Не для меня
Шрифт:
Теперь всё свободное время я анализировал европейский рынок и разрабатывал бизнес-план.
Они пришли ко мне в офис вдвоём, чтобы сообщить о поданных исках и обсудить условия. Мою душу, мою жизнь выставили на аукцион. И теперь предстояли торги.
— Давид?
Казалось бы, меня уже ничего не могло удивить. Но им это удалось.
— Да. Простите, мне очень жаль.
— И вы знали тогда, кто я?
Он кивнул. Всё время, пока Алёна рожала, он находился рядом. Она болтала с ним по телефону, а мне позвонила лишь раз! После родов его первого позвали к ней в палату, чтобы
— Я очень благодарен вам за то, что поддержали Алёну в трудную минуту и были с ней рядом, пока я решал свои проблемы. Я готов компенсировать вам все связанные с этим финансовые траты и моральные издержки.
Что он говорил? Как можно компенсировать мою боль? Моё сердце вырвали с мясом и пинали его ногами как мяч! Как это можно было компенсировать?
Первая мысль была — отказаться и послать его к чёрту. Но Алёна перехватила инициативу.
— Алекс, не кипятись. Я знаю всё, что ты сейчас думаешь. И по поводу моего обмана, и по поводу денег. Не отказывайся. Помоги мне искупить свою вину перед тобой.
Она просто покупала у меня прощение! Я готов был взорваться и крушить всё вокруг. А потом что-то щёлкнуло внутри. И мне стало всё равно.
Глава 25
Александр
Разгрести ворох наших проблем и решить всё на официальном уровне оказалось непросто. Давид добился через суд признания его отцом. Илюше сменили не только отчество и фамилию, но и имя, теперь он стал Самиром. Почему-то именно последний факт меня особенно ранил.
Илюша был моим любимым сыном, я никак не мог смириться с тем, что у меня его отняли, недвусмысленно намекнув, что для меня место в его дальнейшей жизни не предусмотрено. Это было жестоко!
От меня откупились. Да, я взял деньги. Они были мне нужны, чтобы начать новую жизнь за границей. Уже вовсю шла работа над новым проектом.
Из-за новогодних праздников развод затянулся. Формальных причин откладывать его не было, но и ускорить процесс не получалось. Да и зачем? Алёна с сыном съехали из моей квартиры задолго до нового года. Теперь оставались формальности, которые никак не могли повлиять ни на мою, ни на её жизнь. Сначала я хотел просить суд позволить мне хотя бы иногда видеться с ребёнком, но Алёна убедила меня, что в его же интересах не стоит этого делать. О моих чувствах, естественно, все думали в последнюю очередь.
Заседание суда прошло без неожиданностей. Взаимных претензий у нас не осталось, все вопросы были согласованы заранее. Я получил деньги и свободу, Давид — мою жену и сына. Жизнь продолжалась.
Я ушёл головой в бизнес. Отец одобрил мою идею открыть фирму за границей и даже обещал помочь деньгами и протекцией. При этом уговорил не сворачивать бизнес здесь. Работа поглощала всё моё время и мысли, что очень помогало мне не сойти с ума.
Совещание близилось к концу. Стас зачитывал свой отчёт, когда у меня завибрировал телефон. Звонила Настя. Я удивился — был уверен, что давно удалил её из записной книжки и из своей жизни. Я даже не сразу вспомнил, когда мы виделись в последний раз. За этот год произошло
Она никогда раньше мне не звонила и не писала. Каждый раз мы встречались случайно. И только однажды у нас завязалось общение, которое имело шанс перерасти во что-то большее. Но у меня появилась Алёна, напрочь вытеснив мою одержимость Настей. Вдобавок я тогда дважды повёл себя некрасиво: сначала фактически принудил её к сексу, а потом, даже не предупредив, не приехал за ней в санаторий. Да и в последнюю встречу я, кажется, довёл её до слёз. Что ей от меня могло понадобиться вдруг спустя столько времени?
Мелькнула мысль сбросить и перезвонить позже. Но я всё же прервал совещание и вышел из кабинета, чтобы ответить на звонок. А вдруг у неё что-то срочное?
— Слушаю.
— Александр, это Настя. Здравствуйте. Я прошу прощения, что звоню и отвлекаю вас. И я понимаю, что вы мне уже столько помогли, что я до конца жизни буду вам должна. Но…
Она явно сильно нервничала. На секунду запнулась, видимо, подбирая слова.
— Мне не к кому больше обратиться. Мне срочно нужны деньги. Можете мне дать в долг? Я вам отдам потом.
— И много тебе надо?
— Пять тысяч. Или хотя бы четыре с половиной.
— Долларов?
— Нет, конечно. Гривен. Только мне нужно срочно, а взять уже совсем негде.
— Надеюсь, ты мне расскажешь, на что тебе нужны деньги?
Мне не было жалко денег, тем более, что сумма была вообще ерундовая. Но голос был странный, и я не был уверен, что она не спустит их на алкоголь или наркотики. Откуда мне было знать, чем она занималась то время, что мы с ней не виделись?
— Ребёнку обследование назначили и лекарства, а мы уже все сбережения потратили на лечение. Нас направили в коммерческую лабораторию, а там всё очень дорого, мне не хватает. Надо срочно, чтобы уже начать лечение, а у меня пособие только через неделю. Я отдам потом, правда! Как на работу выйду — сразу отдам.
Она говорила очень сбивчиво, но идею я понял. Стыдно стало за свои мысли.
— Хорошо. Ты где? Куда привезти?
— Я в детской областной. Вы как приедете, наберите меня — я спущусь во двор.
— Договорились, скоро буду.
Я сбросил вызов. Она так просила эти пять тысяч, как будто речь шла о заоблачной сумме. Интересно, папаше ребёнка она так ничего и не сказала?
Совещание пришлось прервать. Не был уверен в острой необходимости этого. Но Настин звонок выбил меня из колеи, что-то беспокоило, а потому я поехал к ней, не откладывая.
Я даже не сразу узнал её в пуховике и смешной шапке с большим помпоном.
— Здравствуйте. Спасибо, большое, что приехали. Вы меня всегда спасаете.
— Ты мне расскажешь, что с ребёнком? Может, я ещё чем-то могу помочь, раз уж я тут?
Она начала всхлипывать и что-то бормотать. Я ничего не понял из её слов. Но, кажется, дело было серьёзное.
— Можно поговорить с лечащим врачом?
Она кивнула.
— Только идёмте быстрее, я не могу долго отсутствовать, я там попросила соседку присмотреть за Витей.