она обратилась ко мне за помощью. И я пытаюсь понять, чем я могу быть полезен.
— У мальчика подозрение на очень серьёзный диагноз. Если он подтвердится, то это будет означать инвалидность, особое питание на всю жизнь и сопутствующие проблемы.
— Это лечится?
— На сегодняшний день — нет. Но, конечно, диета и медикаменты позволяют поддерживать качество жизни на более или менее нормальном уровне. Сейчас ребёнок очень слаб, у него развивается дистрофия, последствия которой могут быть необратимы. Поэтому надо как можно скорее перейти на специальное питание и начать лечение.
— Хорошо. Я понял. Завтра они сдадут анализы. Когда будет диагноз и вы назначите лечение?
— Лечение я уже назначила, но они не купили лекарства. А окончательный диагноз будет, когда будут результаты всех обследований.
— Спасибо за информацию. Сейчас я принесу лекарства, завтра они всё сдадут. Сделайте мне, пожалуйста, копию истории болезни, я хочу проконсультироваться с другими врачами. Вы же не против? Всё-таки если речь идёт о столь серьёзном диагнозе, то хотелось бы узнать альтернативные мнения.
Врач очень нехотя согласилась. Пока она готовила мне копию, я пошёл к Насте в палату.
Её сын показался мне очень мелким и худеньким. Он был похож на Настю — кареглазый, темноволосый.
— Привет! Я — Алекс. А тебя как зовут?
— Его зовут Витя, Виктор.
— Витя, пойдёшь ко мне на ручки?
Он жался к маме, но, когда я его взял, не заплакал.
— Смелый мальчик. Настя, он очень на тебя похож.
— Да, я знаю.
— Сколько ему? Он уже ходит?
— Год будет через несколько дней. Сам не ходит, только за ручки. А как ваш малыш? Уже бегает?
— Представляешь, мой малыш оказался вовсе не моим.
— Как это?
— А вот так. Просто моя жена решила, что лучше
— И что вы теперь будете делать?
— Уже ничего. Мы с ней снова развелись. Объявился его папаша — и жена ушла к нему.
— Ничего себе! Вот это Санта Барбара у вас. И как вы это пережили?
— Тяжело. Но всё уже закончилось, живу дальше. Ты с Витей гуляешь? Он бледный совсем.
— Редко. Он тяжёлый, а я без коляски.
— Так, идём, я помогу тебе. Пусть немного воздухом подышит, а я пока лекарства ему куплю.
Мне принесли копию истории болезни, Настя быстро одела малыша. Я взял его на руки и помог спуститься вниз. Оставил их на лавочке, а сам пошёл по местным аптекам. Возвращаясь, издали наблюдал за Настей с ребёнком. Он был очень вертлявым, ей едва удавалось удержать его на руках.
Я сразу позвонил жене Стаса и попросил мне срочно найти детского гастроэнтеролога и педиатра, в двух словах описав ситуацию. Теперь я ждал от неё звонка. Она сама была педиатром, но сейчас во второй раз сидела в декрете. Тем не менее, всегда знала, к кому с какой проблемой можно обратиться, и умела договориться о приёме вне очереди.
Я подошёл к Насте и забрал у неё сына. Удивительно, он с готовностью шёл ко мне на руки.
— Он ко всем так легко идёт?
— Не знаю, мы не так часто общаемся с посторонними людьми, которые хотят взять его на руки. Вас он, кажется, не боится.
Она немного успокоилась, перестала дёргаться и нервничать, улыбалась. Без грамма косметики, осунувшаяся, она всё равно была очень красивая. Мелькнула мысль, что Витя мог бы быть моим сыном. Хотя, скорее всего, когда я был с ней, она уже была беременна.
Позвонила жена Стаса. Я отдал Насте малыша и отошёл с ней поговорить.
— Настя, завтра с утра я приеду, помогу вам сдать анализы, а потом мы поедем на консультацию к хорошему врачу. Покажем те результаты, что есть на данный момент. Может, тебе скажут что-то другое и предложат какое-то более эффективное лечение.
Она сосредоточенно кивала.
— Я надеюсь, ты не против моей самодеятельности?
— Нет, конечно, я очень вам благодарна.
— Тогда прекращай мне выкать. Тем более, что когда-то мы уже переходили на “ты”.
Она кивнула.
— Расскажи мне, как ты живёшь?
— У мамы живу. Сижу с ребёнком. Ничего интересного.
Глава 26
Александр
Врач, который согласился нас принять, Владлен Фаддеевич Семёнов, был известным в городе детским гастроэнтерологом. Он сразу заявил, что детей до трёх лет не консультирует. Но благодаря протекции, всё же сделал для нас исключение.
Олеся мне по телефону дырку в голове проела своими наставлениями, опасаясь, что что-то может пойти не так.